Воздух у моих пальцев

Роза выпрямила плечи, собираясь с мужеством и мыслями. Обсуждать что-либо – это для Доктора как криптонит, она это знала, но есть вещи, которые они просто обязаны… Внезапно Доктор резко развернулся, и прежде чем Роза успела хотя бы бросить взгляд на его лицо, он уже целовал ее. Это было быстро и с силой, и по инерции Роза отступила назад, пока ее не поймала его рука, вжавшаяся между ее лопаток. Рот его был занят ее губами, настойчив, его язык уже танцевал прелюдию на стыке ее губ, и на какое-то время она могла лишь поспевать. Она могла лишь отвечать на поцелуй, форма его губ была такой знакомой, а вот вкус нет, совсем нет, кроме как по смутному частичному воспоминанию, полному больничных запахов и кошек-монашек, и тому моменту, когда сюрпризный поцелуй был преподнесен с другой стороны. Его пальцы на ее спине сжались в кулак, вцепившись в ее майку. Вторая его рука, та, что мягко вплелась в ее волосы, слегка подрагивала. Это было хорошо, по-настоящему хорошо, это было все, чего она хотела, но. Это не то, что ей было нужно. С влажным, звонким чмоканьем она отстранила свой рот, и на мгновение его губы последовали за ней. Пьянящий восторг от одного только этого едва не заставил ее отвлечься от своего намерения, которое заключалось в дистанции, она почти была уверена в этом. Точно – дистанция, перспектива, ясная голова, вот, что тут необходимо. Против воли, ее язык выскользнул, чтобы слизнуть его вкус с краешка губ. - Ты только что… я… - Она потрясла головой, пытаясь прояснить ее, и вытерла запястьем уголок рта. – Какого черта ты творишь? Доктор моргнул, один глаз чуть раньше другого, слегка помотав головой. Его глаза обвели черты ее лица, рот беззвучно шевелился, затем он наклонился и коснулся ее лба своим. - Мы не станем это просто… зацеловывать, ладно? - произнесла она, а затем почувствовала себя нелепо. – Есть вещи, которые мне необходимо знать. Ты, эм. – Умолкнув, она наклонила голову, отстранилась так, чтобы видеть его глаза. – Ты все помнишь, да? О том, когда был Джоном Смитом? - Да. - Но, - она сглотнула, - это был не ты, потому что ты был в часах. Джон Смит лишь… заполнял место? - Нет. – Доктор, казалось, осознал, что до сих пор держит ее за талию, и уронил руки. Вдобавок еще и отступил на шаг назад, потягивая себя за ухо. – Не совсем. В смысле, да, моя сущность была в часах, но это не обязательно был весь я, потому что ты ведь знаешь, что я не смог бы поддерживать даже человеческое тело с минимумом умственных способностей. – Он начал потихоньку отступать вокруг консоли, его жестикуляция постепенно набирала скорость и амплитуду. - И, честно говоря, несмотря на то, что ТАРДИС, возможно, и самая великолепная машина во вселенной, а хамелеонная арка – вершина разработок, она не в состоянии полностью переписать мозг. Особенно, когда имеет дело с чувствующими время. Голос его приобрел легкую писклявость, несмотря на его попытки скрыть этот факт. - Там, где люди способны лишь на одну личность, что на фундаментальном уровне остается неизменной, Повелители Времени обладают множеством способностей. Но даже у них есть ограничения. Замечательная вещь – мозги. Люди так до конца и не разберутся, как проникнуть в их потенциал. Как, честно говоря, и Повелители Времени, но мы всегда были на пару прыжков и скачков впереди. Но там всегда отчасти присутствует личность. Ты знала, что у всех Повелителей Времени мозг настроен на равноценное владение обеими руками? Было бы сложновато, если бы у тебя была склонность к какому-нибудь действию в одной инкарнации, но полная невозможность делать это из-за небольшой проблемы в твоей физио… - Ладно, - сказала она, прервав его. – Так это был немножко ты и немножко не ты. - Нууу… - Он потер ладонью тыльную сторону шеи. – ТАРДИС дала мне прошлое. Немного вымысла вперемешку с некоторой правдой. Проще поддерживать. - И именно поэтому он был Джоном Смитом из Пауэлл-Эстейт? Его щеки приобрели трогательный розоватый оттенок, и он кашлянул. - Ага. Роза закусила ноготь на большом пальце, обдумывая то, что она знала о личной биографии Джона Смита. - Так сколько там было правды? На мгновение он коснулся языком тыльной стороны верхних зубов. Словно бы решая, что будет безопаснее – на каком пути будет