А я сошел с ума...

Холод... Постоянный холод и боль возле сердца. Все время. Постоянно. Нескончаемо. Можно придумать еще множество красочных синонимов к этому слову, но смысл не изменится. Бесконечная пытка самыми ужасными воспоминаниями - вот мой кошмар. Вновь и вновь слышать крики матери, вновь и вновь переживать все убийства, совершенные Лордом Судеб Волдемортом на моих глазах. Вновь и вновь метаться по своей камере, вспоминая ненавидящие взгляды друзей, учителей и просто знакомых. Последние два года до заточения - один большой кошмар, лакомый кусочек для дементоров, бессменных стражей Азкабана. И изо дня в день я вновь вспоминаю свои жалкие попытки вырваться из пут Волдеморта, вспоминаю бесчинства, творимые мною под его властью. Я помню каждое убийство или пытку, совершенную мной, я вновь и вновь пытаюсь оправдаться на суде, но ничего не выходит. Последние слова Тома Реддла оказались правдивы:„И никогда ты не сможешь оправдать себя в этой жизни!” На суде я не мог ничего сказать в свое оправдание, напротив - мои слова доказывали мою вину. Не знаю что использовал Темный Лорд, но веритасерум и легилименция не открыли правды. Теперь я - узник Азкабана, как и когда-то Сириус. Но я не анимаг, поэтому скоро сойду с ума. И буду рад этому. Тогда я не буду ничего понимать и не смогу больше рассуждать о предательстве и верности. Поскорее бы. Я вновь впал в то полузабытье-полутранс в котором проводил большую часть времени. Краткие минуты прояснения случаются нечасто и приносят даже больше боли, чем воспоминания.... Скорее бы смерть... *** Когда я очнулся вновь, то не почувствовал могильного холода дементоров. Я этому не удивился - время, проведенное в Азкабане практически выжгло мои чувства. Открыв глаза, я долго пытался понять где я - вместо мрачного камня темницы был виден беленый наклонный потолок. Тогда я понял, что нахожусь не в камере. Впервые за столько лет (а может и месяцев, ведь понятие времени так относительно...) меня не терзали воспоминания прошлого. Мои размышления прервал визгливый голос и стук в дверь этого маленького помещения - Мальчишка, вставай, поднимайся!!! Иди готовь завтрак и смотри, чтоб ничего не подгорело!!! Сегодня у моего Дадлика день рождения и все должно быть идеально! Дадлик? Петунья? Все Дурсли погибли еще в начале войны... Это все же сон... Какая жалость, но я благодарю неведомые силы и за этот сон, ниспосланный мне свыше. Я встал и вышел из комнатушки, которая оказалась моим старым чуланом. Яркий свет резанул по отвыкшим от света глазам и из них потекли слезы. Проморгавшись, я оценил обстановку. Все вокруг казалось большим и громоздким. Переведя взгляд на себя, убедился в моих подозрениях - тело детское. Пройдя на кухню, я остановился в дверях, глядя на кузена и тетку. Пять лет. Пять лет вы уже мертвы, и вот мне посылают этот сон. Невероятно, что в Азкабане может такое присниться. - Чего стоишь, готовь завтрак, ублюдок - прорычал из-за спины Вернон. Завтрак? Ах, да, ежедневные обязанности Гарри Поттера в доме Дурслей. Ну что ж, раз сон так развивается, то подчинимся. Я подошел к плите. О великий Мерлин, как же этим пользоваться? Не помню. Но сон есть сон - и тело само послушно готовит еду на маггловской плите. Предусмотрительно. Но вот следить все же должен я... В результате моих раздумий бекон подгорел и мне влетело от дядюшки. Пошатнувшись от довольно сильного подзатыльника, я замер в ступоре. Боль. Не сильная, точнее очень слабая, но все же боль. А если есть боль, значит это не сон. Раз это не сон, то я вернулся в прошлое. Если это прошлое, то... То можно построить историю заново, исправить все ошибки, прибить этого "серого кардинала" Альбуса, кретинов Уизли... Можно попытаться поговорить с Томом, не с Темным Лордом, а именно с Томом, если не выйдет - еще раз уничтожить эту противную ящерицу. Можно... Да все можно!! Но главное - можно отомстить! Да, да! Я дождался! Я дождался своего часа, предатели!! И я уничтожу вас всех!!! И умирать вы все будете долго и мучительно!!! Вы сами превратили героя в злодея, так пожинайте же плоды своих действий!! Пришло время применить все знания, полученные на службе у Лорда Судеб, пришло время платить по счетам! Я выпущу на волю свою слизеринскую сущность, и вы даже не поймете кто вас убивает и мучает! Вы не поймете ничего, а я буду мстить, мстить вам всем!!!! Я