Пленница

- Ты можешь взять меня силой, но я никогда не буду твоей! – кидаешь мне в лицо, и в этот момент твои голубые глаза полны праведного гнева. Разумеется, ты ненавидишь меня. Так как для тебя я – мерзавка, садистка. Конечно, маленькая принцесса, я ведь сумела заручиться поддержкой твоего отца, втереться к тебе в доверие лишь для того, чтобы выкрасть из замка. Для того, чтобы привести в эту проклятую башню и заковать в кандалы. Но на самом деле, я не такая, какой ты видишь меня. Да, я использовала тебя и своё положение, чтобы поймать выгодную заложницу и переломить исход войны в нужную мне сторону, но сама запуталась в своей игре. Заигралась. И сейчас я, трёхсотлетняя эльфийская ведьма, полностью очарована человеческим златокудрым созданием. Тобой, моя милая. Но ты в упор не хочешь меня слушать и продолжаешь твердить лишь упрямое «нет». - Ты хочешь пить? – протягиваю тебе кубок с тёмной жидкостью, но ты не дотрагиваешься до него, продолжая смотреть на меня с недоверием. Уже не веришь мне, милая? Да, я умелая фокусница и храню в рукавах много тайн, но когда я призналась, что люблю тебя, то не врала. Но ты вновь молчишь и продолжаешь буравить меня взглядом, даже несмотря на то, что твои алые губки потрескались от жажды. - Бери, - протягиваю напиток с секретом ещё ближе, и ты всё же сдаёшься, выпивая его залпом. Так, осталось совсем немножко подождать, чтобы наша маленькая игра продолжилась. А пока я не могу отвести взгляд от капельки бурой жидкости, что скользит по твоему подбородку и падает вниз, под ткань длинной рубашки. - Пожалуйста, отпусти меня, - наверное, уже в тысячный раз просишь ты. Но я никак не могу выпустить тебя, милая. Потому что вновь остаться одной, без тебя, было бы слишком больно. И, поэтому, вместо того, чтобы исполнить эту просьбу, я сделаю тебя своей. Хочешь ты того или нет. - Я уже говорила, что не выпущу тебя отсюда, - вновь отвечаю я, касаясь ладонью твоей нежной щеки. – Поэтому перестань сопротивляться и уже не будешь пленницей башни. Ты будешь моей… - Кем же? – выкрикиваешь ты, перебивая, отшатываясь от моих ласк в сторону. – Наложницей? Рабыней? Говоришь так зло, чеканя слова. Незавидная для тебя перспектива, ненавистная. И поэтому ты так хороша в гневе, что я просто не могу удержаться от желания целовать тебя. - Ты будешь гостьей, - отвечаю я, придвигаясь чуть ближе и наклоняясь, чтобы коснуться твоих губ. Но ты вновь отшатываешься, будто я хочу ударить тебя, и резко развернувшись, плюёшь мне в лицо. Маленькая проказница. Задорно смеюсь, вытирая твою слюну. Маленькая мерзавка, не выводи меня. Думаешь, что если в тебе течёт королевская кровь, то всё позволено? Поднимаюсь на ноги, но не отхожу, а начинаю шептать заклинание. А ты невольно вздрагиваешь, взирая со страхом, который так стараешься скрыть. Чего же ты так испугалась, милая? Неужели, наконец, осознала, в чьих руках оказалась? Или это из-за того, что мои глаза полыхнули красным огнём? Поднимаю вверх руку и щёлкаю пальцами, отчего одежда на твоём теле превращается в прах. Вскрикиваешь, пытаясь прикрыть небольшую грудь руками, и прижимаешь колени к животу, чтобы скрыть промежность. Но тебе не спрятаться, девочка, так как цепи слишком ограничивают тебя в действиях, и я вижу все изгибы твоего невинного тела. Интересно, сколько тебе сейчас? Шестнадцать или семнадцать? Нет, кажется, семнадцать ещё не исполнилось. Ещё совсем немного, и ты войдёшь в возраст замужества и будешь отдана на потеху заморскому принцу. Но сейчас ты так прекрасна в своей чистоте. И ты вся моя. - Перестать насмехаться надо мной! – выкрикиваешь ты, видя, что все твои попытки защититься полностью бесполезны. Но я ясно вижу, что твоё дыхание учащается, а глаза слегка затянуты поволокой. Похоже, что