Вкус корицы

Я вернулась в спальню своя не своя. Вроде не произошло ничего сверхъестественного, никто не умер, никто не сказал никаких важных слов... Хотя, вот тут я ошибаюсь, слов было сказано много, и я узнала столько всего про события из прошлого моей семьи. Но ведь все это не объясняет, почему я не могу перестать думать об Ярисе?! Надо отвлечься, просто надо отвлечься и перестать думать. Я сходила в душ, легла на кровать и решила посмотреть почту. Как только я открыла часолист, у меня высветилось три сообщения. Первое было от Алексис. «Диана, ты как? Почему так поспешно убежала? Мы с Сэмом волнуемся. У тебя все хорошо? Кто этот гость? Он еще у тебя? Или уже ушел? Я волнуюсь, с тобой все в порядке?» Лекси в своем репертуаре, небось уже напридумывала себе ужасов разных и теперь не уснет, если я ей не отвечу. Пришлось набирать ответ: «Лекси, все в порядке. На это были причины. И я всегда за вас переживаю, но все правда хорошо, просто я устала, сегодня был очень тяжелый день. Да, все хорошо, я собираюсь спать. Расскажу завтра в школе. Целую». Второе сообщение было от Сэма, и оно не отличалось оригинальностью: «Ди, что с тобой сегодня? Ты весь день была какая-то бледная и странная. Обычно разговорчивая и веселая, а сегодня все наоборот: молчаливая и грустная. Что-то случилось? И что за гость? Он тебе ничего плохого не сделал?» Похоже, что отвечать можно теми же словами, они и не заметят подвоха. «Сэмюэль, вы с Лекси явно сговорились. Со мной все хорошо, просто сегодня был очень тяжелый день. Ничего не случилось, все в порядке. Нет, это хороший человек. Завтра в школе все расскажу». Третье было от Стеллы, секретаря Белой Королевы. «Госпожа Диана Фрезер, Белая Королева просит Вас завтра зайти к ней в 17:00». Вот это письмо действительно важное. Интересно, зачем я понадобилась Королеве? «Спасибо, что сообщили. Я обязательно буду». Все, вот теперь можно спать. Только смогу ли я уснуть? Навряд ли. Через час ворочания в кровати стало окончательно ясно: уснуть не удастся. Я смирилась с этим фактом и вышла на кухню, чтобы приготовить себе какао, и неожиданно увидела там Яриса. — Что, тоже не спится? — спросил он, отрываясь от часолиста. — Как видишь, — кивнула я. — Какао будешь? — Давай. Я поставила молоко греться на плиту, так как часовать совершенно не хотелось, да и сил не было. — Что с тобой сегодня? Ты слишком бледная… все в порядке? — участливо спросил Ярис. — Ты уже третий человек, который интересуется, все ли у меня в порядке. Следующий, кто задаст этот вопрос, получит в морду, — пробурчала я. — Язвишь, значит все нормально, — ухмыльнулся мой собеседник и я взорвалась. — Нет, не все нормально! Второй месяц нет вестей ни от одного ключника и ни от одного... друга! Вдобавок, я сегодня узнала, что семья у меня все-таки была, до трех лет! А потом они умерли! Точнее их убили! Как ты думаешь, у меня все нормально?! Вместо ответа Ярис подошел и обнял меня. А я просто уткнулась носом ему в плечо. И мне так захотелось заплакать. Выплеснуть все скопившиеся эмоции. Может действительно пореветь? Вдруг легче станет на душе? — Прости, — сказал он. — Нужно было подождать лучшего момента. Я глубоко вздохнула и постаралась взять себя в руки и никак не выдать своего состояния парню. — Да нет, все хорошо, — сказала я, выбираясь из теплых объятий и улыбаясь. Откровенно говоря, я храбрилась — мне было очень плохо. Видимо, Ярис заметил мою плохую актерскую игру, потому что бросил на меня скептический взгляд, ухмыльнулся и покачал головой, отходя от меня на пару шагов. — Что ты так на меня смотришь? Я же сказала, что все нормально! Но Ярис продолжал усмехаться, и я смутилась и, скрывая свое смущение, раздраженно буркнула: — Ну ладно, мне плохо. Доволен? Я подошла к плите, сняла ковшик с молоком и разлила по кружкам в которых уже было какао. — Держи, — я подала парню кружку и он взял её, едва коснувшись моих пальцев своими. — Спасибо. Минут пять мы сидели