Мир не перевернётся

-Вы, наверное, устали со мной возиться. Капелька перекиси точно упала на узкую, но глубокую рану. Дейдара сжал губы, чувствуя, как шипит кровь, как перекись пенится и стекает по спине вниз, к пояснице, к ещё большей ране, как начинает шипеть там. Деревянные пальцы приспускают штаны чуть ниже, почти до середины ягодиц. Пересчитывают порезы, ватой стирают грязь. Мышцы блондина непроизвольно сокращаются, мешая кукольнику всё обработать. -Моё тело не устаёт. Парень лишь пожал плечами и уткнулся в подушку. Разговаривать совсем не хотелось. Жжение отвлекало, не давало сосредоточиться на своих мыслях. Неудача во время нападения его совсем не волновала; Хируко и марионетке третьего досталось гораздо больше. Конечно, их проще восстановить, но ведь человеческое тело – идеальное оружие. Кукольник завозился около поясницы Дейдары. Парень попытался обернуться, но жёсткая ладонь напарника без разъяснений уложила его голову обратно на подушку. -Терпи. Острый локоть уткнулся в ягодицу. Шершавая рука легла на талию, препятствуя любым попыткам двигаться. Тонкая игла впилась в кожу, около длинной раны, оставленной атакой врага. Парень застонал. Сасори молча, приподнимая голову за копну светлых волос, впихнул деревянную палочку между стиснутых зубов. С новой попыткой зашить на живую, стоны стали чуть тише. Полупрозрачная нитка, предназначенная для наложения швов, окрасилась в бордовый. Каждый стежок отзывался новой болью стягиваемой кожи, кровоточил. Дейдара готов был прокусить дерево, если бы кукольника не было рядом. Показывать слабость больше не хотелось. -Знаешь, я не чувствую боли. Правда. Дюжина игл в спине марионетки доказывали сказанное. -Это к чему? – рана была почти зашита. -Моё тело лучше твоего. Последний стежок и готово. Шов был идеален, как и мастер, который его наложил. Возможно, что даже не останется шрама. Сасори стёр кровь, за талию приподнял парня, чтобы перебинтовать. Дейдара, опираясь на колени и локти, перекинул растрепавшиеся волосы на одну сторону и посмотрел на напарника, туго перевязывающего его поясницу. -Данна, я с Вами не согласен. Акасуна остановился и поднял глаза, продолжая держать руки на талии. -Поясни. Чем лучше? -Хотя бы тем, что живое... Деревянные твёрдые пальцы, до этого аккуратные, грубо сжались, грозясь оставить синяки. Дейдара не отвёл взгляда, и продолжал смотреть до тех пор, пока кукольник не потушил керосиновую лампу.