Цена правды

«Он словно стал чужим человеком, избегает меня, — негодовала Рей. — Сильно его потрепала неволя. Ничего, привыкнет, я пережила большую утрату». Действительно, как обещали, после публикации послания похитителя скрипачки и после поимки таксиста Мамору отпустили на волю за отсутствием прямых улик, правда, без права на выезд. Обещанное предложение он делать не торопился, да оно и было объяснимо — стресс пришлось пережить сильный. Не те времена. Зато с головой уходил в работу, наверстывал упущенное, да и записался к частному психотерапевту, как он заявил. «Прекрасно! Мне ничего не мешает поступать подобным образом». Спустя час Хино прибыла в кабинет Джедайта, рассматривающего свежие выпуски печатных изданий. При появлении девушки он впервые за последние дни позволил себе улыбнуться. — Странно видеть тебя здесь, твоя цель достигнута, — слегка удивился детектив. — Если ты об этом, то я его даже не вижу, — махнула рукой Рей. Не объяснять же, что ей тяжело смотреть Мамору в глаза. — Оно и к лучшему. Наш загадочный друг сделался графоманом? Читала сегодня его творчество в новом номере. — Журналисты повсюду суют свой нос, разглядывают улики и кровавые последствия, но даже они сомневались, стоит ли видеть это публике, — блондин только развел руками, демонстрируя беспомощность в данной ситуации. — Похититель водит нас за нос, поиски мисс Кайо не увенчались успехом. Ами провела эксперименты, потому волосы и кусок одежды действительно принадлежат скрипачке. — Ненавижу этого мерзавца! — девушка сжала кулаки, которые так и чесались ударить преступника, только на своё счастье тот находился далеко. — Ну, здесь не всё так однозначно, Рей. Нефрит, пойманный нами, вероятнее всего сообщник, аварию устроил для отвода взгляд, чтобы повести по ложному следу, — собеседник попытался охладить пыл. — Мы всё время искали не тех, ведь автор послания — женщина. Таких мало, но тем сложнее для поимки. Хино опешила от данного заявления, потому как маньяк снился ей парнем. Но сны это сны, ни лица, ни одежды, ни голоса она упорно не запоминала, какими бы реалистичными не выглядели события. Не складывался вообще какой-либо образ, да и наверняка это давали о себе знать мысли суровой реальности. — Можно мне к этому вашему таксисту? Вытрясу всё… — Он нам ещё нужен, но он молчит даже под угрозой оружия. Оставь это дело Тайки и адвокатам.

