Без надежды на победу. Испытание

Слова Рюдзаки прозвучали, словно гром среди ясного неба. Арестовать? Так сразу. Без доказательств. Лайта больше волновало то, что именно этот милый и нежный чудик оказался великим детективом. Как такое вообще может быть? Шутка? Розыгрыш? Совсем не смешно. Лайт послушно последовал за возлюбленным в машину, стараясь переварить полученную информацию, но она упорно не хотела восприниматься организмом. Стало ужасно тяжело дышать. Даже если Рюдзаки действительно L, это совершенно ничего не меняет! Преступники должны быть наказаны и Лайт не станет пасовать перед проблемами. Машина ехала по дождливым улицам. Вроде и зима, а снег никак не хотел приходить. Холодно, неприятно, сыро, словно весь мир решил пошутить над Ягами. Рюдзаки молчал, сосредоточено глядя прямо перед собой. Он не хотел видеть Лайта – больно, очень. Вдали показалось большое новенькое здание, которое занял штаб расследования по делу Киры. Машина неумолимо приближалась к серым воротам, которые добавляли мрачности общей картине. Три человека вышли на улицу, стараясь добежать до здания раньше, чем намокнут. Лайт послушно следовал за Рюдзаки, который медленно шёл, нарочно подольше задерживаясь под ливнем. Ягами не решился упрекнуть безответственное чудо, а если заболеет. Наконец, полутёмная камера заключения и предстоящий допрос. Лайт не сильно сопротивлялся такому повороту: шоковое состояние не хотело его отпускать. Рюдзаки – это великий детектив L. Ирония какая-то получается! Громкий и чёткий голос чудика вывел Ягами из состояния задумчивости. Как Рюдзаки сейчас на себя не похож! Такой решительный, грозный, непоколебимый. Даже больно от этого стало. – Ягами Лайт, вы подозреваетесь в многочисленных убийствах. Признаёте свою вину? – Нет. Против меня имеются вещественные доказательства? – На данный момент нет, но я имею право удерживать вас под стражей до выяснения причастности к преступлениям. Рюдзаки сильный человек, Лайт и не подозревал, что этот милый и добрый человек может оказаться непоколебимым детективом, готовым на всё ради раскрытия дела, но Ягами тоже не собирается задаваться! Он примет бой и непременно выиграет поединок! Всё затихло. Рюдзаки занят другими проблемами в лице офицера полиции. Он до конца не мог поверить, что его любимый сын – безжалостный убийца. Это противоречит всем законам! Такого просто не может быть! Соитиро требовал объяснений. – Ягами, я прекрасно понимаю вашу боль, но это точная информация. Ваш сын – Кира. Он имел доступ к документам, которые переводили в электронный вид полицейские. Система защиты была искусно взломана. На протяжения многих месяцев с компьютера, который находится в вашем доме, приходили запросы на просмотр документов. – Почему на это раньше не обратили внимание? Разве взлом незаметен? – Пожалуйста, успокойтесь и не перебивайте меня. Взлом не заметен, потому что был совершен очень мастерски, если кто-то и заметил уходящие на этот адрес документы, то наверняка подумал, что это вы решили работать на дому. Интересная и беспроигрышная тактика. Ваш сын знает арабский язык. Последнее послание жертвы перед смертью было написано именно на одном из его диалектов. Поразительное сходство, не так ли? Продолжаю дальше: Кира не раз писал, что желает сделать этот мир чище, анализирую выступления Лайта в университете, могу утверждать, что он тоже так считает. И последнее: тела жертв во всех случаях лежали в форме букв «я» и «л». Двусмысленно, не находите? Кира предпочитает действовать открыто, но с загадками. С одной стороны он якобы передразнивает меня, а с другой – высказывает личную информацию. Ягами Лайт. Схоже, не так ли. Сейчас угадаю, вы хотите сказать, что это просто совпадение? Нет. Я несколько раз посылал на разведку своих людей. Все они погибали от сердечного приступа после того, как их имена появлялись в отчётах, которые требовал ваш компьютер. Если личная информация не была известна, они встречали смерть через некоторое время после начала слежки. У меня к вам только один вопрос, Ягами Соитиро: работаете ли вы на дому? – Нет, – сильно побледнев, ответил офицер. – Теперь, я надеюсь, вам понятен ход моих мыслей? Пусть и нет вещественных доказательств, но против логики не пойдёшь, она неоспорима. Офицер полиции сильно побледнел, глаза расширились от ужаса, на висках выступил пот. Рюдзаки с опаской посмотрел на состояние Ягами и от греха подальше вызвал Скорую Помощь. Через несколько секунд, Соитиро положил руки на сердце, болезненно искривив лицо. Детектив мгновенно поставил диагноз: инфаркт. Уложив несчастного полицейского на кожаный диван, юноша открыл окно. Ягами увезли в больницу, введя Рюдзаки в состояние вины. Он прекрасно понимал, что Соитиро шокирован таким известием, ещё и ненормированный рабочий день, частые стрессы. Не удивительно, что офицер так легко сдался больному сердцу. Рюдзаки прикусил ноготь, раздумывая о дельнейшем плане действий. Ну почему всё так сложно, а? Любимый человек может оказаться предателем. Хоть чудо уверенно старалось доказать виновность Лайта при помощи дедуктивного метода, сердце упорно твердило: «Нет! Он не делал таких вещей!». Бедный Соитиро, на этом деле всего здоровья лишится. Только бы поправился. Завтра надо будет наведаться, узнать причины и диагноз. Рюдзаки уже давно в медицине не практиковался, мог и ошибиться в своих догадках.