Мой сладенький ублюдок

- Ты о чём? - Кажется, я ясно давал понять, чтобы никто не трогал моего парня. - Он сам влетел ко мне в объятия, Тони, очнись. Ты что включил за режим, скажи мне, я такой же хочу. - Я ревную. И хочу, чтобы ты держался подальше от Ловино. - Что ты в самом деле-то… А если я буду встречаться с ним, то что мне будет? Кажется, зелёные глаза сверкнули холодом. Красноглазый лишь хмыкнул и подошёл к двери класса. - Тони, ты считаешь его своей собственностью. Это добром не кончится. Считай его как на равных. Иначе мне придётся ему показать, как выглядят настоящие отношения. Мне его жаль. - Гилберт, ты лезешь не в своё дело. Просто брось эту затею, иначе нам придётся перестать быть друзьями. Даже, возможно, станем врагами. Тебе оно надо? И это всё потому что ты всего лишь сунул свой любопытный бледный нос туда, куда влезать не просят. - Я не помешал? – в приоткрытом дверном проёме появилась белобрысая макушка. - Конечно нет, Франц. Мы с Гилбертом уже поговорили. Теперь, думаю, можно и разойтись, - Антонио имел явно планы на вечер. И эти планы заставляли Байльшмидта-старшего хмурить белёсые брови. Франциск очаровательно улыбнулся и пропустил Карьедо к выходу из кабинета. - Ты скоро там? – а вот и тот, о ком шла речь: голос Ловино пронзил неловкую тишину, на пару секунд затронувшую пространство. - Уже бегу, помидорка моя, - Фернандес уже попрощался с друзьями и ушёл вместе со своим Варгасом. Когда стихли шаги, Бонфуа повернулся к альбиносу. - Гилберт, не надо влезать в их отношения. Тони – не маленький мальчик, сам разберётся. - В данном случае, он повёл себя как маленький мальчик. А Варгас – его любимая игрушка. Ведь признай, он даже называет его своим. Тем более… Франц… Кажется, я влюбляюсь в этого чёртового Ловино. Франциск присвистнул. - Тебе капитально не повезло, друг мой. Во-первых, он спокойный только весной… - По крайней мере, он не бегает как мартовский кот по бабам и не орёт, не так ли? – укоризненный взгляд в сторону блондина. - Сам же знаешь, что потом тебя ожидает ад. От самого Варгаса. Во-вторых, Антонио устроит персональный ад тебе. Даже к своим игрушкам он относится ревностно и трепетно. Поэтому, в любом случае, воздержись от этого, прошу, Гилберт. Я не хочу потом бегать между вами и сглаживать конфликты. Оставь их жизнь. Они должны через всё пройти сами, понять. -Франц, очнись! Наш Тони портит жизнь и себе, и Ловино! Тем более… Ладно, зачем непроверенную информацию изливать? - Давай, изливай. Мне же интересно, - придвинулся Бонфуа. - Ты влюблён в Тони? - Э… Я же натурал. - Ага, натурал, как же. Видел я, как ты с блондинчиком таким бровастым мило трепался. Рассказывай сказки дальше, умник. - Гилбо, ты следишь за мной? - Нет, просто мимо проходил. Всё, пойдём, а то у меня аллергия на школу начнётся, я уже дофига времени нахожусь здесь, а завтра опять сюда, - Байльшмидт и вправду безумно хотел покинуть школу. Не то чтобы его тянуло домой, к брату или выпить. Действительно, школа уже достала его до чёртиков. Ведь желанием альбиноса часто было сжечь школу в выпускной вечер, но это желание угасало благодаря вредности. На самом деле! Чего это! Пусть другие тоже помучаются! - Друг мой, это – первая здравая мысль за весь наш разговор, - усмехнулся блондин и отправился за красноглазым. Выйдя из школы, друзья проболтали ещё немного, ибо, если по пути, то почему бы и нет? Но и их путь расходился. - Хорошо было потрепаться с тобой, Франц! – Байльшмидт похлопал приятель по плечу. - Взаимно, Гилбо. До завтра, – улыбнулся Бонфуа и ушёл в свою сторону. Недолго думая, альбинос направился к себе домой. И он бы дошёл, никто не сомневался, если бы его не сбил кто-то с ног. - Ааа! Идиот! Спаси меня! – этим кто-то оказался Ловино. Выглядел парень явно напуганным, поэтому, не говоря ни слова, красноглазый схватил Варгаса за руку и потащил в переулки, где даже при всём желании найти их было бы сложно. Только лишь остановившись, Байльшмидт соизволил посмотреть на того, кого спасал. Шатен лишь тяжело дышал, пока не придя в себя после длительного бега. - За «идиота» прости, это я со страха, – извинился Ловино, когда дыхание восстановилось. - Уж не от Тони ли бежал? – с любопытством поинтересовался Гилберт, разглядывая парнишку. Кажется, пара верхних пуговиц его рубашки была расстёгнута, а ремня вообще не было, хотя Варгас всегда носил ремень из-за худощавого телосложения. - От него. Этот идиот повёл меня в переулок, где… - дальше шатен говорить не смог. Смог лишь обнять себя за плечи. Да и альбиносу объяснения не нужны были – и так всё ясно было. - Так, и что ты собираешься делать? Куда идти? - Не знаю… Поброжу здесь. Я оставил у него ключи и телефон, просто убежал, – растерянно