Пора снять маски, папочка. PART TWO.

POV Jared.

Every time I'm close to saving you. You grow into A sin worth believing You're everything I ever wanted.. I hate you when you're gone I hate you turn me on I hate the way I need you when I don't know where you are. Ты ушел, не попрощавшись. Ты оставил меня в этом грязном мире одиноким мальчиком, который ждал отцовской любви. Ты научил меня не доверять людям, научил этому собственными усилиями. Только сейчас понимаю, что без тебя моя жизнь была абсолютно другой, а ты словно открыл мне глаза. Я ненавижу тебя за то, что ты не сказал мне "прощай" или "прости", что ушел так красиво, но печально, что заставил меня не мало пострадать, что оставил меня с лишь воспоминаниями о тебе. Заставил меня уже в течение семи лет возвращаться в тот день и винить себя за то, что я сделал. Что мы сделали. Если бы ты появился, я бы ударил тебя, убил и закопал за всю ту боль, через которую я прошел. За ту гребаную любовь, которая вознесла меня, но потом так же быстро ударила лицом в грязь, потрепала меня и убила во мне все живое в несовершеннолетнем возрасте. Я не смогу больше полюбить по-настоящему, я не смогу никогда в жизни почувствовать того счастья и удовольствия, которое чувствовал в твоих руках. Из-за тебя. Мне ничего не остается, как только думать о том, что твоя душа витает где-то рядом. Хотя была ли у тебя душа? Я буду писать о тебе песни, но никогда больше не скажу три заветных слова; я буду только мысленно проклинать тебя и мстить. Сколько бы я не пытался забыть о тебе, ты будто появлялся рядом, следил и смотрел на меня из-за угла переулка или из-за барной стойки клуба. Ты следишь за тем, как я случайно связываюсь с какими-то парнями только ради того, чтобы избавиться от возбуждения, которое наводят мысли о тех вечерах и фантазиях, которые были в моей подростковой жизни вместе с тобой. Ты видишь все это, а потом делаешь мне еще больнее, появляясь во снах, глядя мне в глаза и вонзая нож мне в грудь, говоря: "Ты изменяешь мне. Я отомщу тебе за это, обещаю". Твоя сущность живет рядом со мной и не хочет покидать, будто дожидаясь особого случая. Ты оставил меня неопытным ребенком, который плакал и не мог привыкнуть к ужасному миру. Но сейчас, спустя несколько лет ты бы вряд ли меня узнал. Я не заплачу больше, потому что никогда не случится что-то хуже того, что было связано с тобой. Теперь я сильный, теперь во мне нет никаких чувств, кроме ненависти. В тот вечер за окном простирался мною обожаемый вид на обычное зеленое поле, окруженное деревьями и домами. Синева неба обволакивала все вокруг и медленно заползала в окна моего дома, окрашивая стены, мебель и кожу в насыщенно-синий цвет. Я стоял у зеркала, упираясь рукой прямо в поблескивающее стекло. Я видел совершенно другого человека, зачеркнувшего прошлого себя. Нет прежнего ребенка, который ненавидел себя и хотел покончить с собой. В отражении был изящный парень, толкающий запретные препараты богатеньким дядечкам, имеющий свой дом, деньги, но не чувствующий даже чего-то похожего на любовь к кому-то. Я смотрел в зеркало, понимая, что сущность моего братца прорывается наружу. Меня любили за соблазнительную внешность, но не старались узнать мой внутренний мир. Никто и никогда не спрашивал меня о прошлом и настоящем, редко кто даже интересовался, как мои дела. Я словно прекрасная скульптура, на которую можно долго смотреть и говорить комплименты. Но никто не делал и не сделает этого как ты, никто в этом гребаном мире. Какого черта все пошло именно так? Почему меня тянет к тому, чтобы принимать женские гормоны и быть с мужчинами? Раньше в моей квартире был зеркальный потолок, и я обожал смотреть на себя. Я любовался и понимал, что ты потерял. Изгиб моего тела становился с годами таким плавным и женственным, что мне становилось страшно, и я думал о том, как бы отреагировал ты на мои изменения. Мне нравилось то, как я выгляжу, мне нравилось все, кроме моей никчемной жизни. Но сейчас все встало на свои прежние места, я потерял все деньги, не осталось даже на то, чтобы купить товар и толкнуть кому-то, потерял место жительства, и не оставалось ничего, как забрести в то старое место... Сгоревший бордель. Я уже не боялся ничего. В том районе уже никого не было, про него совсем забыли, хотя когда-то обожали это пафосное место. Теперь там осталось только темное полуразрушенное здание и куча пепла.

POV Mike.