рассмеялся, неосознанно подражая смеху Беллы Лейстрейндж. Заливался зловеще-истеричным хохотом я минут пять, пока меткий пинок дяди не привел меня в чувство. Дурсли смотрели со страхом и ненавистью. Я же лишь вновь засмеялся, но теперь сквозь смех прорывались слова - Пришло... время мести... Всем предателям... смерть! И забвение... Да будут они прокляты! Пока я истерил, перепуганный Вернон затащил меня в машину и повез куда-то. В Лондоне он выпихнул меня возле какого-то здания, а я все продолжал загибаться от истеричных всхлипов смеха. Я уже охрип, лицо в слезах от ржача. Не помню что со мной делали, куда вели, я все так же продолжал ржать. Очнулся от прикосновения холодной иглы шприца. Казалось бы, несуществующие в этом теле рефлексы сработали моментально. Рывок, откат в сторону, защитная позиция. - Что вам от меня надо? - смотрю на незнакомого мужика в белом халате. Рядом два бугая, растерянно озирающихся вокруг. Мужик поднял руки. - Тише, Гарри, все хорошо. Меня зовут доктор Сайрес Смит, и я твой наблюдающий. Это Джок и Джон. Выпрямляюсь, но держусь все так же настороженно. Представив, что передо мной кагал ПСов, смериваю доктора холодным презрительным взглядом. Тоном, за которым обычно следовали Круцио или Авада, резко осаживаю мужчину. - Мистер Смит, я не знаком с вами, поэтому постарайтесь обращаться надлежащим образом. Скажем, лорд Поттер или хотя бы Гарольд. Далее позвольте задать один маленький вопрос - где я и как сюда попал. Хотя... - я подошел и пощупал стены. - Хотя ответ не требуется. Милейший дядюшка упек меня в дурку. Ну что ж, не худший вариант. - Я сел на койку - Всяко лучше чем на Дурслей артачиться. Я надеюсь, у вас тут развлечения есть? - Небольшая библиотека, телевизор... - ответил ошалевший врач. - Прелестно. Надо будет Вернону отправить письмо с благодарностями. Именно психушка мне сейчас и нужна, после Азкабана-то... - я скинул подобие башмаков и разлегся на кровати. - Уважаемый, если я опять начну истерить, ржать как ненормальный, проклинать Темного Лорда, Дамблдора, Орден Феникса, Уизли, Пожирателей, начну орать что-то про убийство матери, про пытки, допросы, короче, нести всякую хрень, что выходит за рамки, вы меня этим вашим успокоительным не поите и не колите, лучше дайте мне хорошего пинка, подзатыльника, тычка... Короче врежьте куда-нибудь. Я особо страдать не буду, но в себя приду. - Хорошо, Гарольд, тебе что-нибудь надо? - тихий и успокаивающий голос. А быстро оклемался, хотя если учесть специфику его профессии... Я явно не самый необычный его пациент. Хотя кое-чего он так и не понял. - Пожалуйста, обращайтесь на ВЫ, мистер Смит. - Хорошо, Гарольд. Если вам что-то понадобится - зовите. - доктор попятился и вышел из комнаты, прихватив и двух амбалов. Я же развалился на предоставленной койке и уставился в потолок - пищи для размышлений было предостаточно. *** Сайрес Смит довольно долго работал в психиатрической больнице Лондона. Он повидал очень много "Наполеонов", "Гитлеров", просто сумасшедших. Были и шизофреники... Но настолько странного пациента у него не было никогда. Когда к ним привезли истерично ржущего мальчишку, то только он оказался в зоне досягаемости начальства, поэтому именно ему достался новый пациент. Что интересно, мальчишке было всего лишь десять лет - в таком возрасте редко сходят с ума. Но особого удивления пацан не вызвал. Неожиданности начались, когда Сайрес решил вколоть тому успокоительного. Моментально вывернувшись из хватки санитаров, тот откатился в сторону и настороженно замер в защитной позиции. Не показывая удивления, доктор тихо и осторожно заговорил с мальчиком, надеясь что тот не кинется на них. Здесь его поджидало новое потрясение - пацан расслабился, спокойно пошел на контакт. Складывалось впечатление, что он прекрасно понимает свое состояние и не против нахождения в психбольнице. "Именно психушка мне и нужна, после Азкабана-то..." - его слова полностью подтвердили предположение Сайреса. Он порадовался, что ему достался настолько неконфликтный и рассудительный пациент, который... Который, похоже, прекрасно знает все свои пороки. Только вот выполнять его просьбу "...Короче, врежьте куда-нибудь..." Сайрес не собирался. На этот счет существовали очень строгие инструкции, нарушение которых грозило увольнением, а работу свою мужчина любил - психи бывают такие забавные...