Необратимость

Утро встретило Таню ожидаемой головной болью. Еле разлепив глаза, она не сразу поняла, где находится. Оглядевшись и увидев картину с голой женщиной, которая показалась удивительно похожей на нее саму, она вспомнила весь вчерашний вечер, вспомнила очень отчетливо, будто и совсем не пила. Внезапная мысль о времени заставила ее вскочить с дивана и лихорадочно схватиться за телефон. Половина двенадцатого? Серьезно? Почему Наташа не разбудила ее, если к десяти они должны быть на работе? Ничего не понимая, Таня двинулась в сторону кухни. Она абсолютно точно была в квартире одна. Увидев на кухонном столе стакан воды, таблетку и записку, она моментально успокоилась. Небольшой листок бумаги содержал в себе следующие слова: «Доброе утро, радость моя. Ну или добрый день, смотря когда проснешься. Пусть у тебя сегодня будет выходной, твоих клиентов возьму на себя, а ты отдохни. Если сходишь в магазин – будет круто, а то еды совсем нет. А если приготовишь ужин, как ты умеешь (ты ведь знаешь, что я люблю!) – будет совсем замечательно. Я знаю, что ты у меня золото. До вечера!». Вместо подписи был нарисован бантик с ленточками. Таня расплылась в улыбке. Банти, Банти… И зачем она старается казаться такой неприступной? Зачем маскирует свою доброту и искренность за показной грубостью и жесткостью? Этот образ не очень идет ей. Не идти на работу сегодня было замечательно, хоть и непривычно. Голова прошла, настроение было отличное. Таня сходила в магазин и купила всё, что нужно для приготовления ужина. Времени до вечера было еще много, и она неторопливо пила кофе, думая, чем бы заняться до того момента, как придет время готовить ужин. Отдых прервался неожиданным звонком. Позвонила Настя и попросила встретиться, чтобы поговорить. С Настей они иногда пересекались в Центре. Тане было неловко видеть ее, всё-таки расстались они не очень красиво, хоть и без скандалов и ругани. Настя часто бывала в Центре и, похоже, ее становление частью команды шло полным ходом. Настя приехала к Наташиному дому, и они решили поговорить в ее машине. Тане еще по телефонному разговору показалось, что Настя чем-то взволнована. А когда увидела – ее сердце непроизвольно сжалось. Настя смотрела на нее с такой нежностью, которую она еще никогда не видела в ее глазах. От этого стало не по себе, и Таня невольно отвела взгляд, села прямо, смотря в окно перед собой. После недолгого молчания Настя начала говорить: - Я хочу попрощаться. Таня только вопросительно посмотрела на нее. - Я ухожу из Ковена. – продолжала Настя. - Понимаю, что такого шанса больше не будет, но я найду себе другого учителя, точнее уже нашла, и сегодня я скажу Наталье. Так что в скором времени ты, наверное, услышишь не слишком лицеприятные вещи обо мне. Таня не стала спрашивать, почему Настя приняла такое решение. В ее взгляде был ответ. Настя смотрела на Таню и пыталась понять, в какой момент всё зашло для нее настолько далеко. Кто бы мог подумать, что ни к чему не обязывающее знакомство обернется вот так – острое, тягостное чувство не покидало ее душу, когда почти ежедневно она видела Таню и не имела возможности прикоснуться, приблизиться, просто быть рядом. Готова ли она любить, не получая ничего взамен? Конечно нет. Всё-таки самолюбие никто не отменял. Она не готова сказать «Я люблю тебя», потому что слишком тяжело и унизительно осознавать, что чувства не взаимны. Гораздо проще сделать вид, что причина совсем не в этом. И конечно улыбаться. - Что ты будешь делать дальше? – спросила Таня хриплым сдавленным голосом. - Вернусь в Москву, буду снова работать в фирме отца. Всё будет, как прежде, наверное. Но и ведьмой, надеюсь, стану когда-нибудь. То, что я узнала от Бантеевой, бесценно. Я надеюсь, она не будет меня ненавидеть за это. И не