Есть Стрелы у Амура, Есть и Сети

— Я поговорил с Неджи, — объявил Шикамару, сидя с Итачи на траве университетской лужайки во время ланча. До вечера танцев оставалось две недели. — Я убедил его дать Кибе шанс. Но он будет следить за ним на вечеринке и, если понадобится, примет меры. — Что ж, думаю, Кибу это устроит, — ответил Итачи. — По крайней мере, теперь у него появилась возможность пригласить Хинату. — Значит главные препятствия только впереди, — вздохнул парень, ложась на траву и обращая свой взгляд на небо. — Как хлопотно… — Шикамару Нара! Итачи и Шикамару повернулись и увидели грозного вида блондинку, приближающуюся к ним через всю лужайку. Последний поднялся на ноги, заметив, что Темари выглядела на редкость взбешенной. — Где ты был вчера вечером? — задыхаясь от гнева, спросила она. — Что? — сконфуженный Шикамару никак не мог понять, что за причина для криков. — Забыл, значит? — крикнула Темари. — Опять! Каждый год одно и то же! Видя в друге последний шанс для спасения, Шикамару с мольбой посмотрел на Итачи — даже тот понял, что парня уже не спасти. — Пятая годовщина, Шикамару! Как ты мог забыть? Я ведь напомнила тебе за день, и ты все равно меня проигнорировал! — воскликнула девушка, бросая стопку листов в Шикамару. — Посмотри. Я пыталась привлечь твое внимание, чтобы ты помог мне с организацией танцев. И что ты сделал из всего этого? Ничего! Я сыта этим по горло! Думала, может, в этом году, может, после пяти лет отношений ты не забудешь одну чёртову годовщину! — кричала девушка, не замечая текущие по щекам слезы. Итачи наблюдал единственный случай, когда вечно спокойный Шикамару с трудом пытался подобрать нужные слова. — И так уже пять лет. Я не надеялась, что ты будешь хоть что-то помнить. Я никогда не ожидала от тебя большого романтического жеста — никогда! Но быть постоянно забытой мне надоело, — произнесла Темари, впервые потеряв контроль на глазах у Шикамару. Внезапно ее голос стал тихим. Он ненавидел, когда Темари говорила тихо. Это предвещало опастность. — …Это конец. И после этих двух слов Шикамару почувствовал, как что-то внутри него треснуло. Он наблюдал за ее уходом. Наблюдал, как его прекрасная на протяжении пяти лет бывшая девушка уходила прочь. Понятно, что он не ценил ее так, как она заслуживала. Конечно, он мог приложить небольшое усилие, чтобы запомнить существование этой глупой годовщины, которую она считала столь важной… Он просто стоял, словно вкопанный, на одном месте — казалось, целую вечность. Люди таращились; люди бормотали и перешептывались. Создавалось впечатление, будто весь мир наблюдал за этой сценой (он мог как минимум ее услышать). И разбитый Шикамару… лишь несколько раз моргнул, прежде чем прозвенел звонок, и жизнь двинулась с мертвой точки. Итачи не сказал ни слова о том, как ему жаль, потому что знал — Шикамару это не волновало. Он повел себя так, как поступил бы любой друг Нара — шел с ним на лекцию в полнейшей тишине. Так называемая Спящая красавица была на удивление тихой последние пару дней, пребывая в раздумьях о том, как вернуть Темари. Она не отвечала на его звонки, не обращала на него внимание в коридорах, даже не садилась с ним за один стол на ланчах — применяла все методы по избавлению Шикамару из своей жизни. И это работало. — Она никогда меня не простит, — убито стонал Шикамару, разложившись на столе в самом жалком виде. Итачи Шикамару никогда не казался настолько сломленным. Хотя… — Ты жалок, — сказал Итачи, заработав свирепый взгляд от Нара. — У тебя же есть связи, ведь так, Итачи? — неожиданно спросил он, и в этом вопросе Учиха учуял намек на услугу. — Вроде того, — ответил Итачи, вопросительно приподнимая бровь. — …Быть может, ты слышал… — начал Шикамару, понизив голос и тут же став очень серьезным. Итачи нравится, когда его друг использовал этот голос. Это всегда означало, что у него заготовлен план. — …Я слышал об одном напитке, — заговорчески продолжил он, слегка нахмурившись. — Наподобие текилы; его еще называют «Любовным Эликсиром». Ходят слухи, что достаточно выпить его перед сном, и ты влюбишься в первого человека, которого увидишь наутро… — закончил Шика, подняв взгляд на Учиху. — Смог бы ты достать бутылку? — Хочешь трюком заставить Темари снова влюбиться в тебя? — Умеешь ты все ожесточить, — закатил глаза Шикамару. — Я попробую разузнать, — сказал Итачи с опасным огоньком в глазах. Хорошая доля хитростей и проделок как никогда интриговала. «Любовный Эликсир»? Любопытно. Что-то подсказывало Итачи, что у Кисаме есть нужный человек для подобных поставок. Вздохнув, Учиха принялся за изучение их второй пьесы — «Сон в Летнюю Ночь».

