Смешанные чувства (Талисман)

Мистер Харис что-то нудно объяснял, выводя на доске свои странные каракули. Забравшись на последние ряды аудитории, Стилински тихо-мирно играл в телефон. Когда речь шла о предмете истории, Стайлз искренне жалел, что выбрал журналистику. Строить новую историю - вот это в его стиле. Но слушать, а тем более записывать старую - фу, кошмар какой-то. Отложив мобильник, парень решает вздремнуть, предварительно попросив Эллисон толкнуть его, если что, и отключив телефон. Проспав остаток последней пары, недовольный, разбуженный звонком, парень поплелся к своему джипу, дожидаться Скотта, дабы поехать домой. Стайлз вел себя странно. Всегда хотел спать, стал безинициативным. Он не ходил во сне уже неделю. Спал как труп. Был без настроения. Как будто внутренняя искорка перегорела. Ну, Скотту так казалось. Он пытался расшевелить друга, разыскать причины. Но он ведь не тупой, он прекрасно понимал угрюмое молчание Стилински. Ужасная ситуация, когда ты мечтаешь о чем-то, и твоя мечта сбывается, но немного не так, как тебе хотелось бы. А новую мечту ты пока не придумал. Как тут не быть задумчивым и молчаливым? А Стайлзу не нужна новая мечта. У него есть старая, все время находящаяся где-то поблизости. Он уже привык встречать Хейла по три раза в день. Хоть это были и не личные встречи, но первое время парню хватало и этого. А потом он захотел больше, и все по п*зде пошло, как обычно у Стилински и происходило. Он проливал еще больше кофе на клиентов, чаще опаздывал на пары, а некоторые вообще счел ненужными для посещения. Парень все больше времени проводил наедине с собой или со своим компьютером. Отказывался от тусовок и совместных походов в кино с друзьями на выходных. Обеспокоены были все. Его отец, шериф провинциального городка, понял все сразу, с первого звонка по скайпу. Но помочь тоже ничем не смог. Лишь попросил сына быть аккуратнее и не делать глупостей. А Стайлз и не делал. Точнее делал, но не помнил. И не знал. Он снова гулял. Скотт мирно посапывал в своей кроватке, пока спящий, но даже во сне хитрый, Стилински тихо пробирался мимо его комнаты и выходил на улицу, совершать свои ночные прогулки. *** Дерек ни с кем не разговаривал. Кроме сестры, разумеется. На необоснованные упреки начальства он отвечал либо молчанием, либо мычанием. Но, в основном, предъявить ему было нечего. Работать он стал еще лучше. Да и спал Хейл хорошо. И почти все свободное от работы время. Светские вечеринки забыли лик прекрасного Дерека Хейла, как и его коллеги и по совместительству друзья. Зато он больше не злился не понятно от чего и ни о чем плохом не думал. Во время ночных выходов он переодически обращался и выплескивал свою плохую энергию либо на бег, либо на охоту. Хорошая энергия, естественно, предназначалась Стайлзу. Стайлз тихо расцветал. Но ощущение яркого недостатка чего-то не проходило. Парень радовался и улыбался, снова замечая Дерека в толпе, и ему казалось, что тот тоже улыбается. А, может, и не казалось. Хейл просыпался, обнимая подушку, и иногда даже пускал слюни во сне. Видимо, ему снилась еда. Ну, это он так думал. Пару раз он проснулся в обращенном состоянии. Он пугался. Никто не должен знать. Никто. Стилински просыпался весь в каком-то не понятном черном мехе. На бедрах красовались две свеженькие царапины. Не очень глубокие, но довольно болезненные. На лопатке у парня Скотт вообще разглядел что-то похожее на укус. - Пора прекращать тебе смотреть ужастики. Лучше смотри что-нибудь о любви, как я, - смеялся Стайлз, когда друг сообщил ему о находке. *** Они виделись каждую ночь. Там, в непонятом сне, оба получали то, что хотели, но не воплощали в жизнь. Почему? *** Под покровом ночи лесная жизнь только начинала свой бег. Гигантские дубы и стройные сосны шелестели листьями на ветру, покачиваясь в едином ритме медленного плавного танца. Опавшие листья и веточки шелестели под босыми ногами Стайлза, крошась и ломаясь с причудливым треском. Это была особенная ночь. Ночь полнолуния. Луна была высоко-высоко, окруженная хороводом ярких далеких звезд. Юноша приземлился на горку сваленных в кучу ветром листьев и облокотился спиной на ствол могучего дуба. Запрокинув голову к небу, пересчитывая звезды и теребя в руках еще зеленые, но уже упавшие желуди, он сидел в ожидании. Но сегодня ОН не пришел. *** Полная луна освещала лес через промежутки между ветками могучих деревьев. Звезды крутились и падали над его головой. В легких кололо от прохладного воздуха. Мышцы болели под натиском таких нагрузок. Но Хейл не останавливался. Он бежал. Бежал как можно дальше от места встречи, отводя опасность за собой. Альфа был близко. Почему Дерек не замечал этого все это время? Неужели он настолько глуп, раз поддался на эту уловку? Но уже не было времени что-то менять. Оставалось бежать. Главное - не останавливаться. Главное - не сдаваться. *** Стайлз не проснулся. Решив, что друг всю ночь зависал за компьютером, Скотт не стал будить его. Сегодня были не очень значимые для Стилински пары. - Пускай поспит, - подумал МакКол и свинтил на занятия. Нагулявшись с Эллисон, Скотт вернулся домой за полночь. Стайлз не звонил ему весь день. Хотя, обычно, в таких ситуациях, он набирал и любовно спрашивал, что приготовить на ужин. Ни одного звонка. Но, рядом с подругой, МакКол забывал обо всем и не придавал значения таким вещам. А зря. Обнаружив Стилински в своей комнате, спящим, он снова не придал этому значения. - Наверное, лег пораньше, чтобы завтра не проспать, - думал он. Скотти никогда не отличался особой проницательностью. Но чтоб на столько. Вот пень. *** Хейл не мог понять, как, как он допустил это? В Нью-Йорке никогда не было вражды или дележки власти между оборотнями. Но сейчас, когда Дерек снова обрел силу альфы, кто-то решил оспорить его право на силу. Хотя стаи, как таковой, у мужчины не было. Кора, добровольно ставшая его бетой, его менеджер - Эрика, и личный адвокат - Айзек. Из-за жизни в шумном большом городе единение стаи почти сошло на нет. Поэтому на помощь к вожаку ночью никто не пришел. Да Дерек и не звал. Он решил справиться с этой проблемой сам. Альфа против альфы. После схватки Дереку нужно было время на восстановление организма и заживление ран. Он еле-еле дополз до дома, чуть ли не мертвый, но одержавший маленькую, но победу в этом сражении. Раны медленно затягивались. Оборотень проспал больше суток.