Нити из прошлого

***

      - Что?.. Где я?.. – слышалось невнятное бормотание в одной из спален школы Чарльза Ксавьера.       Но не студент это ворочался с боку на бок, разговаривая во сне. То был недавно попавший сюда человек без прошлого.       «Кто эти люди?» - не просыпаясь, думал он, вдавливая голову в подушки. Ему было страшно, до ужаса страшно. Холодный пот стекал по его изборождённому глубокими складками лбу. Приоткрытые губы то и дело двигались, издавая неразличимое мычание или выбрасывая в потолок лаконичные вопросы, на которые никто не мог дать ему ответов, что очень мучило. Сон никак не хотел его отпускать из своих отвратительных объятий. Профессор Икс вновь разбередил старые раны. Он уже и не чаял узнать о себе прошлом, но Ксавьер снова дал ему надежду. Нет, он не дал, он, почти не спрашивая самого Логана, просто подсунул её. А что оставалось Росомахе?       Инстинкт подсказывал ему, что надо бежать, но вот только не подсказывал, куда. Снова вспышки странного света, зеленоватое свечение приборов, какая-то подпольная, но хорошо оснащённая лаборатория. Кто эти люди? Почему он ничего не помнит? Откуда эта въедающаяся во все кости боль? Нечем дышать. Сознание наизнанку… Разрывающий глотку крик…       ..переходящий в реальность крик.       Скинув с себя насквозь мокрое одеяло, Логан сел на кровати, зажав голову руками. Незнание грызло его изнутри, подобно той боли из сна. От воспоминания об этом его передёрнуло. Отбросив со лба мокрые волосы, мужчина посмотрел на свои руки, которые ещё недавно виделись ему в мистическом кровавом свете. Правда ли то, что ему сниться? Или он сходит с ума?       «Могут ли мутанты сходить с ума? - пытаясь себя отвлечь, думает он. – Надо спросить у профессора». Постепенно дрожь в его тело ослабевает.       Сжав кулак и натянув сухожилия, Росомаха выпустил на правой руке свои адамантиевые когти, пожалуй, впервые после пробуждения, а не во время сна. Ещё удивительно, что в этот раз никто не прибежал на его крик, как обычно, наверное, соседи уже привыкли. Логан печально усмехнулся. Словно впервые рассматривая свою руку, он проводил по когтям пальцами другой, и так и эдак вертел кулак. Ясное дело, родился он не с металлическим скелетом, даже внутри своих когтей он чувствовал живую кость. Но ему и в голову не могло прийти, как можно было сотворить с ним такое. Кто мог сделать это? И зачем? Какие-то эксперименты? Правительство или какой-нибудь психо-гений мутант? Мурашки бежали по коже от таких предположений. Он никогда не видел конкретных лиц, только маски или расплывчатые образы, которые не оставляли после себя ничего хорошего. А после того, как с его сознанием похимичил Ксавьер всё стало даже хуже, чем было. Каждую ночь он спал беспокойно, и почти каждую ночь просыпался в холодном поту. И после этого уже не ложился. Поэтому ходил очень угрюмый, даже злой. Все старались держаться от него подальше, только Роуг его не боялась. При мысли о девушке Логану вздохнулось чуть легче. Даже если он её прибьёт, она всё равно будет восхвалять его несуществующие достоинства. Славная девочка, почти ребёнок. Теперь он не жалел, что забрал-таки её с той заснеженной пустынной дороги.       Сегодняшний день был для Логана достаточно тяжёл, он немного устал, поэтому сейчас его даже после кошмарного пробуждения всё равно клонило в сон. А мысль о Роуг заставила мозги немного расслабиться, и Росомаха, подавив очередной зевок, снова устроил голову на подушке.

