Воздух у моих пальцев

… так. Она не проснется до… 6:40. Час. Ее телефон заиграет, и тогда она потянется, чтобы шлепнуть по экрану, и ее рука наткнется на него. Идеально. Он пододвинул маленький кусочек дерева на прикроватном столике чуть-чуть вправо в последний раз. Одобрительно шмыгнув, он тихо отступил, но затем заметил, что она могла смахнуть его со стола, когда потянется. Не хорошо. Может, с другой стороны телефона? Да. У ее стакана с водой. Она возьмет его по пути в ванную, и тогда она увидит его, и она… - Доктор? Роза сонно смахнула волосы с лица, щурясь на него снизу вверх. - Ч-ты делашь? - Ничего. – Мягким движением он помог ей убрать волосы со лба. – Засыпай обратно. Она зевнула, несколько раз моргнув, затем зарылась головой обратно в подушку. Хорошо. Он был уже на пути к лестнице, когда из комнаты раздался ее голос. - Что это? Ему почти удалось. - Доктор? Лучше вернуться. Медленный выдох и шаг за шагом. Завернув за дверь, он увидел, как она садится и тянется к прикроватному светильнику. - Что это? – Ее голос был тихим и слегка удивленным. - Это… - Он почесал тыльную сторону шеи, глядя на то место на стене, где облупилась краска, которую ему действительно надо бы подлатать, но она еще не подняла на него взгляд, и… о. – Это вещица, которую я носил с собой. - Это деревяшка. Она умолкла и перевернула ее – должно быть, заметила бороздки кончиками пальцев. Она, наконец, подняла на него взгляд. Над ее носом возникла та самая складочка. Та, что указывала на то, что она вот-вот во всем разберется. Умница. Она вновь поглядела на гравировку, затем опять перевела свой взгляд на его глаза. - С вырезанной розой. - Ага. - Откуда-? – Она опять смотрит вниз, не совсем довольная, и стало определенно казаться, что все это движется в сторону категории «Не Хорошо». Надо исправить. - Это пустяк. Просто кусочек пляжа с того дня, когда мы... я просто. В смысле, я знаю, что тот день был не лучшим, но… мы были вместе. И не важно, что принес бы следующий день, потому что ты все равно будешь рядом. Я знаю, это мусор, но я носил его, чтобы напоминать себе. Когда студенты становились неуправляемы, когда накапливалась бумажная работа, или когда комната становилась слишком тесной, я просто… я брал его в руку и вспоминал, что ты и я находимся в одной вселенной, понимаешь? Но затем… все наладилось, и теперь он мне уже не нужен. До настоящего момента он даже не замечал, что его глаза закрылись. Маленькая рука задела его торс, ухватилась за шерстяную ткань его пиджака. Притягивая его ближе. Открыв глаза, он увидел, что Роза стоит перед ним на кровати на коленях, ее глаза сияют, а на губах играет улыбка. Хорошо. Подцепив пальцами шлевки его брюк, она притянула его ближе. - А роза? Он опустил голову. - Волокна как будто бы складывались определенным образом, а у меня при себе был карманный нож. - Ммм. – Она нагнулась, подняв голову к его лицу так, чтобы он не смог избежать ее взгляда. – Не пользуешься ли ностальгией, чтобы заставить меня простить тебя за то, что ты вчера помянул старый спор, а? – Ее улыбка напоминала о кошке, которой не только достались сливки, но которая, кроме того, смахнула остаток в бутылке со стола. - Что? – зафыркал он. – Чтоб ты знала, Роза Тайлер, на такую искусную работу требуется время! Ее улыбка смягчилась, затем она уткнулась лицом ему в грудь, обхватив его руками за спину. - Помнится, на это требуется всего лишь ночь, - произнесла она ему в рубашку. - Ну, - руки его, наконец, двинулись, чтобы обнять ее, - на этот раз потребовалось немного больше времени. Меньше ведь, чем трость. И, кроме того… - он поднял руки к ее лицу, мягко обхватив ее щеки. – Меня не требуется прощать. Я выиграл пари честно и справедливо. – Он быстро нагнулся; пытаясь прервать любые