проклянет. Обе улыбнулись от последней фразы. - Снова буду ходить в клубы, бары и рестораны и кадрить девушек. – продолжала Настя, уже практически полностью обретя прежнюю уверенность в себе. - Это у тебя отлично получается. – Таня взяла ее руку и сжала в своих ладонях. - Но такую, как ты, я больше не встречу, Тань. Таких больше нет. Это прозвучало так откровенно, с таким спокойствием, что Танино сердце забилось вдвое быстрее. Она видела и понимала все эмоции этой девочки, которая так привязалась к ней, чувство жалости и некоторой доли вины переполняло ее. - Есть и гораздо лучше. – Таня прерывисто выдохнула. – Я хочу, чтобы у тебя всегда всё было хорошо. Настя по-доброму усмехнулась, осторожно освободила свою руку из Таниных, удобнее уселась на кресле, смотря перед собой и сказала после паузы: - Пообещай мне кое-что… Пообещай, что ты будешь счастлива. Когда-нибудь, когда закончится эта лживая «битва», когда тебе не нужно будет притворяться, и можно будет просто быть собой. - Я постараюсь. - Пообещай. - Обещаю. Таня глубоко вдохнула, чтобы сдержать подступавшие слезы. А Настя аккуратно приблизилась к ней и поцеловала в щеку. Просто касание губами, легкое, нежное, почти невесомое. Вот теперь это точно конец. - Прости меня за всё. – с этими словами Таня выскочила из машины, чтобы скорее скрыться за дверью подъезда.

***

Новость об уходе Насти задела Наталью, но она понимала, что кричать и злиться бесполезно, и конечно же понимала истинную причину ее действий. Ничего уже не исправить, да и не нужно – так будет лучше для всех. По крайней мере сегодня она старалась не думать об этом. Был более важный разговор, который она не решилась завести с Таней прошлым вечером. И сейчас, за ужином, в спокойной домашней обстановке, казалось, наступило самое подходящее время для этого. - Тань, ты помнишь, что я говорила тебе про Далецкого и финал? Таня, смутно вспомнив тот разговор, отложила вилку и пристально посмотрела на Наташу: - Ты хочешь, чтобы мы сыграли влюбленную парочку? - Это отличная возможность. Вы хорошо смотрелись бы вместе. Я говорила с продюсерами, они только «за» всеми руками и ногами. Может получиться даже лучше, чем в прошлом сезоне. Тут нет ничего личного, это просто шоу. - То есть всё уже решено, не смотря на то, что Я думаю по этому поводу… - Таня помрачнела, поняв по Наташиному молчанию, что вопрос оказался риторическим. Она и сама понимала, что причин слишком много: Центру нужна реклама, «битве» нужны сенсации и рейтинги, ей самой нужен положительный имидж, исключающий слухи о ее связях с женщинами. Таня усмехнулась, поджав губы. А Настя была права – вся ее жизнь превратилась в сплошное притворство. Но было кое-что еще, что волновало и не давало покоя: - Ты считаешь, что я не выиграю? Бантеева тяжело вздохнула и некоторое время молчала. Стало понятно, что она тоже много думала об этом: - Я считаю, что ты должна выиграть. И только ты. Как хотелось бы в это верить… Таня встала из-за стола, подошла к подоконнику и нервно закурила. Внутри нарастало отчаяние, и контролировать его стало почти невозможно. Наталья продолжала: - Это не важно. Для меня ты всегда будешь самой лучшей. И для всех нас. Ты же знаешь. Так что какое тебе дело до жалкой стекляшки. Есть она у тебя или нет – от этого ничего не изменится. - Только моя самооценка. – буркнула Таня себе под нос. - Вот перестань говорить всякую херню. Совсем сдурела? Тань, ты справляешься охренительно, ты покорила многих зрителей, ты молодец, бляяя… как ты можешь такое говорить?! – Бантеева перешла на повышенные тона. Таня тихо всхлипнула и принялась медленно и усердно тушить сигарету. Действительно, что за бред лезет в голову… Но сама Наташа победила в «битве», ее бывшая, Ясевич, тоже, а она может не победить и остаться