***

Мамору Джиба блуждал по людным местам и торговым центрам, чтобы насладиться шумом города, красотами цивилизации, просто увидеть больше позитивных беззаботных лиц. Домой возвращаться категорически не хотелось, там его словно не ждали. Решил заглянуть в книжный магазин, почитать что-то из классики в свежем переплете, яркой расцветке. По вкусу мужчины ничего упорно не подходило, потому он побрёл далее искать счастья в других тематиках. Когда он повернул на очередной стеллаж, кто-то резко в него врезался и тихо вскрикнул, выронив книгу. — Надо быть осторожнее… — Джиба начал было поучать, да застыл на месте. — Оданго? Вот так встреча. Тебя приставили следить за мной? — Мамору!!! — блондинка радостно обняла бывшего узника, уже забыв про упавшую книжку. — Не смей так говорить, я беру для себя, чтобы читать людей ещё лучше. Брюнет отстранился и поднял брошюру, возвращая девушке. Кажется, она не сильно куда-либо спешила, потому герой не преминул воспользоваться ситуацией. — Мне стоит бояться, что мой мозг видят насквозь. Могу ли я проводить до дома столь прекрасную леди в знак извинения? — как можно более учтиво предложил Мамору. — У вас не ладится с Рей, — догадалась психолог. Хотя от догадки вовсе не становилось горестно на душе, скорее появилось внутреннее ликование от того, что выпадает шанс продолжать встречи с интересным ей человеком. Допустим, он ей больше не клиент, но ведь ничего не мешает уже называть его другом. — Спасибо за заботу, конечно же я согласна твоей компании. Мне интересно, как твоё состояние, а ты защитишь такую хрупкую девушку, как я в случае опасности. На какие-то доли секунды в голове у Джибы промелькнули картины с мёртвой Сецуной, с лужей крови на руках, затем вой полицейских сирен, крики Рей, опросы, замкнутые помещения без окон. Руки слегка похолодели, в висках немного застучало, бывший подозреваемый глубоко вздохнул, прогоняя неприятные воспоминания и возвращаясь в настоящее. — Идём отсюда, — резко бросил мужчина, постепенно приходя в себя. Одну девушку, к которой был неравнодушен, уже не уберёг, больше ошибок не допустит. Главное, чтобы не узнала его девушка. Усаги без лишних вопросов поняла проблему по изменению поведения и по отчужденному взгляду, потому какое-то время молча следовала за ним, стараясь не отставать. Цукино отличалась порой излишней разговорчивостью и веселостью, а сейчас рядом с Мамору ощущала себя комфортно даже шагая молча, просто радовал сам факт присутствия его рядом. Но так или иначе, надолго её терпения не хватило. — Прости, если задеваю за живое! — девушка взяла Джибу за руку, даже не беспокоясь, что кто-то может увидеть, будь то сама Рей. — Ты можешь рассказывать мне всё, что наболело, я помогу. Ну же, улыбнись! — Вот в чем я тебе давно не сознавался… — брюнет улыбнулся, подражая героям Голливуда. — Ты ангельски красива, крошка. Не знаю, что ты там делаешь с человеческими мозгами, но я боялся больше не увидеть тебя. И сейчас не хочется отпускать. — Ты просто сердцеед! — психолог засмеялась и мысленно стала ликовать. Уже пошли первые попытки от некогда грубоватого и хамоватого типа. — Под солнцем ты выглядишь ещё лучше, чем обычно! — Усаги, ты можешь меня засмущать! — пошутил Мамору. На улице царил зной, несмотря на вечернее время. Сейчас они проходили мимо лавки с прохладительными напитками и десертами. — Ты любишь мороженое? Я угощаю, — конечно же невозможно пройти мимо, когда с тобой юная хрупкая леди. — Шутишь? Обожаю! — Цукино радовалась как ребенок, искренне излучая позитивную энергетику. Ведь не мешает порой становиться собой, забыть о нарушителях закона и их жертвах.

***

«Убийства ради удовольствия — самые трудно контролируемые. Будь то жажда доминирования, власти над теми, кто не способен долго сопротивляться, будь то извращенные сексуальные мотивы — маньяку станет сложнее контролировать потребности. Также получает удовольствие от публичности, потому получаем два пути развития: убийца начнет периодически писать и играть с редакциями, показывая своё превосходство и неуловимость; убийца продолжит беспорядочно с ожесточением убивать, уже показав свой образ населению. В обоих случаях при давлении рано или поздно допускает ошибку. Мы имеем версии на тему личности и сообщника, что лишь объясняет неуловимость настоящего убийцы. Или настоящей. В таком случае она носит мужскую обувь и мало походит на представительницу женского пола. Самоконтроль на высоте, строго придерживается своей выбранной стратегии…» — Восхищаешься серийным убийцей? — раздался из-за спины голос Ами, Тайки вздрогнул и оторвался от ноутбука, на котором набирал текст. — Мы ищем того или ту, кто творит свои грязные дела прямо у нас перед носом, рискует и раскрывает свой почерк. Уверен, она никого не просила. Я восхищен умом, скоростью, дерзостью, — Коу не стал скрывать своего мнения. — Не мне тебя учить морали, Тайки, — мягко отметила судмедэксперт. — Только я лично изучала каждый сантиметр результатов его деятельности. Это настолько падший человек, ничего не осталось святого. — Признай, Ами, ты ведь довольна. Работу свою ты любишь, вскрываешь покойников без эмоций и отвращения, сейчас и вовсе больше действий, загадок. Зарядка для наших мозгов. — Это отвратительно, только их тела рассказывают целые безмолвные истории, — Мицуно смутилась своей откровенности, но продолжила дальше. — Тишина и умиротворение. Ты прав. Стоит выразить ЕЙ благодарность за новые головоломки.