-Знаешь, какое сегодня число? - я поднял голову на Софию. -Конечно, знаю - 31, октябрь. Хэллоуин, - та прищурилась, глядя в мои глаза, которые внимательно смотрели в ее. - О Боже, Майк… Я наклонил голову, отставляя тарелку в сторону. -Ты все еще помнишь? -А как не помнить?! Он был моим лучшим другом. Лучшим. Я до сих пор не понимаю, как он мог меня оставить. Софи поправила волосы, присаживаясь напротив. -Дорогой, я знаю, это ужасно, но то, что было не вернуть. Такова судьба, - я ударил кулаком по столу, и жена вздрогнула. -А я до сих пор верю, что вернуть! Почему, думаешь, не нашли его тела, а? А все потому что мы вместе ходили несколько лет на озера, где учились прыгать с большой высоты! Я еще удивлялся, как у него так выходит, он буквально выходил сухим из воды! Я же всегда сильно ударялся о воду, едва ли не задыхаясь. Ему приходилось плыть и вытаскивать меня на берег. Я завидовал ему... -Ты думаешь, ему удалось?.. -Я ничего не думаю, Софи, ничего. Но все это странно. Я познакомился с Софи незадолго до судной ночи. И ни разу не говорил о своем счастье Шеннону, только выслушивал друга и помогал, чем мог. На маскараде у нас с Софи было свидание. Она оказалась свидетельницей всего, чем закончился праздник. Ее отец работал в полиции, он помог мне выбраться и не загреметь ни за что, а также посадить отца Джареда за решетку за избиение сына, при чем не родного. Он сел всего лишь на три с половиной года, но за месяц до выхода скончался. Я рассказал Софи обо всем, она оказалось очень понимающей и сумела вывести меня из депрессии. -Говорят, бордель на протяжении многих лет занимался продажей наркотика, так называемого "возбудителя", но доказательств этому не было. Все тщательно скрывалось. Но Шеннон пользовался им. А значит, это продолжалось и тогда. Он мог умереть и раньше. Но его крепкий организм и то, как он старался изо всех сил не расклеиться ради... – я ощутил, как сильно сдавливает горло и замолчал. -Майк, я обещаю, если он еще жив, мы найдем его!

POV Jared.

Крепкий и чертовски горький виски в матовой бутылке, которую я со всей силы сжимал в руке, все быстрее приближаясь к желаемому месту, плескался с таким грохотом, что я пожалел о том, что втянул в себя все последние остатки наркотиков. Во мне бушевала злость, и я думал: почему я так уверено иду туда? Иду так, будто понимаю, что обратного пути нет. Будто это место приютит меня точно так же, как брата. Которого... Теперь я люблю. Только спустя такое долгое время я начинаю осознавать, что той ночью произошла страшная ошибка, которая навсегда разделила трех глупых людей, пытавшихся докопаться до правды и обрести счастье. Я сделал очередной небрежный глоток и с силой откинул в темноту бутылку, которая с грохотом разбилась вдребезги. Я приподнял голову, пьяными глазами глядя на полусгоревший «Замок разврата». По коже пробежался неприятный холод, как только раздался громкий крик встрепенувшихся ворон на крыше. Я сглотнул, поворачиваясь вокруг себя и снова осматриваясь. Тут будто все впало в спячку... Только дикая луна наблюдает за мной. Семь гребаных лет назад я стоял на этом пороге. Роскошь, деньги, разврат, страсть и даже что-то похожее на любовь окружали меня, но я не мог подумать, что совсем скоро от всего этого останется пепел и жуткие полусгоревшие помещения. Я оглядел искаженные огнем и старостью вещи, валяющиеся на полу, а затем перевел взгляд на бывшую шикарную лестницу, раньше белоснежную с бардовой дорожкой, а сейчас обугленную, но сохранившую свою прежнюю загадочность. Множество ступенек тянулось вверх, переплетаясь с другой лестницей и ведя на второй и третий этажи. Я подошел ближе, ступая на хрупкую ступеньку и проводя кончиками пальцев по перилам. На лице внезапно появляется дикая улыбка от всех воспоминаний, и я невольно покрываясь мурашками, закидывая назад голову и любуясь на освещенное луной небо. В этом месте царит такая таинственность и тишина, что я не замечаю, как пробегаю по лестнице вверх, с интересом и улыбкой рассматривая все вокруг словно ребенок, попавший в парк развлечений. Ноги несут меня вперед, и я ступаю на порог именно того длинного коридора, который, как ни странно, не утерял своего вида, лишь только потемнел и помрачнел. Черт, неужели тут я соблазнял Шеннона, именно тут последний раз касался его губ и становился на колени? Я не могу остановиться, медленно прохожу дальше, без разбора наступая на какие-то не до конца сгоревшие вещи, отчетливо слыша громкий хруст, и вновь покрываюсь мурашками. Мою сущность окутывает страх, как только я начинаю медленно заглядывать в каждую комнату, в которых настежь открыты хлипкие сгоревшие двери. Дойдя до последней комнаты, я чуть заглянул внутрь, но в итоге сразу же забежал, опускаясь на колени посреди нее. На темном полу лежала одинокая черная маска. Я схватил ее, проводя по разрезам для глаз пальцами и сжимая ее в кулаках. Этого не может быть... Как она оказалась не тронута огнем? Как она осталась после брата? Я свел брови, чувствуя, как сильно грудь сдавливает тупая боль, а затем поднес маску к лицу, собираясь примерить ее, но через секунду услышал чьи-то уверенные шаги в мою сторону и скрип за углом. Я резко вскочил, быстро поворачивая головой то в одну, то в другую сторону и слыша свое бешеное испуганное дыхание, но не отпуская из руки маску. Я стер пот со лба и решительно направился в сторону двери, выходя в длинный коридор, но понимая, что здесь находиться - не лучший вариант, скрыл заветную вещь за спиной и скрылся в другой комнате, прижимаясь к стене и тяжело выдыхая. Приключения начались? Я попытался прийти в себя и дрожащими руками закатил рукава рубашки, оголяя подкаченные руки, покрытые черными переплетающимися татуировками. В голову ударили ненормальные мысли, а тело окутало жаром, хотя на улице стояла довольно прохладная ночь. Я успокоил себя тем, что это все из-за переизбытка наркотиков, и досчитал до десяти, уже внушая себе вопрос: «Да кого тут можно испугаться?!»