меньше мин. - Тебе знакома большая часть деталей и их происхождение. Полагаю, Пауэлл-Эстейт был способом ТАРДИС дать тебе знать, что это я. Вопрос, который она не совсем хотела задавать, вертелся на самом кончике ее языка. ТАРДИС не только разбрасывалась именами – неоконченный рассказ о потерянной любви, о той, что ему пришлось оставить, который так и не был больше упомянут – во всем этом явно сквозило Доктором и его прошлым. Роза всегда избегала расспрашивать Джона Смита об этом, потому что его это, похоже, тяготило, но также и потому что это казалось вторжением в личное пространство Доктора. Вот только теперь, когда он сказал о том, что ТАРДИС оставляла ей подсказки, она задумалась, не предполагалось ли это в качестве напоминания. Доктор такого не делал, по крайней мере, не со спутниками. По крайней мере, не с ней. Да уж, тут с напоминанием вышел прокол. - Так, - медленно, с неловкостью произнесла она, - эм. Та женщина, что ты – он – сказал, что любил. Это была твоя…? Его взгляд затуманился, затем вдруг он моргнул. - Моя… кто? Роза в ответ тоже моргнула. - Твоя жена. Все равно что пощечину ему залепила, такой шок отразился на его лице. Он на мгновение оглянулся, затем опять обернулся к ней. - Нет. Мы не были… - Он сунул руки в карманы. – Это было не так. - О. – Она не знала, что сказать. Когда она продолжила хранить молчание, он нехотя продолжил: - Повелители Времени были продвинуты практически во всем остальном, но, в том, что касается общественных устоев, ты могла бы найти нас… холодными. Отчужденными. Браки организовывались скорее по политическим и… генетическим причинам, нежели на основании, собственно, чувств. - О, - повторила она. Идея того, что он состоял в политическом браке была поразительной, противоречила всему, что она о нем знала, и она с трудом могла сопоставить ее со стоявшим перед ней мужчиной. Неудивительно, что он сбежал. Какая-то часть ее сердца заныла при этом, пытаясь представить его частью чего-то, звучащего настолько бездушным. Настолько пустым. Инстинкт потянуться, коснуться, обнять его, был силен, но, если она ему поддастся, он снова закроется. Она была в этом уверена. - Так, эм, значит, это не то, - сказала она, пытаясь сообразить, как сформулировать свой следующий вопрос. – Эта деталь была просто частью выдумки? Он резко опустил голову, пряча лицо, покрутил пару переключателей перед собой. - Э? Должно быть. Полагаю, так и было, да. - В смысле, «полагаю», - расстроенно произнесла она. – Оно или было, или не было. Был ли, - она сглотнула, - кто-то еще важный? Она прошла вперед и встала прямо перед ним, ее лицо оказалось прямо под его лицом, так что он не мог отвести взгляд. Она так привыкла позволять ему избегать этих тем, что это уже стало ее второй натурой, но ей необходим был ответ на это. Джон Смит стряхнул их аккуратный платонический карточный домик, и она ему это позволила. Даже учитывая все то, что она знала о Докторе, она позволила ему. И она знала, понимала, что у него есть свои пределы, и это… это ничего. Она могла с этим жить. Просто, если был кто-то еще, Сара Джейн или Линда-через-И или… Ренетт, ей нужно было услышать это от него. Хотя бы просто для того, чтобы она могла начать перестраивать свое сердце. - Доктор, - подтолкнула она. Он выглядел на все свои 900 с лишним лет. - О чем ты спрашиваешь на самом деле, Роза? - Кто она была? Его горло тихо клацнуло, когда он сглотнул, глаза смотрели куда угодно по комнате управления, только не на нее. - Ты. Она озадаченно уставилась на него. - Я. Он кивнул, до сих пор не глядя ей прямо в лицо, на котором, она была уверена, было написано полнейшее изумление. - Я, - повторила она. – Та девушка – это я. – Она слегка потрясла головой. – Ты ведь оставил ее. В твоей истории, она была брошена. - Она была потеряна, не брошена. Она воспользовалась шансом и потянулась за его рукой. - Я никуда не ухожу, Доктор. Он опустил взгляд на их руки и переплел их пальцы. Ее большой палец провел по его пальцу сверху, и он вновь поднял на нее взгляд. - Но ты уйдешь. Однажды. – Он выронил ее руку, и оперся обеими ладонями на консоль, опустив голову между рук, а затем рывком выпрямился. – Но нет никакой необходимости заново излагать все это дело с «Проклятием Повелителей Времени». – Он