***

Все-таки он ее достал; меньше, чем за неделю до вечера танцев. Выглядела она довольно просто — обычная, небольшая бутылка текилы. Но запах от нее шел поразительный. Сложно признать, но Итачи глубоко внутри себя почувствовал желание опробовать добытый напиток; просто, чтобы узнать, действительно ли вкус соответствует запаху. Однако стоило ему подумать о возможных последствиях, как желание мигом исчезало. Ему по душе устраивать козни, а не быть их частью. — Так ты объяснишь мне, для чего я это достал? — поинтересовался Кисаме, когда они вдвоем подходили к дому Сакуры, из которой уже доносился шум субботней вечеринки. — Всему свое время, — усмехнулся Итачи. Кисаме попросту закатил глаза при виде озорного блеска его глаз. — Итачи, я ведь знаю тебя; ты что-то задумал, — вздохнул Кисаме, хлопая друга по плечу и переступая порог дома. — А зная тебя, я уверен: это что-то нехорошее… К моменту прихода Итачи и Кисаме вечеринка была уже в полном разгаре. — Я возьму нам чего-нибудь выпить, — предупредил Кисаме, прежде чем исчезнуть за парой бутылок пива. Итачи, было, улыбнулся, пока в поле его зрения не оказалась толпа опьяненных, мягко говоря, распутных девок, движущаяся в его направлении. Он мысленно чертыхнулся. Больше всего он ненавидел возню с пьяными девушками, несмотря на то, как сдержанно он при этом выглядит. Он определенно справлялся с этим получше Саске, который хмурится еще больше обычного, бросает на все вокруг гневный взгляд и затем исчезает из виду. Прежде чем на выручку пришел Кисаме, Итачи смогли облапать со всех сторон (он был готов поклясться, что через брюки почувствовал руку даже на самом интимном месте). Один лишь вид Кисаме был в силах заставить всех девчонок разбежаться по углам и дырам, из которых они выползли. — Спасибо, — выдохнул Итачи, поправляя испорченную прическу. — Благодарил бы ты меня и дальше, если бы я сказал, что наблюдал за этим зрелищем минут десять, прежде чем вмешаться? — ухмыльнулся Кисаме. Учиха хмуро покосился на нового претендента в список предателей. — Я притворюсь, что не слышал этого, — произнес он, делая глоток пива и погружаясь в атмосферу вечеринки. — Гаара! Иди сюда и выпей со своей сестричкой! — Темари пьяна. Гаара не впечатлен. Парень угрюмо отсиживался в углу, в попытке не быть затащенным на танцпол. С Темари подобное не работает. Гаара знал, что его сестра все еще пребывала в депрессии от расставания с человеком, который, вероятно, был единственным существом, способным выдерживать ее нападки;, а падать с ней вниз за компанию в его планы не входило. — Ну же, Гаара, — Наруто тоже среди трезвых не отсиживался. — …Хлебни пивка! Расслабься! — Я вполне счастлив, — ответил красноволосый с лицом, выражающим для нормального человека абсолютно противоположное. Наруто был не в состоянии принять «нет» за ответ, поэтому силой «вручил» Гааре бутылку пива. Кто угодно на месте блондина давно бы получил этой же бутылкой по голове, но умоляющий взгляд Наруто вынудил друга с тяжелым вздохом — и скрепя сердцем — принять выпивку. Что угодно, лишь бы не видеть эти отвратительные «щенячьи» глаза. Суйгетсу делал все, что в его силах, чтобы не дать Дейдаре и Хидану пересечься. Обычно в напарники ему всегда попадает Саске, но сейчас ему приходится следить за Хиданом в одиночку, так как Учиха был утащен Сакурой в темный уголок — обжиматься. Если Дейдара