в тишине. Голова шла кругом, мысли разбегались, каждая последующая не была связана с предыдущей, и я никак не могла сосредоточится на чем-то конкретном. Хотелось спросить так много, но с чего начать? — А когда умерли наши мамы и отцы? Я поняла, что сказала это вслух. Ярис ответил сразу, будто ждал подобного вопроса. — Моя мама умерла двадцать восьмого июля в девяносто восьмом году, мне было три года на тот момент. Твоя — через год, двадцать девятого августа, тебе было два года. Наши отцы умерли в один день: первого февраля двухтысячного года. — Понятно, — тихо сказала я. Спрашивать что-то еще сразу расхотелось. — Спасибо тебе. — За что? — удивился Ярис. — За правду. И еще, я уже давно тебя простила за зачасование. Спокойной ночи, — я встала, помыла чашку, и, пройдя мимо окаменевшего парня, пошла спать. Теперь я действительно могла уснуть. * * * Я волнуюсь за Диану. С ней сегодня что-то не то, и меня это пугает. Еще и убежала домой так быстро, оставив нас с Сэмом вдвоем. Вдвоем... Вот, теперь у меня начинается настоящая паника. Ди ведь знает, что он мне нравится, знает, что я иногда боюсь взглянуть на него, чтобы он не прочел в моем взгляде лишнее! Потому что он мой друг, и ему не нужны мои чувства, ведь... ему нравится Диана. И это все знают, и я, и она тоже. И пусть Ди не может ответить Сэму взаимностью, это ничего не меняет в его чувствах... Он для нее просто друг, лучший друг. А я — лучшая подруга их обоих... * * * На траве возле большого дуба играли дети, их было много, они шумели, кричали и бегали друг за другом. А в самой тени, возле дерева, практически прижавшись к нему, стояла маленькая девочка. Стояла одна, потому что то ли стеснялась, то ли боялась подходить к кричащей и прыгающей толпе. Неожиданно кто-то дернул её за рукав, и она увидела мальчика и девочку примерно одного с ней возраста. — Пливет, — произнесла девочка. — Меня зовут Лекси, а это Сэм. А тебя как зовут? — Диана, — стесняясь, произнесла девочка. — Плиятно познакомиться! Пошли играть с нами? — сказал мальчик. — Пошли! — улыбнулась Диана. Целый день эта троица бегала по небольшому парку. К концу дня они все так вымотались, что еле доползли до ближайшей скамейки. Усевшись на нее, дети устало вздохнули и переглянулись. — Тепель мы длузья навсегда. Лучшие длузья! — произнесла Лекси и слабо улыбнулась. Ди и Сэм лишь кивнули и крепко взяли её за руки. Солнце садилось и освещало парк желтым вечерним светом. * * * — Лекс, ты тут?! — оглушительный крик вывел меня из раздумий, и я не сразу поняла, что это кричал Сэм. — Ауч! Сэм, ну зачем так орать?! — возмутилась я, отдергивая пострадавшее ухо от обидчика и поворачиваясь к нему лицом. Наши носы внезапно оказались в пяти сантиметрах друг от друга, и я испугалась. Не того, что может случиться, а того, что если он стоит так близко, то сможет узнать мои чувства. — Я тебя уже минуты две зову, — тихо произнес Сэм, вглядываясь в мои глаза. Интересно, что он там пытается увидеть? — Ты стояла и улыбалась. О чем ты думала? — Вспоминала тот день, когда мы познакомились, — и я снова улыбнулась. — Да, это был клевый день, — усмехнулся Сэм и, наконец, отодвинулся от меня. Я облегченно вздохнула, а он недоуменно посмотрел на меня. Я лишь покачала головой, показывая, что не собираюсь комментировать свои ахи и вздохи. — Я пойду, наверное. До завтра, Сэм, — я обняла его и пошла в сторону своего дома. Лететь не хотелось. Хотелось остаться здесь и, одновременно, оказаться на другом конце вселенной. Но никто не должен знать о том, чего мне хочется, тем более Сэм не виноват, что я втемяшила себе в голову какие-то чувства. * * * Она обняла меня, как обнимала сто раз до этого и быстро зашагала по дороге. Как бы я хотел, чтобы она задержалась еще хоть ненадолго. — До завтра! Не скучай! — внезапно до меня долетел голос Лекси. Она остановилась перед поворотом, помахала мне рукой и быстро скрылась за деревьями. — До завтра, Алексис. Я уже скучаю…