Am I beautiful As I tear you to pieces?

Я прижал к груди маску, в очередной раз думая о своем родном брате, который покинул меня сразу же после нашего знакомства, и во всем виноват только сам я. Только сейчас я по-настоящему понимаю, какой эгоистичной и ревнивой была моя натура. До такой степени, что я смог разрушить сразу три жизни. Я облизнул губы, ощущая свой пирсинг в языке, который был сделан для того, чтобы хоть как-то...притупить свою вину? Мне не хватает надеть одну только вещь...и мы будем одинаковыми. Но мне, черт возьми, действительно что-то мешает. Или кто-то. Мои глаза бешено бегали по этой комнате и я не понимал, почему происходит что-то странное и непонятное, от чего мне становится по-настоящему жутко. Кто-то явно смотрит на меня, и я ощущаю этот дикий взгляд. Кто может жить в этом ужасном месте? Бездомные? Но зачем им прятаться или пугать меня? Я снова облизнул пересохшие губы и вытер тыльной стороной ладони выступивший на лбу пот. Ох, Дьявол, да почему здесь так жарко? Будто невидимый огонь пылает вокруг и обжигает меня. Я стянул с себя рубашку и закинул ее на плечо, выходя из комнаты. Я не такой как раньше, я не боюсь, я должен остаться ночевать здесь, привыкая к резким звукам и преодолевая всякий страх и ненависть по отношению к этому месту. Я подошел к лестнице и, оглядевшись, заметил на втором этаже огромное зеркало, к которому без сомнений подошел, разглядывая свой силуэт в лунном свете и, наконец, поднося к лицу маску. Я замер, чувствуя, как подрагивают руки, и поднес к лицу атрибут Пантеры, наклоняя голову в бок и приглядываясь к себе. Я провел рукой по округлым бедрам и оценил себя по 10-бальной шкале, отдавая все очки своей фигуре, контуры которой были точь в точь как его, лишь приобретшие более взрослые черты. Отвлекая взгляд от себя, я посмотрел вглубь темноты и, прищурившись, увидел еще одну черную маску, лежавшую на полу. Я нахмурился и, тут же снимая с лица Пантерину, подошел ближе, наклоняясь. Протягиваю руку, чтобы поднять и снова слышу шорохи, а затем шелест взлетающих от порыва ветра осенних листьев. Черт возьми, тут явно что-то не так. До моего слуха донесся звук захлопнувшихся дверей и повернувшегося в скважине ключа, и я панически побежал вниз. -Вот же дерьмо! – подбежав к главным дверям, я никого здесь не обнаружил; я подергал ручку, пытаясь отворить их, но это не увенчалось успехом. Мне стало по-настоящему страшно. Здесь были окна, но это место словно удерживало меня в своих стальных руках, призывая пройтись еще раз, взглянуть в не пострадавшее странным образом зеркало и надеть сжатую в руках маску, что я и решил сделать, будто принимая вызов этого дьявольского здания. Меня держит это место точно так же как и брата, который мечтал о свободе, но не смог уйти. Я резко развернулся в противоположную от двери сторону и заметил мелькнувшую фигуру в темноте, от чего тут же остолбенел, глядя растерянным взглядом через большие разрезы для глаз в маске. -Эй, кто тут, черт подери?! Покажись! - я запрыгнул на лестницу и снова поднялся на второй этаж, крутясь вокруг своей оси и пытаясь найти какую-нибудь зацепку. -Черт, - прошептал я и потер глаза, вздыхая. Снова что-то мерещится, этого же не может быть на самом деле, так? -Не бойся, Джаред, - эхом пронеслось по коридору и я, еле как сдерживая крик страха, обернулся, вжимаясь пальцами в перила и вслушиваясь в грубый низкий голос. -Я знаю, ты здесь! И я не боюсь! Слышишь?! – соврал я сам себе и пошел вперед, осторожно направляясь вперед по