шмыгнул. – Стоит ли нам вернуться обратно в Лондон? Уверен, что ты готова увидеться со своей матерью. Было почти заманчиво согласиться, вернуться к стандартной процедуре. Они будут держаться за руки, когда пойдут по Пауэлл-Эстейт, и увидятся с ее мамой, и купят чипсов, и никогда-никогда больше об этом не заговорят. Это безопасно. Это разумно. Но это не остановило слова, сорвавшиеся с ее губ. - Не говори так. Просто не надо. Мы не станем отодвигать это в сторону. Ты не можешь в одну минуту целовать меня, в следующую хандрить, а потом просить притвориться, что всего этого не было. Доктор тяжело опустился на откидное сиденье, опершись локтями на колени и сцепив руки перед собой. Спустя несколько долгих секунд молчания, он поднял на нее взгляд. Усталый. - Что ты хочешь, чтобы я сказал, Роза? - Я хочу, чтобы ты объяснил. Я до сих пор помню лишь часть того, как мы здесь оказались – в чем был план? И потом, после всего, что между нами произошло… - Она остановилась, едва не лишившись присутствия духа, но сейчас было время сделать решающий шаг. – В смысле, Джон Смит. Он был… влюблен в меня. Доктор, - она поймала его взгляд, удержала его, - Мне необходимо знать, где заканчивается он и начинаешься ты. Он глядел на нее, беззвучно шевеля губами, затем провел рукой по лицу. - Первоначальный план был: приземлиться в настоящем 1873-м. Но затем ТАРДИС была атакована Семьей, и ее, должно быть, отбросило с курса, она совершила пару скачков во времени, раз мы прибыли в разное время. План состоял в том, чтобы приземлиться, и я бы скрывался в роли человека. Семья бы вымерла через несколько месяцев – ни крови, ни грязи. Ты бы открыла часы и - престо. - Но вместо этого мы оказались в стране чудес Альфреда Хитчкока. - Именно. – Секунду казалось, что он колеблется, затем он робко потянулся к ее руке. – Прости за то… что произошло. Меня не было рядом. - Не важно. – Но она позволила ему взять себя за руку, их пальцам скользнуть в знакомый захват. – А, эм. А остальное? - Конечно. – Он вздохнул, на его лице впервые с тех пор, как они вернулись на ТАРДИС, возникла полуулыбка. – Нет шанса пропустить эту часть? Она взглянула на него, секунду подождала. - Нет, если хочешь поцеловать меня снова. Его глаза расширились, и он заметно сглотнул. - Не знаю, - добавила она. – Может, ты и не хочешь. Тогда его глаза сузились, в ответ на ее игру. - Почему бы тебе просто не сказать, что конкретно ты хочешь знать. - Ладно. Почему ты меня только что поцеловал? - Потому что не был уверен, что у меня еще будет шанс. – Он самоуничижающе усмехнулся. – Лови момент. - В каком смысле? – Она подозрительно отстранилась. – Ты меня не бросишь. - Что, если то, что я могу предложить, для тебя уже недостаточно? – Роза хотела было опровергнуть его заявление, но он помахал рукой, перебивая ее. – Не надо. Я был там, помнишь? - О чем, черт возьми, ты говоришь? - Ты не совсем, как бы, давала Джону Смиту от ворот поворот. Ее челюсть отвисла. - Так вот, что ты думаешь? - А почему нет? – Он вздохнул, прикрыв на секунду глаза, собираясь. – Роза. Мало кто из тех, что пошли со мной, так… пристращались к моей жизни, как ты. Черт, временами мне кажется, что, будь ты способна управлять ею сама, это ты бы высаживала меня время от времени. – Приподнятые уголки его губ опустились. – Но ты права – мы не можем вести себя так, будто бы этого не происходило. Но это касается не меня одного. - Думаешь, я бы предпочла его тебе? – Она издала раздраженное восклицание. – В этом даже смысла никакого нет. В одно мгновение ты говоришь, что он – ты, как бы, а в следующее ты, что, ревнуешь? - Нет, я имею в виду… - Он отклонился назад, покачав головой. – Полагаю, ты можешь представить это так. Но это не столько ревность к нему, сколько осознание того, что нечто в нем явно привлекло тебя. И дело в том, почему. То, что это был я, не вопрос. - Это как-то связано с одомашниванием, так? О, Роза пожила несколько месяцев в доме с дверями, естественно, ей захочется приобрести новые ковры и начать переставлять мебель. – Она сложила руки на груди, впившись в него тяжелым взглядом. – Какой же ты мудак. - Дело не в этом. – ТАРДИС отказалась переводить следующие пару слов. - …ты не можешь говорить мне, что в этом человеке не было чего-то