мой афродизиак подействовал, и ты начала испытывать доселе неведомые тебе желания. Нет, не такие уж и неведомые, я знаю, что ты испытывала их ранее, просто прятала их в глубине сознания. Даже от себя самой. Но сейчас их уже не скрыть, так перестань бояться, и я помогу тебе раскрыться, точно прекрасному цветку. Поэтому я нажимаю на маленький рычажок механизма и цепи, опутывающие твои руки и ноги, приходят в движение. Они медленно, точно заговорённые уезжают обратно в стены, заставляя тебя лечь на пол, раздвигая твои ноги в стороны. Я так хочу помочь тебе избавиться от рамок приличий, что годами вбивали в твоё сознание. Я так хочу, чтобы ты отдалась на волю своих желаний, но вижу в голубых глазах лишь страх. Принцесса, не бойся, я же обещала, что не буду насиловать тебя. Я не садистка. Разве что самую малость. Но отказать в желании касаться тебя, я себе не могу. Поэтому, скидывая легкие одежды, опускаюсь вниз, рядом со столь желанной мною девушкой. И мне так хочется, чтобы ты расслабилась, чтобы ты закрыла глаза хоть на секунду, позволив ласкать тебя, но ты лишь сжимаешься, вновь отворачиваясь от моих губ. Что же, так тому и быть. И раз мне не удастся поцеловать тебя по-настоящему, я осторожно касаюсь твоей шеи. Ты чувственно выдыхаешь, когда я дразню твою кожу лёгкими поцелуями. Я знаю, что тебе приятно это, я ощущаю все твои желания, хоть ты и продолжаешь противиться мне. Я знаю, что ты желала меня и раньше, когда трепетала в моих объятиях, когда я обнимала тебя по-дружески. Когда с таким восхищением взирала на меня, случайно застав полураздетой. Но сейчас ты вновь закрылась в свою раковину, твердо решив идти наперекор своему естеству, поэтому отчаянно кусаешь губы, стараясь казаться спокойной. Милая, как жаль, что даже под чарами этого напитка, ты не можешь расслабиться и просто отдаться мне. Но сегодня я не намерена сдаваться, ведь у меня осталось слишком мало времени до того, как в наш замок ворвутся солдаты твоей гвардии. И совсем мало времени, чтобы вновь соблазнить тебя. Поэтому я продолжаю дразнить твоё тело, касаясь набухшего соска кончиком языка и всё же вызывая столь желанный стон. Моя маленькая принцесса, ты всё же очень чувствительная, я ощущаю это, когда веду ладонью по твоему трепещущему от частого дыхания животу. Вниз, к тому самому месту, что больше всего желает моих прикосновений. К месту, к которому я не смею прикоснуться, пока не заручусь твоим разрешением. - Принцесса, не сопротивляйся, - шепчу я, касаясь губами внутренней стороны ноги, на уровне твоего колена. - Никогда! – шепчешь ты, но всё равно не можешь сдержать стонов, когда мои поцелуи снова идут вверх. И я точно знаю, что сейчас ты сгораешь от своих желаний, проклиная деланную холодность и своё упрямство и в глубине души умоляешь взять тебя силой. Но я ни за что не сделаю этого, потому что ты сама должна прийти ко мне, потому что ты должна перейти на мою сторону по доброй воле. Поэтому просовываю влажную от твоего пота руку себе между ног, начиная ласкать, чтобы свести тебя с ума своими стонами. Но когда напряжение внизу живота заменяется наслаждением, и с моих губ слетает последний стон, я поднимаю голову, и вижу, что ты снова отвернулась. Что, даже сгорая от желания, ты всё равно отказываешься принять меня. Поэтому, тяжко выдохнув, поднимаюсь на ноги и натягиваю одежду обратно. А после, возвращаю цепи в исходное положение, давая тебе часть желанной свободы, но так, чтобы ты никак не могла коснуться себя. И, бросив на тебя последний взгляд и убедившись, что твои глаза крепко зажмурены, выхожу из темницы. Зная, что твоё одурманенное тело продолжит гореть и мучить тебя ещё пару часов. Точно уверенная, что ещё пары таких вечеров ты не выдержишь и всё же упадёшь в мои объятия.