коридору и держась за стену. -Эй, ты бежишь в нужную сторону, я как раз здесь... -Кто ты?! Оставь меня в покое и уходи! – я все-таки остановился, не горя желанием сталкиваться с этим незнакомым человеком лицом к лицу. -Я не уйду отсюда, Джаред, - смешок после фразы заставляет меня вздрогнуть еще сильнее. Я срываюсь с места и бегу наверх по лестнице, видя чью-то тень за углом. Мною в очередной раз овладевает страх и, только прибежав в ту же комнату с зеркалом, где я нашел странную маску, замечаю, что обронил где-то свою рубашку. Черт, что тут вообще происходит? Кто здесь? Я смотрю в зеркало и тяжело дышу, в жажде увидеть кого-то сзади. Один момент, и сзади, в паре метров от меня, пыль поднимается столбом, пепельные завитки шуршат и вновь опускаются на пол. Страх перерастал в панику с каждой секундой, я уже не понимал точно, мерещится мне это или нет. Может во всем действительно виновата доза? Я всеми силами пытаюсь не шуметь и успокоить дыхание, подходя к самой стене, чтобы видеть всю комнату и немного коридора, но все равно чувствую на себе прожигающий взгляд, который исходит непонятно откуда. Я резко оборачиваюсь на глухой звук, заглядываю в трещину в стене и вижу все туже поднявшуюся пыль, танцующую в воздухе с пеплом. Я мгновенно выбежал в коридор, уже не зная, куда можно убежать и, держась рукой за перила, посмотрел вверх, крича в небо: -Эй, кто бы ты ни был! Покажись мне, мне надоели эти прятки! Черт, ты пугаешь меня! - я нервно ухмыльнулся, наконец признаваясь, что боюсь и оглядел полуразваленную крышу. -Что тебе надо?! Я сделаю все, только выпусти меня! Слушай, может это твои владения? А я не знал этого, я думал тут давно никого нет, - моему взору предстают мелькающие тени в зеркале и я, затаив дыхание, терпеливо жду ответа. Секунда, две, три..Вдох-выдох, вдох-выдох. Ответа нет... -Не хочешь выходить? Да кто же ты?..Ты хочешь, чтобы я сам тебя нашел? - я выдохнул и почувствовал, как по моему прессу пробежался прохладный ветер, заставляя меня покрыться мурашками. Я медленно, но уверено пошел по длинному коридору, поворачивая голову то вправо то влево и заглядывая в комнаты. Меня просто съедало любопытство, поэтому иногда, на мгновения, я даже забывал о страхе. Я дошел до уже знакомого зеркала, посмотрелся в него и отправился в соседнюю комнату, которая была практически полностью уцелевшей, только потолок почти обрушился. Я зашел и остолбенел, увидев человека, стоящего лицом к стене. Я тихо остановился и задержал дыхание, опуская взгляд вниз и замечая сверкающее лезвие, зажатое в его руке. От такого добра не жди... Мужчина с широкими плечами и выделяющимися, благодаря лунному свету, мышцами стоял спиной ко мне и, кажется, даже не спешил обернуться. Я медленно подошел и прошептал: "Эй, кто Вы?", понимая, что у меня нет никакого оружия, и я не смогу защититься. Он медленно повернулся, и я буквально онемел. Его взгляд заставил меня резко попятиться назад и удариться о стену. Сердце остановилось, а тело не слушалось. Ноги онемели, я не мог даже двинуться, не говоря уже о том, чтобы что-то сказать. Кровь застыла в венах, и глаза будто затянуло пеленой. Слабый шум ветра и крик ворон. Сумасшедший шепот. Страх. Жуткий страх перед ним. А он просто стоял и смотрел. Смотрел взглядом убийцы, маньяка, охотника, готового мучить и медленно убивать. Морально и физически, даря удовольствие и сласть, отвращение к самому себе и дикое желание. Передо мной стоял Шеннон. Шеннон Лето собственной персоной. Потерянный и всеми забытый убийца.