Наследник на место Десятого

POV Хибари Что? Как это так?… Я стою на пороге в немом шоке, и наблюдаю за тем как какое-то ананасовидное травоядное припало к губам Тсуны. Моего Тсуны. Как он смеет целовать моего Тсунаеши?! Не простительно. Покрепче перехватываю тонфа и двигаюсь к этому травоядному, излучая темную ауру, от которой обычные люди шарахаются. От меня не отстают Хаято и Кавалоне, не менее взбешенные представшей перед ними картиной, но эти двое мне ни к чему. Тсунаеши мой. Только мой. Словно в ответ на мои мысли этим двоим преграждают путь союзники Рокудо. Как я помню из досье это Кен Джошима и Чикуса Какимото, хотя какая разница, это просто травоядные и не более того. Я урою это травоядное за моего Тсунаеши. Впервые за долгое время меня кто-то по-настоящему разозлил. Как давно я не чувствовал эту ненависть, которая течет по венам, смешивая кровь с ядом. Мукуро отрывается от губ пребывающего в шоке Тсуны и аккуратно перекладывает на диван. — Камикорос. — Он поворачивается ко мне и смотрит на меня насмешливо с легким сарказмом. — Оя-оя, какие мы злые. А ведь это сам гроза Намимори. — Не буду спрашивать откуда он узнал обо мне, это травоядное меня бесит и я просто его убью. — Ты труп. — Ку-фу-фу, я хочу посмотреть чего ты стоишь в бою, но я тебя все равно прикончу. — Это мы еще посмотрим. С этими словами бросаюсь в атаку, выставив вперед тонфа. У Рокудо в руках появляется трезубец, которым он блокирует мою атаку. Смотрю в его глаза, насмешка и легкое презрение, он видимо не воспринимает меня всерьез, забью до смерти это нахальное травоядное, которое посмело так смотреть на меня. Отступаю назад и вижу едва заметное удивление на лице противника, Рокудо перекидывает трезубец в одну из рук и наступает. Он так и не понял мою тактику. Хороший мальчик. Ближе, ближе, еще чучуть… Жду нужного момента и бью одной тонфа в солнечное сплетение, от этого удара он сгибается пополам, хрипло кашляя. Дальше самое легкое, удар ногой в лицо, характерный хруст — нос я ему все же сломал. Сколько у меня было таких слабых противников, вроде этого травоядного, наивных, так надеющихся меня победить. И каждый заканчивал именно этим. Глупцы. Лежать в собственной крови и задыхаться от изнеможения, жалея себя за то какой ты есть… Они у меня вызывают только жалость… Нет, есть еще кое-что. Презрение. Да именно оно. Какими жалкими они выглядят… Никто не смеет нарушать правила. Мои правила. За нарушение правил следует наказание, наказание несу я. Это травоядное еще не подохло. Он смотрит на меня. Он улыбается. Какая-то цифра на правом, красном глазу. Один. Что это значит?… Звуки других битв стихли. Все вокруг красное. Мокрое. Кровь?… Почему здесь?… Я застываю на месте, не имея возможности пошевелиться, все мое тело сковано… страхом? Что со мной такое? Почему я?… Перевожу взгляд на травоядное, которое посмело сделать со мной такое. Он улыбается. Что и следовало от него ожидать. Убью. Диван. Тсуна уже не сидит, он лежит, лежит свесив одну руку с края дивана и смотрит на меня пустыми, безжизненными глазами… С пальцев его руки капает рубиновая жидкость… Падаю на колени, не в силах отвести взгляда от этих ничего не выражающих глаз. Кровь даже на полу, я утопаю в этой крови. Почему… так… больно?…