ни с чем. И самое главное состоит в том, что она ничего не может сделать, как бы она ни старалась. Увидев Танины слезы, Бантеева подошла к ней и осторожно обняла. - Не плачь, пожалуйста. Наталья поглаживала ее по спине, стараясь успокоить, но Таня, полностью потеряв контроль над эмоциями, расплакалась еще сильнее. Она давно не давала выход той боли и напряженности, что были внутри, но теперь в крепких и надежных объятиях она позволила им выплеснуться наружу. - Милая, всё будет хорошо, не переживай. - тихим голосом говорила Наташа, продолжая успокаивающие поглаживания. Чувствуя содрогающееся от всхлипов тело в своих руках, она старалась отдать ей всю свою силу, всё свое спокойствие, всю теплоту. Таня постепенно приходила в себя, мышцы расслаблялись, и она практически повисла на Наташиной шее. Но Бантеева держала крепко. С ней всегда было так хорошо и спокойно, и сейчас, в момент своей слабости, Таня вновь остро ощутила это чувство – поддержки и понимания. - Я пойду домой… Извини за всё это. - Таня медленно отстранилась и опустила взгляд, и прежде, чем Наташа успела что-то сказать, уже направилась в коридор. Уже взяв свою шубу, она вдруг замерла, почувствовав на себе взгляд, и обернулась. Наталья стояла в двух шагах от нее и просто смотрела, потом медленно начала приближаться. - Только не надо меня жалеть… - сказала Таня дрожащим голосом, чувствуя, как сильные руки вновь обнимают ее, а теплые губы ласково прикасаются к ее щеке. Шуба отброшена на пол. Губы Натальи уже касаются ее губ, и Таня понимает, что очень давно ждала этого поцелуя. - Это не жалость, глупая, - шепотом говорила Наталья. - Я люблю тебя, очень люблю. – рука зарывается в Таниных волосах, а губы мягко целуют шею. Таня больше не может что-либо говорить, она хочет только одного – отдаться нахлынувшим чувствам и почувствовать любовь такого родного человека. Она отвечает на поцелуи, страстно, горячо. И в этот момент не важно ничего – ни «битва», ни финал, ни все остальные проблемы. Не отрываясь друг от друга, они направляются в сторону спальни, и Таня вновь слышит: - Я люблю тебя. – опускаются на кровать. И страсть, и нежность перемешались в этом потоке эмоций и желаний. Таня сама стянула свою кофту, открывая пространство для поцелуев. Наталья целовала немного жадно, будто до сих пор не веря, что это не сон, будто боясь, что если она отпустит – Таня исчезнет. Таня чувствует приятную тяжесть тела над ней, и ей хочется большего, намного большего. Сильнее, быстрее. Она приподнимается и стягивает майку с Натальи, а та уже освобождает ее от бюстгальтера, снова опускает ее на кровать и покрывает поцелуями шею и грудь. Страсть сводит с ума, затуманивает рассудок. Таня чувствует, как ее тело горит от жарких поцелуев, она запускает руки в длинные каштановые волосы, и теперь может контролировать движения. Она опускает голову Натальи ниже по своему телу, чувствуя, как поцелуи переходят с груди на живот, а пальцы дразняще пробираются под пояс брюк. Наталья на время отрывается от любимого тела, чтобы стянуть с Тани джинсы и белье, открывая взгляду самое прекрасное и самое сокровенное. И тут же, обнимая бедра, припадает губами к клитору. Таня дрожит всем телом и изгибает спину, она за плечи притягивает Наталью к себе, их тела вновь соприкасаются, и она наконец чувствует ее пальцы внутри себя. Таня громко стонет, возбуждая партнершу еще сильнее, Наталья продолжает ритмичные быстрые толчки, одновременно губами и языком лаская Танину грудь. Осталось совсем немного. Еще несколько движений, и по ее телу горячей волной проходит оргазм. Страстные объятия постепенно слабеют, превращаясь в ласковые прикосновения и поглаживания. Наталья ложится рядом. Таня лежала и боялась пошевелиться. Всё закончилось, и осталась только пустота.