А я сошел с ума...

- ...Сай, а какое сегодня число? – поинтересовался мальчик. Они с Сайресом прогуливались по небольшому парку возле клиники. Сейчас юноша выглядел совершенно нормальным, если только чуть более бледным. До сих пор еще не успели пройти последствия того срыва, и Смит чувствовал за собой некоторую вину. Ведь это именно он вколол юноше ту ударную дозу. Кстати, после чудесного пробуждения юношу затаскали по осмотрам и закидали вопросами. Но это почти ничего не дало. Да, он уже сталкивался с подобным. Нет, это длилось всего два дня. Да, это на все успокоительные. Терпеливо он отвечал только первые два дня. Тогда, когда были только вопросы. Когда врачи попытались взять кровь с помощью шприца, у мальчика едва не случился нервный срыв. Только вовремя зашедший Сайрес смог угомонить пациента и разобраться в проблеме. Шприц убрали, и взяли простой ножик – тогда юноша позволил. Дотрагиваться до себя Гарри позволял лишь Сайресу, других встречало злобное змеиное шипение и оскаленные зубы. Одного непонятливого все же покусали. А повторяющиеся изо дня в день вопросы все же довели мальчика до нервного срыва, после чего расспросы прекратились. Неделя ушла на восстановление хоть какого-то душевного равновесия, в течение которой Смит проводил почти все ночи напролет в палате юноши. Кошмары, сбивчивые рассказы и бессвязное бормотание стали верными спутниками каждой ночи. Такое было лишь когда он только поступил в клинику. Сейчас же доктор Смит и Гарри тихо прогуливались по парку. Мальчик все еще не расставался с тростью, хотя было видно как насточертело ему подобное. Как и любому ребенку ему хотелось более активной деятельности, а проклятая палка только мешала. - Двенадцатое апреля. А почему ты спрашиваешь? - Интересно когда придут ОНИ. - Почему ты думаешь, что они придут? Ты ведь про волшебников? – поддерживал Смит разговор. - Я один из них. Я их герой. Для Дамблдора я очередная пешка в его игре. Для Уизли – источник дохода. Они придут за мной. Сначала пришлют сову, потом придет кто-то из учителей. В прошлый раз прислали лесника… как странно. К другим приходили заместитель директора, деканы факультетов, другие учителя. А к Мальчику-Который-Выжил послали простого туповатого лесника. Пошли обратно, Сай, я замерз. *** От написания отчета Сайреса оторвал телефонный звонок. Внутренний. С самого утра мужчину мучило плохое предчувствие, но откуда? С Гарри все было в порядке, только час назад он вышел от него. И все внутри кричало, что вот именно этот звонок разрешит его сомнения. - Доктор Смит, пациент Поттер упал с лестницы, – звенящий и взволнованный голос медсестры. – Он не позволяет нам даже подойти к нему! - Где? – резки вопрос. - Вторая лест… Но дальше он уже не слушал. Бросив трубку, Сайрес вылетел из кабинета, на ходу застегивая рабочую одежду. У подножия второй лестницы уже собралось достаточное количество народа, но весь гул перекрывало разъяренное шипение. - Пропустите! Пропустите, дайте пройти! – Смит пробился вперед. Гарри сидел, прислонившись спиной к перилам. Левую руку мальчик прижимал к себе, а правая нога была вывернута под неестественным углом. По бледному лицу юноши стекали бисеринки пота, а глаза настороженно следили за присутствующими. Когда Гарри увидел Сайреса, то у него вырвался облегченный вздох, тут же перешедший в ругательство. - Гарри, ты как? – Смит опустился на колени возле мальчика. - Жить буду, Сай. – кривая ухмылка, но зрачки расширены от боли и дыхание хриплое, прерывистое. - Почему ты не позволил помочь тебе? – мягкая укоризна в голосе. - А должен был? – злобный взгляд на кого-то в толпе. – Люциус никогда не упустит возможности убить меня. - Люциус? – доктор удивленно