Иные судьбы

Михримах взволнованно встала с пуфика, лежащего у столика. - Эмине, ты уверена? Служанка кивнула, опустив взгляд. «Когда Валиде уже надоест играть в эти смертельные игры?! – Злилась султанша, - Ибрагим паша мне никто, но из разговора, услышанного Эмине, ясно, что это как-то связанно с Мустафой. Надо бы выяснить на всякий случай». - Молодец, что рассказала мне, - уходя, хмуро бросила через плечо Михримах. По правде говоря, девушка не знала, что ей сейчас делать. Папка могла быть сейчас где угодно. «Пожалуй, сначала к повелителю, - подумала султанша, шагая по золотому пути, - Но надеюсь, что матушка ещё не успела отдать ему эту папку. Мало ли, что в ней!» Девушка хотела было сказать, чтобы стража доложила об её приходе, но внезапно двери покоев резко распахнулись, едва не слетев с петель. Из них выскочил повелитель, его глаза метали громы и молнии, он дышал через раз и никого вокруг не видел. Девушка уже хотела было обратиться к нему, но он не слышал, словно впал в транс. Ничего не понимая, султанша заглянула в покои. Оттуда с победной улыбкой кошачьей походкой вышла Хюррем Султан. - Валиде… - настороженно протянула девушка, глядя вслед султану, - что с повелителем? - Все хорошо, доченька. Всё просто отлично, - улыбнулась Хюррем, ласково погладив дочь по щеке. Однако дурное предчувствие не покидало Михримах. - Валиде, вы опять что-то замышляете? – Вкрадчиво произнесла султанша, - Прошу вас, не нужно. Поймите, что если вы достигните успеха, за этим польются реки крови. - Тебе ещё рано вмешиваться в это и рассуждать о таком, - Вмиг посерьёзнела Хюррем, - Оставайся вдали от всего этого, доченька, потому что эта война действительно кровавая, здесь победит лишь одна сторона. Поэтому подобное пока что не для тебя. - Мы все – пешки в ваших руках?! – Не выдержав, вспылила султанша, - Валиде, чего вы добиваетесь? Чтобы наш повелитель стал убийцей сына или лучшего друга? Я всегда восхищалась огромной любовью между вами, но это ли любовь? Толкать на убийство родных и близких? - Молчи, Михримах! – Ледяной голос Хюррем эхом прокатился по коридору, - Как я и говорила, ты не поймёшь. К тому же, я добиваюсь не убийства, а ссылки. – Сделав самую невинную улыбку, добавила она, - Человек, о котором идёт речь, мой давний враг, а вот тебе он никто, так что не вмешивайся. Как я поняла, ты уже знаешь о бумагах. Рустем проболтался? - Это не важно, - Холодно отрезала Михримах. - Пусть так, - Поджала губы Хюррем, - Но учти, Михримах: от этих бумаг зависит будущее твоих братьев. Не спрашивай почему, просто знай это. Кто тебе важнее – чужой человек, или твои братья? - Я не понимаю, чем он может им навредить… - растеряно пробормотала девушка. - О, не сомневайся, ОН может, - невесело усмехнулась Хюррем, - Это уже проверено. Мы много бед испытали по вине этого человека, и я не намерена больше этого терпеть. К тому же, факты, предоставленные мною твоему отцу, абсолютно достоверны. Но повелитель никогда не причинит ему вреда. Девушка была молода и наивна, к тому же, всё равно любила свою валиде, поэтому поверила ей. - Всё же жаль, если повелитель снимет его с должности и отправит в ссылку, - вздохнула султанша, - Он жестокий, но блестящий политик, хороший наставник для шехзаде. Мехмед и Мустафа к нему очень привязаны. - Михримах, - подойдя ещё ближе, прошептала Хюррем, внимательно глядя в глаза дочери, - пообещай мне, что никому ничего не скажешь и вообще не будешь лезть в это. Мгновение султанша задумчиво смотрела в глаза матери. - Хорошо, - наконец, произнесла она, - Но только в том случае, если и вы пообещаете мне кое-что. - Что же? – нетерпеливо спросила Хюррем. - То, что в ходе всего этого никто не погибнет, - твёрдо отозвалась Михримах, испытующе глядя на мать. Та отвела глаза и молчала. Ей не хотелось лгать, но, видимо, придётся… - Конечно, Михримах. Обещаю. – Звучало не очень правдоподобно, но Михримах радостно улыбнулась и с глубоким почтением, нежностью и дочерней любовью слегка обняла свою валиде и упорхнула, как птичка, оставив Хюррем с печалью смотреть ей вслед.