Без надежды на победу. Испытание

Лайт вернулся домой счастливый и довольный жизнью. Рюдзаки подарил ему такой чудесный вечер, а этот милый поцелуйчик в конце. Ягами улыбнулся своим мыслям, не замечая идущего рядом Рюука, которому уже порядком надоело разговаривать с самим собой. Лайт недоумённо остановился возле двери, ведущей в его комнату. На полу лежак кусок от стержня карандаша. Мама точно не могла заходить сюда во время отсутствия сына, она вообще никогда не горела желанием нарушать границу личного пространства. Даже если бы это была Сатико, то ей никогда и в голову не пришло ставить бумажку, которую держала закрытая дверь, на место. Здесь были чужие. Ягами сел за стол, принимаясь за изучение столь ненавистного прогнозирования. Листая учебник, Лайт думал о том, зачем люди, которые приходили в комнату, здесь рыскали. Неужели заподозрили что-то? Вычислили его? То, что этим делом занимались профессионалы – точно. Никаких следов, кроме сломанного грифеля карандаша, лежащего в дверях, не осталось. Камеры? Неужели? Пока неизвестно, что именно здесь делали, нельзя свободно пользоваться Тетрадью Смерти. Это может быть опасно и с Рюуком не стоит говорить. Прогнозирование опять представало перед глазами Лайта словами, которые каждую лекцию говорит им преподаватель: «Криминалист не имеет права на ошибку!» Теперь Ягами мог перефразировать это высказывание на свой лад. Криминалист должен допустить ошибку, или поплатится Лайт жестоко за проигрыш, но сдаваться он не намерен. Можно Руюка заставить поискать камеры, которые сто процентов здесь есть. Убийца не имеет право на ошибку, иначе детектив вычислит его! А этого допустить никак нельзя!

***

Великий детектив L сидит перед экранном телевизора вместе с офицером полиции Соитиро Ягами. Оба внимательно всматривались в изображение, которое показывало спокойно читающего учебник Лайта. Рюдзаки знал: это глупая попытка доказать виновность сына Соитиро, он уже знает о существовании камер. Сосредоточится на получаемой информации, детектив не мог, вспоминая все подробности недавней прогулки. Рюдзаки уже решил, как вывести Лайта на чистую воду и камеры стали ненужным объектом, от которого не терпелось избавиться. Ватари принёс чай, так полюбившийся его воспитаннику, вручая Ягами чашку. Старик внимательно посмотрел на счастливое лицо L, отмечая, что юноша в состоянии нормально работать после такой прогулки. Сильный человек, он не пропадёт. – Ничего удивительного не происходит, может, мы всё же снимем камеры? – осторожно спросил офицер полиции, пытаясь различить эмоции на лице детектива. – Да, камеры не принесли должного результата. Вынужден признать: это был бессмысленный шаг, который занял только время, не дав никаких подсказок. Соитиро Ягами, я не перестал подозревать вашего сына, даже, наоборот, в связи с некоторыми событиями, могу утверждать, что Лайт – это Кира. Пятнадцать процентов. – Что? L, я всё понимаю, но нельзя же просто так решить для себя что-то! – Ваше возмущение понятно мне. Поэтому, вы разрешите мне сделать следующие: я арестую Лайта. Если его вина не подтвердится, то он сможет помочь нам в расследовании, которое непозволительно затянулось. – Делайте, что хотите! Рюдзаки сидел бледный и гордый в своём одиночестве. Арестовать того, кого любишь? Безумие, которому нет конца. Детектив сделает это, не глядя на чувства, которые могут лишь мешать расследованию. Лайт – Кира. Сомнений практически нет. Скоро рассвет, а Рюдзаки ещё даже не ложился, он и забыл, когда последний раз нормально спал. Впервые в жизни юноша боялся предстоящего дня, который нужно пережить каким-то образом. Арест – это слово летало вокруг, не желая никуда уходить. Жестокая случайность, стечение обстоятельств или правильное решение? Сейчас Рюдзаки не знал, что следует за его действиями. Солнечные лучи так некстати озарили полутёмную комнату, в которой умостился великий детектив. Ватари, недовольно нахмурившись, подошёл к креслу. – Рюдзаки, тебе пора идти в университет, сегодня сложный день, а ты не ложился спать. Юноша ничего не ответил. Он поднял с пола мобильник, который оказался там ещё вчера и направился к выходу из квартиры. Ни есть, ни спать не хотелось, волнение занимало всё место, приводя Рюдзаки в состояние апатии. В большой аудитории было душно, множество разносортных людей бродили туда-сюда в ожидании преподавателя. L привык к другой обстановке, где все были равны, где каждый назывался гордым словом – «гений». Лайт сидел на самом дальнем ряду, о чём-то думая. Рюдзаки потянул любимого за рукав, выводя из аудитории. Ягами послушно последовал за ним, ничего не понимая. С чего бы это? Зачем? Рюдзаки остановился возле одного из окон в коридоре. Пары недавно начались, так что никто не мешал, разве что только припозднившийся преподаватель мог пробежать мимо, стараясь вложиться в пятнадцать минут от начала лекции. – Я – L! – донеслось до ушей Лайта страшной мелодией. Рюдзаки пытливо смотрел в глаза возлюбленному, замечая изменения. Ягами старался сделать вид, что ничего стоящего не произошло, но его чудо слишком хорошо и отчётливо видело шокированные глаза и застывшее на месте тело. Он – великий детектив L? Рюдзаки? Нет, это слишком жестоко для правды! Как такое вообще может быть? – Я вынужден тебя арестовать, Кира.