оглядел собравшихся. Все лица были знакомыми, но никакого Люциуса среди них не было. – Какой Люциус? - Вон там, у стены стоит мужик с белыми волосами. Этот чертов Пожиратель подстригся, но я все равно узнаю эту гниду! Возле стены был только один блондин, и то был просто коллега Смита, а не какой-то загадочный пожиратель. - Джон, уйди пожалуйста. Гарольд принял тебя за другого. Если ты останешься, то он бросится. – блондин понимающе кивнул и скрылся в толпе. Доктор вновь повернулся к мальчику. Тихим успокаивающим голосом, глядя прямо в расширенные зрачки ребенка он заговорил: - Все, Гарри, Люциус ушел, теперь ты позволишь помочь тебе? Я обещаю, что никто тебе не навредит. Закусив губу, Поттер кивнул. *** Повреждения оказались намного серьезнее, чем казались на первый взгляд. Перелом левой руки и практически раздробленные кости правой ноги – на фоне этого пара сломанных ребер, несколько ссадин и синяков просто терялись. К счастью, наркоз не давал такого эффекта, как обычные успокоительные, и операция прошла довольно удачно. Поттер бесился от вынужденного безделья, ведь теперь вставать с кровати ему не разрешали. Пошатнувшаяся психика бойца не выдерживала заточения и мальчик рвался из ремней, которыми его привязали к кровати. Персоналу больницы очень повезло, что разорванная аура не позволяла творить волшбу. Она не успела восстановиться после стихийных выбросов, а потом на это наложились еще и новые повреждения. Поттер боялся, что превратится в сквиба. Встать ему впервые разрешили лишь в начале июня. Как же Гарри был счастлив, когда смог выбраться из больницы на свежий воздух, пусть и в инвалидном кресле. Сайрес улыбался, глядя на ничем не прикрытую радость мальчика – на лице его маленького пациента нечасто появлялась улыбка. К концу июня Поттер не вполне уверенно, но все же держался на ногах – не без помощи трости, естественно. Врачи разводили руками, не понимая КАК могли такие повреждения пройти за столько короткий срок, а Гарри хитро щурился на все расспросы: - Это волшебство, уважаемые! Подобные заявления никого в психиатрической больнице не удивляли, так что верить ему никто не собирался. За эти несколько месяцев и так не очень упитанный мальчик превратился в бледный скелет, обтянутый кожей. Не считая этого Поттер выглядел совершенно нормальным и если бы не периодические приступы ярости, рассказы о магии и частые истерики, то его бы, верно, выписали, но увы!.. С приближением тридцать первого июля мальчик становился все более и более нервным, часто смотрел в небо, провожая взглядами пролетающих птиц. - Нет, не оно… - часто можно было услышать его бормотание, когда Поттер видел очередную ворону. Складывалось такое впечатление, что совсем скоро должно что-то произойти, что-то страшное, но в то же время долгожданное. - Чего ты с таким нетерпением ждешь, Гарри? – спросил в один из дней Смит. - Письма-приглашения в Хогвартс, Сайрес, - спокойно ответил на вопрос мальчик, как будто это было само собой разумеющееся. – О, я хочу взглянуть на их лица, когда они увидят своего Гарри Поттера! Когда они поймут, что героя у них больше нет! – Поттер практически крича, распаляясь все больше. - Тише, Гарри, не кричи, - доктор успокаивающе похлопал мальчика по плечу. – Так ты не вернешься в Хогвартс? Сайрес не особо верил в реальность рассказов своего пациента. Он вполне допускал, что жизнь у того была нелегкой, даже, вероятно, очень тяжелой – ведь откуда-то должны быть кошмары? Но вот волшебство он считал выдумкой, которую породила травмированная детская психика. - Нет, Сай, не вернусь, - злобная ухмылка. – Я просто буду смотреть за тем, как магическая Англия катится в пропасть под «мудрым» руководством Дамблдора.