такого, что привлекло тебя – вне зависимости от того, хочешь ли ты признавать то, что в той жизни есть некоторые аспекты, которых тебе хочется! - Однако, у меня не было особенного выбора, верно? Он отвернулся, покачав головой. Затем выпрямил спину, вновь разворачиваясь к ней. Он спросил, тихим голосом: - Когда ты нашла часы? - Я… - Она опустила взгляд. – Да, ладно, я выждала. Два дня. На его лице был определенно не триумф. - Но, - продолжила она, - но это не из-за того, что я не хотела твоего возвращения, или не хотела возвращения этой жизни. И с твоей стороны нечестно использовать это вот так. Я не знала, что произойдет. И да, Джон Смит, я… - Она прикрыла глаза. – Это было просто. Я знала, о чем он думал. Что чувствовал. – Вновь открыв их, она поглядела прямо на него. – Но я никогда не предпочла бы его тебе. Он прошел вперед, взял обе ее руки в свои. - Тогда почему ты поддерживала дистанцию, когда я вернулся? - А ты почему? - Первое, что я сделал – поцеловал тебя! - Первое, что ты сделал – бросился бежать к ТАРДИС, - запротестовала она. - Роза, - произнес он слегка покровительственным тоном. – Я вернулся в ту же миллисекунду, как открылись часы. У нее ушло некоторое время на осознание, на то, чтобы припомнить в контексте своей памяти момент того щелчка. Джон Смит целовал ее на прощание, а затем Доктор выскочил, но… Погоди-ка, нет. Часы открылись раньше, в самом начале, так что… а. Это Доктор сунул язык ей в рот. Когда озарение снизошло, ее щеки порозовели, а по лицу, почти невольно, расплылась улыбка. Он улыбнулся в ответ, почти застенчиво. - Так что… да. – Он кашлянул. – Но мы не прояснили дело. А именно, тот факт, что он вел себя якобы более… открыто? Я знаю, что я не… но я думал, ну, знаешь, из-за того, что ты такая гениальная, и ты всегда зришь в самую суть вещей, что ты бы просто знала. Что ни за что не могло быть такого, что ты не знаешь… - Доктор, - прервала она его, остановив поток слов тем, что положила ладони на его щеки. На мгновение она позволила им лежать там, не отрывая взгляда от его глаз. Как-то давным-давно он рассказал ей о том, что Повелители Времени обладают способностью замедлять время, растягивать его, и она думала, что узнала, каково это, здесь и сейчас, с его лицом, мягко обрамленным ее пальцами. Медленным движением она переместила их, обведя контур его скул, проследив поверхность его лица так же, как уже делала это раньше. Его веки, затрепетав, закрылись, когда она достигла уголков его глаз, и он уронил голову, позволяя ей более легкий доступ к своим бровям, лбу. Она обвела легкие складочки, позволила указательному пальцу одной из рук скользнуть вниз по его переносице. Он соскользнул с кончика носа и приземлился на губы, мягкие и слегка приоткрытые. Подавшись вперед, она ощущала каждый выдох на своем собственном лице, ощущала его теплое дыхание, окутывающее ее губы, когда она приподняла подбородок. - Роза? – хрипло произнес он, его руки нашли ее плечи, шею. - Да? - Не важно, в какой я инкарнации… - Он нежно погладил большими пальцами за ее ушами, выражение его лица было искренним. – Я всегда в твоем вкусе. – Он нагнулся и поймал ее губы, прежде чем она смогла бы ответить. Ее рот распахнулся в ответ, и, ну, да, это вновь язык Доктора у нее во рту. - Ты! – Невнятно забормотала она, отталкивая его в попытке остановить поцелуй. – Ты засранец! Он довольно промычал – определенно не раскаиваясь – и зарылся пальцами ей в волосы, вновь целуя ее. - Ладно, - пропыхтела она между поцелуями, - но раз ты этого не скажешь… я тоже не стану говорить. Он ущипнул ее за нижнюю губу, затем отстранился с задорной ухмылкой. - Это угроза… или пари? Ее глаза сузились. - Я с тобой больше не спорю. Ты до сих пор должен мне десять фунтов. - Удваиваем ставки? Она окинула его притворно испытующим взглядом. Его лицо озарялось счастьем – и явной излишней самоуверенностью, потому как она была уверена, что сможет обыграть его. Но, по большей части, он выглядел открытым, как будто что-то в нем наконец сдалось. Как будто он опустил последнюю деталь своей брони. Так что она не стала произносить слова, что подступили, что пульсировали под ее кожей. Прекрасные и необязательные. С выглядывающим из уголка рта кончиком языка, она ухмыльнулась. - Идет.