No light

Мама подошла ко мне и коснулась моей щеки рукой, словно проверяя, жива ли я. От такого меня передернуло, но я выдавила из себя улыбку. Стоит привыкнуть к такому поведению с ее стороны, она, наверное, волнуется. - Как дела? – спрашиваю я. – Прошла собеседование? - Вроде бы работодатель доволен. В понедельник должен позвонить и сказать всё поточнее насчет работы, - ответила она, садясь на диван. Впервые за долгое время она говорит легко и свободно, даже с отголосками счастья. Я очень рада за нее, потому что вечное уныние с ее стороны может отразиться и на мне. - Мам, можно я завтра схожу с подругой в книжный магазин? - Зачем? – удивляется она. – Ты же теперь не видишь ничего… - Там продаются книги специально для слепых. Она обещала научить меня читать специальной техникой и дать эти книжки. Можно? – я морщу лоб и смотрю на нее, точнее, туда, где она, по моим предположениям, сидит. - А познакомиться с этой девушкой мне можно? – вопросом на вопрос отвечает мама. – Я не хочу доверять тебя каждому встречному в таком положении. «В таком положении»… Я фыркаю. Словно я беременна. - Ну, она завтра сюда придет, так что ты сможешь ее увидеть, - я улыбнулась. - Так ты ее уже пригласила! – мать вздыхает, сетуя на мою безалаберность. – Зачем же ты тогда разрешения спрашиваешь? Ведь знаешь, что я не смогу вытурить человека, если он придет. Ах ты, негодяйка! – я получаю шутливый подзатыльник и смеюсь. - Ну, надо ведь было тебя предупредить! - говорю я, потирая затылок словно бы от боли. Такие шутливые игры мне нравились больше, чем угрюмое молчание и жалость, ощущающаяся в каждом ее жесте и слове. – Кстати, а отец что, не придет? - Сегодня же суббота, - мама вздохнула. – Наверняка пойдет с дружками своими в кабак пить. После такого, ты знаешь ведь, он появится только в понедельник. Я киваю, опустив голову. Да, я слишком хорошо его знаю, так что спрашивать, придет ли он, было глупо. Только маме испортила настроение. Интересно, а она его еще любит? Наверное, любит, иначе зачем ей с ним возиться? Только если из-за денег, которые она на меня тратит… Но моя мать никогда не была расчетливой, алчной или корыстной. Так что, наверное, она еще что-то к нему чувствует. А он? Он не любит никого и ничего, кроме бутылки со спиртным, друзей, которые толкают его пить, и девок из кабака – распутных и за деньги готовых сделать что угодно. Он не скрывает, что любит поразвлечься с молодыми, но мама уже не плачет из-за этого. Смысла нет, он не жалеет ее, лишь смеется над ее слезами. Жаль, что моя сестренка давно умерла. Надо сходить на кладбище к ней, поговорить, что ли, так мне станет спокойнее… Иногда я мысленно обращалась к ней, но сейчас хочется сходить именно на могилу. Я смотрю в сторону дивана и говорю: - Мам, ты еще здесь? - Да, - отвечает она. – Ты чего-то хотела? - Угу, - я киваю. – Давай в воскресенье съездим к Аннабель? Я хочу навестить ее… Мы уже давно там не были. - Хорошо, - помолчав, говорит она. Потом резко меняет тему: - Что ты наденешь завтра? Я поглажу и, если надо, постираю, что ты скажешь. - Наверное, белое платье и белые туфли-лодочки. Сделаешь мне прическу? Помнишь, ты делала косички, и повязывала их ленточками? - Конечно. Платье надо только погладить, так что я пока отдохну, а потом займусь… - рассеянно говорит она. Видимо, уже представляет мою завтрашнюю прическу. Жаль, что я себя не увижу – платье мне правда идет, свободное, юбка чуть пышная, и главное, выреза почти нет. Я никогда не любила открытых платьев. - Хорошо, - смиренно отвечаю я. – Включи телевизор? Она щелкает кнопкой пульта, и тут же мужской голос рассказывает о событиях, творящихся в мире. Где-то пробка, а где-то рухнул мост и полно пострадавших. Честно, я никогда не любила новости, потому что там больше плохого говорят, чем хорошего. Просидев истуканом перед телевизором и слушая бессмысленные шоу и пустые разговоры несколько часов, я поняла, что хочу спать. Позвала маму и попросила меня отвести в комнату. Купаться я буду завтра, потому что уже валюсь с ног, черт его знает, от чего. Перед сном я попыталась представить себе свою новую подругу. Но внутренний взор с воображением, видимо, ушли в отпуск, поэтому я просто отключилась – почти сразу. Устала. Сны мне не снились. Было ощущение полета. Снова. И куда я лечу? Зачем? Для чего?..