возражения, против которых, скорее всего, у него не было ни единой надежды выиграть. Укус на его нижней губе был чуть сильнее обычного. Так, она, скорее всего, прокусила до крови. - Эй! – он быстро отстранился, осторожно трогая пальцами чувствительное место. - Так тебе и надо. Она села обратно на кровать по-турецки, и он присел рядом с ней. Возможно, чуть в стороне, на случай, если она вздумает предпринять еще какою-нибудь меру наказания. Не то, чтобы он стал бы возражать, но- Сосредоточься. - Роза, я… - Как сказать так, чтобы еще больше все не испортить? – Мне правда не стоило… - Поднимать эту тему? Он пожал плечами, рассеянно прокручивая кольцо на левой руке. - Я думал, мы… прошло достаточно много времени, и… - Он испустил вздох, не совсем похожий на смех. – Полагаю, я, на самом деле, не подумал. Шорох, и затем она приблизилась. Уже лучше. Она положила подбородок ему на руку. - Ты на самом деле не подумал. – Она наклонила голову, и он не станет раскрывать рот и все портить. Он подождет. Ее взгляд быстро перемещался от одного его глаза к другому, затем она, наконец, продолжила, - Но, я полагаю, ты и правда выиграл, честно и справедливо. Глаза у нее поблескивали, но он не был уверен, во что она играет. - Вот как? – Он аккуратно держал руки при себе. - Ммхмм. – Она надавила ему на плечи, и он повиновался ее желанию, лег на спину на кровать, в то время как она нависла над ним. Этот поворот событий нравился ему, скорее всего, чуть сильнее, чем должен был. Восход солнца за окном сейчас освещал ее волосы, охватив их золотом и огнем, слабый отклик ее великолепия, когда она… Сосредоточься. Она облизнула губы, и он изо всех сил старался не пялиться и пытался слушать, что она говорит… - … расплатиться с тобой? - Хм? – Он поморщился от своей полной неспособности скрыть то, как основательно она его отвлекла. Ее губы лишь слегка дернулись, и она повторила: - И как же мне расплатиться с тобой? – Она была к нему достаточно близко для того, чтобы он ощущал тепло ее тела. Везде, но она до сих пор даже не касалась его. С ума сводящим образом. - Кажется, это должны быть двадцать фунтов, - произнес он, желая, чтобы в его голосе не звучало столько придыхания. - Мм, - промычала она, хладнокровно оценивая его. До сих пор, блин, не касаясь его. Затем, она нагнулась ближе, ее губы были на расстоянии вздоха от его рта. – Уверен, что мы не можем пересмотреть эти условия? Ее губы обхватили его верхнюю губу – насколько широко у него отвисла челюсть? – и переместились на нижнюю, прежде чем он притянул ее на себя сверху, каждый ее дюйм касался каждого его дюйма. И было бы так просто посчитать это завершением. Принять ее прощение и бежать. Но он не мог. - Возможно. – Ему хотелось поддаться этому, каждая частичка этого гибридного тела кричала об этом, но он не мог оставить это без внимания. – Но я должен был проиграть в тот день. Она озадаченно отстранилась. - Что? - Мне не следовало полагаться на тот факт, что я думал, что ты знаешь. Что сами слова не были необходимы. И мне хотелось бы, чтобы я этого не сделал. И я знаю, что до сих пор не говорю это так, как должен. – Она замерла над ним, опираясь на локти, занавесь ее волос не давала ему отвести взгляд от ее лица. – Я люблю тебя. Она тихонько усмехнулась, ее глаза сияли. - А я люблю тебя в ответ, паршивец. Его рука обхватила ее щеку. На короткое мгновение его большой палец погладил мягкую поверхность, а затем он притянул ее вниз для поцелуя. По причине чего она пошевелилась на нем, заставив его ахнуть. «Коварная» - единственное слово, которым бы он мог описать ее улыбку, и он знал, что его на самом деле простили. И, раз уж на то пошло, он мог воспользоваться добрым расположением Розы Тайлер. - Так, насчет того, чтобы расплатиться…