Истинный альфа

      У Скотт темная кожа, карие глаза и волнистые волосы — вот и все, что напоминает о ее мексиканских корнях. Она практически не знает языка и далека от традиций, не до того было — отец их бросил, ей диагностировали астму, а теперь вот укус со всеми вытекающими…       — Он снова пялится. Сталкер хренов! — вторит ее последним мыслям Стайлз, хлопая дверцей шкафчика с такой силой, будто это касается его лично.       Скотт ничего ему не отвечает, она не дурочка и прекрасно осознает, что означают эти взгляды, и обязательно бы возмутилась, не делай они ее влажной каждый чертов раз.       Что-то подсказывает, Дерек об этом знает.

***

      Эллиот целует в плечо и обещает: теперь все будет хорошо. И отчего-то Скотт хочется повести плечом, сбрасывая чужое прикосновение. Раньше все было иначе, раньше с Эллиотом было хорошо, однако раньше — до того, как вскрылась правда: он все знал и действовал по указке своей тетушки Кейт, а она лишь приманка для альфы. Но теперь он все осознал, теперь они со всем справятся — вместе — даже если отец против.       Скотт отстранено думает, все правильно, он охотник, она — добыча. Сколько слез она выплакала по этому поводу? И сколько из них видел Хейл?       Хейл, чей запах: смесь терпкого кофе, не растворимого, а настоящего, зернового, кожи, и чего-то еще сугубо мужского, почти звериного, свойственного лишь ему одному.       От Эллиота не пахнет ничем или, напротив, чем-то травяным, таким, что весь нюх к чертям отобьет — охотничьи штучки. Но Скотт знает, будь все иначе, от него бы пахло Айзеком — спасибо Джексону за старания, истину и впрямь не скроешь.

***

      Дерек появляется всегда неожиданно. Хотя, что неожиданного может быть в слове «всегда»? Всегда заваливается в комнату без приглашения, всегда талдычит об одном и том же: «Ты должна присоединиться к моей стае». Скотт начинает уставать объяснять ему, что слова «должна» и «ему» — к ней не применимы, а когда он в очередной раз прижимает ее к стене, на язык так и просится: «Кажется, ты перепутал меня со своей волчицей».       Хейл жарко дышит куда-то в район ключицы, посылая волны мурашек по всему телу, и смотрит-смотрит-смотрит, кажется, делая все возможное, чтобы МакКолл в конце концов воспламенилась. Ох, знала бы мама! Ох, знал бы Стайлз… Однако Дерек, при своей гангстерской внешности, кажется, выучил где-то урок хороших манер. Он никогда ее не трогает, не в сексуальном плане, и Скотт ему очень благодарна и, быть может, чуточку разочарована.

***

      Скотти хорошая девочка, из тех, что стали бы встречаться с таким как Хейл только в одном случае — чтобы позлить отца. Скотти ищет тихую гавань и высокой любви, Дерек не сулит тихой гавани и высокой любви тоже не сулит, он вообще не сулит ничего хорошего. Скотти бы держаться от него подальше, но когда она видит рядом с Хейлом Эрику и чувствует, как внутри бурлит адреналин, понимает — в ее венах таки течет мексиканская кровь.