и Хидан казались страшными, пока трезвые, то в пьяной одури она становились беспощадными. У Дейдары есть очень вредная привычка смешивать безвредные хозяйственные средства в довольно взрывные смеси — действие которых часто происходят поблизости с Хиданом. А Хидану просто дай кому-нибудь врезать. В любом случае, крики постепенно переходили в настоящий ор, оскорбления становились до нелепого бессмысленными и через какое-то время даже не воспринимались всерьез. Суйгетсу буквально поймал Дейдару за руку, когда тот направлялся к сараю в саду. — Э-э-э, нет, Дей, ты туда не пойдешь, — протянул Суйгетсу, таща блондина обратно внутрь дома. — Но… я хочу подорвать Хидана… ик! .. — начал по-детски хныкать Дейдара. — Может, в следующий раз, — закатил глаза Суйгетсу. — …Хотя черт возьми, он этого заслуживает. Вечеринка продолжалась до самой ночи, и когда все были изрядно пьяны, Итачи — за спиной у Кисаме — ловко подлил немного «Эликсира» в стакан Темари и передал его ей. Девушка тотчас его осушила — даже не поинтересовавшись, что это было — и чуть не свалилась на игнорирующего все и вся Неджи. Хьюга появился на вечеринке только ради Хинаты, которая хотела прийти за компанию с половиной ее группы. Гааре с трудом удалось подобраться ближе к месту, где Неджи боролся с невменяемой Темари. — Боже… — застонал красноволосый. — Отвратно себя чувствую… — он поморгал пару раз, прежде чем увидел, как Неджи помогал Темари обрести равновесие. — Неджи? .. О, боже… Пожалуйста, можешь… Можешь провести Темари в спальню? А то… она в хлам. — Тут я с тобой согласен, — отметил Неджи в привычном ему сухом и формальном тоне, придя к выводу, что Гаара тоже был не в лучшей форме, чтобы возиться со старшей сестрой. Он не был хорошо с ними знаком, но все же присмотр за девушкой в ее состоянии и предупреждение излишнего внимания со стороны особей мужского пола является общепризнанной учтивостью и, по сути, вообще — нормой. Обернувшись, Неджи увидел, как Ли разговаривал с Хинатой; девушка, в свою очередь, не выпила ни капли алкоголя и то и дело получала одобрение Ли в виде поднятых больших пальцев. Хорошо, значит она будет в безопасности, пока тот будет решать свалившуюся — буквально свалившуюся — на него проблему. Парень помог Темари преодолеть лестницу и добраться до коридора, где, по-видимому, находились спальни. — Ик! .. Так… ты Неджи, да? — захихикала Темари, шатаясь из стороны в сторону и только благодаря Неджи не врезаясь в стены. Первая комната, в которую вошел Хьюга, к счастью, оказалась пустой. Проковыляв до кровати, Темари сразу же повалилась на нее и закрыла глаза. Неджи тяжело вздохнул. — Ты в порядке, Темари? — в ответ он получил уверенный храп. Хьюга вздохнул еще раз и присел на край постели — ему хотелось уйти, но сперва, наконец, дождавшись тишины. Да и вообще, было бы нехорошо, если бы бедняжка подавилась собственной рвотой, если уж на то пошло. Итачи заметил, в чьей компании Темари покидала комнату. Совсем скоро он узнал, что Шикамару — который всего десять минут назад, когда Учиха решил сделать шаг, был в полном порядке — в бессознательном состоянии валялся на диване. — Вот это да, — прошептал Итачи сам себе, задумчиво проведя пальцами по подбородку. Несмотря на дикое желание остаться и посмотреть, что все-таки произойдёт, Учиха понимал, что ситуация требует от него тактического отступления.