***

      Роуг в эту ночь тоже не спалось. Она осталась ночевать у Китти, чья комната была как раз по соседству с комнатой Логана. Девушка слышала, как он ворочался во сне, затем кричал, слышала его вздохи за стеной и звук выпускаемых когтей. Ей было страшно. Она хотела пойти к нему – разбудить, но после крика он больше не стонал и не ворочался, да и неловко ей было заходить в спальню к мужчине. Просто иногда её сердце разрывала жалость, да и сейчас страшно ей было не за себя, а за него. Временами ей казалось, что он больший ребёнок, чем она, особенно, когда спит. Не потому, что он ничего не понимает или поступает глупо, а потому, что бывает по-детски беззащитен. Когда они только познакомились, нет, даже ещё раньше, когда она только увидела его в Лафлен-Сити, где он дрался с обычными людьми, чтобы заработать денег, ей показалось, что за этой толстой оболочкой холодного равнодушия к окружающим, за стеной сплошной угрюмости и раздражённости есть нечто более мягкое и тёплое. Он сам это наглядно ей продемонстрировал, когда остановил свой фургон, уже отъехавший от неё на несколько десятков метров. От воспоминания об этом девушка улыбнулась. Да, он не был в восторге от её компании, но всё же не бросил. Заплутав в своих воспоминаниях, Роуг не сразу заметила, что за стеной стало очень тихо. Вынырнув из омута собственных мыслей, она стала внимательно прислушиваться. В комнате Логана и правда стояла чрезвычайная тишина.       «Наверное, он уснул»,- неуверенно подумала Роуг, начиная чувствовать беспокойство.       А потом и сама не заметила, как ноги, словно обретя свою волю, спустились на пол, и босая девушка крадущимся шагом вышла из комнаты. Паркет был холодным, своей прохладой слегка обжигал ступни, но Мари не обращала на это внимания. Она тихо приоткрыла соседнюю дверь, стараясь, чтобы та не скрипнула, а у самой сердце билось где-то в горле.       Словно привидение, бесшумно проникнув в спальню Логана, девушка прикрыла за собой дверь. Та, возвращаясь в обратный путь, издала лёгкий щелчок, одновременно с этим со стороны кровати послышался звучный выдох. Мари почувствовала, что холод от ступней мурашками разбежался по всему телу. Но это оказалось случайное совпадение. Сообразив это через пару секунд, девушка облегчённо выдохнула.       Подойдя ближе к постели, она, в самом деле, увидела мирно сопящего Логана. А ей-то уже казалось, что этот человек не может спокойно спать. Обнаружив недалеко от прикроватной тумбочки стул со спинкой, Роуг скромно примостилась на нём, совсем близко к Росомахе – захотел бы, дотянулся рукой. Но он спал. И был так безмятежен во сне. По крайней мере, пока… Но морщины на его лбу не разглаживались, похоже, никогда. Хотелось провести по ним пальцами, чтобы они исчезли. Но Роуг понимала, что таким образом не просто выдаст себя, но причинит ему невероятную боль, поэтому довольствовалась тем, что без вреда могла хотя бы находиться рядом.       Ей не до конца было понятно, что она испытывала к этому человеку. Никогда бы Мари не рискнула претендовать на него, как на мужчину, но он был несказанно дорог ей. Иногда наряду с тем, что он ребёнок, ей казалось, что она должна защищать его. Хотя и не подозревала, как такое возможно. Ей думалось, чтобы его сберечь, нужно быть как можно ближе. Но это было невозможно. Не только потому, что между ними были километры и километры дистанции, но и потому, что даже рискнуть она не могла.       Невольно её рука медленно потянулась к спящему мужчине. Но через долю секунды Роуг уже отдёрнула свою убийственную кисть, до боли закусив большой палец сжатого кулака. Из её глаз ручьями лились слёзы.       «Сумасшедшая!» - мысленно кричала она, стараясь не завопить вслух.       Ей тут же вспомнился её первый поцелуй, и девушка на стуле затряслась от беззвучного плача, хотя каждый её вздох всё больше становился похож на всхлип. Логан, как будто чувствовал смену её настроения, беспокойно заворочался, что-то замычал, хотя спал, по-прежнему, крепко.       Глядя на него, девушка улыбнулась, понимая, что его поведение во сне навряд ли как-то связанно с изменением её состояния, но всё равно ей отчего-то было спокойнее рядом с ним, когда она глядела на него, зная, что он не видит, а внутри чувствовала себя прокажённой.       Логан кого-то звал во сне, но невозможно было разобрать, кого, но Мари знала, что не её, она чувствовала сердцем да и надеждами себя попусту не мучила.       «Хоть кем бы ты мне ни был, - утирая слёзы, думала она, - Братом ли, другом… я всё равно люблю тебя». Произнеся это мысленное признание, Роуг собралась уходить, чтобы ненароком не помешать в кои-то веки удавшемуся сну Логана.       Но как только она встала, чтобы уйти, мужчина отчаянно заметался и, не открывая глаз, тяжело задышал сквозь стиснутые зубы. На его сплошь складчатом лбу проступили капли холодного пота, он начал вздрагивать руками.       Мари совершенно не думала о том, что это невольная реакция на её уход, потому что знала – это была не она. Обеспокоенно обернувшись, она застала Росомаху уже в неестественном для спящего человека положении. Его всего дёргало в разные стороны, он пытался что-то сказать.       - Логан, - позвала его Мари, уже не думая о том, что её присутствие в его спальне может показаться странным, - Логан!       Росомаха не просыпался. Тогда Мари потянулась к нему рукой, целясь в тот участок плеча, который был закрыт майкой. Но оказалось не так-то просто туда попасть. Однако вскоре ей удалось зацепиться.       - Логан! – в третий раз позвала она, пытаясь хорошенечко его встряхнуть.       Но стальными у этого мужчины оказались не только когти со скелетом, но и мышцы, которые отчаянно напряглись под тонкими пальцами хрупкой девушки.       - Логан… - совсем тихо позвала Роуг, наклоняясь к его лицу.       Комнату разорвал животный крик и звук пронзаемой плоти.       Мари почувствовала ужасную боль ещё до того, как Логан успел понять, что случилось. Она задержала дыхание, боясь умереть при вдохе, но бесконечно не дышать не могла. Хриплый звук вырывался из её лёгких, лицо то и дело корчилось от боли. Она поняла, что когти покинули её тело лишь по тому, что увидела в глазах Логана. Почувствовать, что он их втянул, она не могла – тело начало неметь от боли.       - На помощь… - дрожащим голосом позвал Логан, не отрывая от неё взгляда, полного ужаса, вины и отчаяния. – Помогите! – в голос заорал он, видя, что Роуг начинает оседать.       Девушка никогда не думала, что умирать – это так. Она думала, что, если будет больно, то только о боли она и сможет думать. Но на удивление стала понимать, что в голове её очень много мыслей, а боль она лишь чувствовала - не больше, ещё и думать о ней казалось излишним.       «Так вот каково это, когда тебя пронзают насквозь», - думала Роуг, но без злобы или жалости.       Она видела перед собой лицо Логана, на которым была написана если и не большая боль, то точно не меньшая. Её рука в который раз за эту ночь потянулась к нему.       «Если умирать, так хоть лица его коснуться напоследок», - думала девушка, словно забыв о своей убивающей силе.       Глаза Логана метнулись к её пальцам, затем снова к её лицу. Он не возражает, Господи, какое счастье! Да и смотрит прямо на неё. Жаль, что в глазах только страх и ужас…       Её пальцы, наконец, добрались до его щеки. Она почувствовала тепло. Его тепло… А затем чувство изменилось. Она ощутила неожиданный прилив физической силы, и боль стала меньше. Но печать смерти, словно по её руке, перебежала в глаза напротив. Она бы и хотела отнять от лица Логана руку, да только никак не могла. Словно магнит пальцы удерживали в своей власти мужскую щёку, которую уже покрыли раздувшиеся вены. По лицу Росомахи пробежала странная рябь, словно его вот-вот разорвёт на куски, он судорожно стал хватать ртом воздух.       Уже подоспела подмога. Скотт и Шторм, а за ними целая толпа учеников. Увидев, что глаза Логана начинают закатываться, Роуг усилием воли оторвала от лица мужчины свою руку. Девушка невероятным образом исцелилась, а Логан безжизненным телом рухнул на пол.       - Я не хотела… - сквозь слёзы сказала она Ороро.       Находиться здесь дальше просто не было сил. Роуг боялась оглянуться, она уже знала, что могла увидеть за спиной. Послушные ноги сами понесли её прочь из ставшей вдруг такой невыносимой комнаты. Ученики на пути девушки просто шарахались в сторону, но так оно было и лучше.       «Да лучше бы меня сразу убили его когти!» - проклиная свою мутацию, думала она, не зная, смеет ли надеяться на то, что его спасёт многократно усиленная способность к регенерации. Вдруг она исчезла насовсем?       «Вдруг я забрала её у него?» - ахнула девушка, закрывая лицо руками.       В волнении она сильно закусывала губы, и вскоре почувствовала солоноватый привкус во рту. Убрав от лица руки, она увидела на них немного крови, но губы не зажили тотчас. Роуг вздохнулось спокойнее.