***

Неджи устало поглядел на часы. Начало восьмого. Он потер глаза, не совсем соображая, как давно вырубился. Темари раскинулась на соседней части кровати в измятом платье; по одному виду можно было определить, насколько сильным будет ее похмелье. Она немного поворочалась во сне, и Неджи подвинулся ближе, чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Ее глаза слегка приоткрылись. — Неджи? — спросила она тихим, охрипшим голосом. — Доброе утро, Темари, — ответил он. - Рад, что ты в порядке, — как вдруг понял, что в его длинные темно-каштановые волосы запустили руку. — У тебя красивые глаза… — сонно прошептала она, проводя рукой от волос до щеки парня. — И кожа такая мягкая… — ее глаза блаженно закрылись, и она, будто сама себе, расплылась в улыбке. — Я бы тебя уложила… Неджи быстро отскочил назад; щеки вспыхнули красным румянцем. Темари же, напротив, тянулась ближе, усаживаясь на кровати и раздвигая в стороны ноги. Взгляд Хьюга падал на что угодно, только не на девушку. Она все еще была пьяна, определенно пьяна. — Останься, прошу, — робко произнесла она, в то время как Неджи понятия не имел, что делать. Хотя Хьюга был полностью уверен, что бывшая девушка его хорошего знакомого сейчас беспардонно подкатывала к нему. Он никогда раньше не попадал в подобные ситуации. Она бы не пошла на такое в трезвом уме, разве не так? К счастью, он оказался спасен, когда девушка благодаря силе притяжения упала назад на подушки, и до ушей Неджи дошел тихий храп. — Думаю, теперь ей станет лучше… — убедил он себя, шустро покидая комнату и надеясь, что столь неловкие сцены в его жизни больше всплывать не будут. Он всегда был добр с пьяными людьми; он знал, как правильно с ними обращаться. Он не был плох с девушками…, но и не был хорош. В его жизни не появилась ни одна девушка, ради которой он бы сделал шаг. А те в основном всегда держали с ним дистанцию. Темари просто взяла его неожиданностью, вот и все.

***

Понедельник оказался истинным ночным кошмаром для Неджи Хьюга. Он не знал, что за магия подвластна Темари, но девушке удавалось появляться везде, где находился он. Она проходила мимо него в коридорах бесчисленное количество раз, неуверенно бросая на него взгляд и затем быстро отворачиваясь. И обязательно покраснев, когда пересекалась с ним в дверях. Неджи никогда бы не сказал, что Темари соответствовала роли скромницы, и дать ее странному поведению объяснение он не мог. Каждый день равнялся вызову — удастся ли ему избежать контакта с Темари или нет; игре, которую он, очевидно, проигрывает. И всему этому был свидетель — если не виновник — Итачи Учиха. Он находил это весьма забавным (не без следа ликования)  — следить за тем, как сбитый с толку Неджи стрелой пересекал коридоры, избегая внимания девушки, известной на весь Конохский университет. — Что тебя так забавляет? — нахмурившись, фыркнул Саске, когда они вместе заходили в аудиторию. — Понятия не имею, о чем ты, братец, — бросил Итачи, ткнув младшего пальцем в лоб и тем показывая, чтобы тот не лез не в свое дело. Учиха также заметил, что Наруто занял место в противоположной части аудитории, вспомнив, как эти двое повздорили на вечеринке и все окончилось дракой и матчем по армрестлингу на — ныне разбитом — кофейном столике. — Должен предупредить, что в твоем плане по возвращению Темари произошел… легкий сбой, — сказал он негромко, занимая место с Шикамару. — И под словом «сбой» ты имеешь в виду… — уточнил Шика, подозрительно прищурившись. — Что ж, — начал Итачи, с провалом скрывая, какое удовольствие получил от случившегося, — к тому самому моменту, когда я подлил в стакан Темари «Эликсир», ты был без сознания от алкоголя, и теперь, как оказалось, Темари без ума от Хьюга. — Прошу, скажи, что ты говоришь о Хинате, ведь с этим я еще готов смириться. — Не хочу тебя огорчать, — теперь Итачи это определенно забавляло; особенно, когда Его Высочество закатило глаза и приложило ладонь к лицу. — И тебе еще смешно после этого? — простонал он. — Как только тебе удалось так облажаться? — Не я тут был в коматозном состоянии, — возразил Итачи, снисходительно потрепав друга по голове. — Брось, я уверен, это и тебя немного забавляет, —, но лицо Шикамару не выражало и тени веселья, так что Итачи решил пойти другим путем. — Я все исправлю. — Надеюсь, — вздохнул Нара. — Я скучаю по ней… и теперь должен смотреть, как она слюнявит этого проклятого Неджи… — Можешь не переживать, я беру это на себя, а значит все будет в норме, — усмехнулся Итачи даже чересчур радостно. Шикамару косо посмотрел на Учиху; он знал этот взгляд. Этот взгляд означал, что Итачи всерьез замышляет что-то, а когда Итачи всерьез замышляет что-то по-настоящему коварное… ладно, это означало, что можно ждать действительно что угодно. И каким-то образом это вселило в Шикамару больше уверенности, что все будет в норме.