пробормотал Ловино. Альбиносу ответ явно не понравился. - Так дело не подойдёт. Я позвоню брату и… - Нельзя! У него наверняка мой брат… Я это… Лучше здесь поброжу. Спасибо, что спас, но дальше я сам, - кажется, Варгас ещё и начал замерзать. Вот только этого не хватало для полного счастья. - Либо я сдаю тебя Тони, либо ты идёшь со мной, - поставил ультиматум Байльшмидт. Его собеседник лишь покорно опустил голову. - Ладно. Я пошёл к Антонио. Вот тут Гилберт испугался за сознательность шатена окончательно. Чтобы добровольно идти к тому, кто сейчас может и изнасиловать? Да и тем более… - Ты меня с братом боишься, что ли? – попал в яблочко красноглазый, определив по лицу Ловино ответ на свой вопрос, - Не стоит бояться Людвига. Он, на самом деле, добрый, с виду такой злюка. - Говоришь как мой брат… - тяжко вздохнул зеленоглазый. Кажется, он уже смирился, что его просто так никуда не пустят. Вот и правильно, иначе какой из альбиноса мужчина? - Потому что твой брат прав. Идём. Хотя нет, стой. Приведи себя в порядок. Скажем, что тебя ограбили, а я нашёл. А, нет, подожди. Мой братец станет искать вора. Вот же… Потерял, скажем, - бормотал Гилберт и порадовался, что его великий мозг сгенерировал идею. - Всё гениальное – просто, – философски заметил Варгас, застёгивая рубашку и поправляя брюки. - Ага. Всё, готов? Тогда аккуратно выходим, – скомандовал Байльшмидт и повёл зеленоглазого к себе домой. И оба не заметили злого взгляда, остановленного на них обоих. Да и не до того было. Альбинос думал о том, что завтра его вновь ждёт разговор с Антонио, ибо разнос будет устроен и ему, и Франциску, как живущим близко к месту исчезновения его любимого. Ловино же больше тревожила мысль о том, что скажет его братик на то, что старшенький умудрился потерять ключи и телефон. - Вот мы и пришли, – помрачнел Гилберт и открыл дверь, пропуская вперёд потенциального гостя. До квартиры они добирались молча. Но открыть дом парни успели, так как оттуда выскочил Феличиано и повис на ошалевшем брате. - Вее~! Братик! Я боялся, что с тобой что-то случилось! Ты не брал трубку, вот я и… - Извини, Феличиано. Я потерял телефон и ключи… – Варгас-старший натянуто улыбнулся и обнял брата. Кажется, от сердца отлегло. - Отлично! Я его нашёл и привёл. Теперь никто не волнуется! Ай да Великий Я! – похвалил себя Байльшмидт. Правильно ведь: сам себя не похвалишь – никто не похвалит. - Вее~, спасибо тебе, Гилберт, - кареглазый явно радовался тому, что брат нашёлся и ничего с ним не случилось. Ну, на его взгляд. А такие вещи, обратился ли Ловино в полицию его, слава Богу, не интересовали, в отличие от брата самого альбиноса. - Наконец-то появился, – хмыкнул появившийся в дверях Людвиг, – Заходите уж, не стойте на пороге. Вся компания последовала словам блондина и ввалилась в квартиру. Вдруг, раздался звонок. Варгасы напряглись. Их всегда пугали подобные звуки. Байльшмидт-младший открыл дверь… но не обнаружил там никого. - Людвиг, смотри вниз! – крикнул Феличиано. Голубоглазый обратил свой взгляд вниз и удивился. - Это твоё всё, Ловино? – поинтересовался тот, поднимая вещи, коими оказались телефон и ключи. - Вот фетишист проклятый, ремень себе оставил, - буркнул Варгас-старший себе под нос и подтвердил то, что оставленные под дверью вещи принадлежат ему. Людвиг незамедлительно отдал их владельцу и закрыл квартиру. Гилберт и Ловино переглянулись и нахмурились. Оба понимали, что братьям придётся объясняться. Только если последнему возможно избежать этого, то первому – никак. - Прошу всех пройти в комнату, – пригласил всех блондин и сам подал пример, идя впереди. За ним последовали и остальные. В общей комнате места хватило, чтобы разместиться всем: Людвиг и Феличиано устроились на диване (а точнее, Людвиг сел, а рядом уже плюхнулся Феличиано), а Гилберт с Ловино уселись в креслах напротив братьев. - Интересный воришка попался, однако, не так ли? – спросил голубоглазый. - Брат, я… - Ты собираешься оправдываться что ли? - Было бы в чём! - Интересно ведь, Феличиано, почему же Гилберт помог твоему брату? - Вее~, интересно, но это не самое важное. Я рад, что с братиком всё в порядке. - Мне кажется, или Людвиг стал слишком подозрительным? – фыркнул Байльшмидт-старший и нахально уставился на брата, который уже несколько минут сверлил наглого альбиноса взглядом. И если он хотел тем самым напугать его, то это было бесполезно. - Я не стал подозрительным. Вы оба чего-то недоговариваете, - блондин сверлил взглядом Гилберта и Ловино. Те дорожили своим актёрским мастерством. Эх, МХАТ по ним плачет… - Не понимаю, ты за кого нас держишь, а, ублюдок картофельный? – тут же напал Варгас-старший на Людвига. - Братик, успокойся… - Эй, Ловино, не кати бочку на моего брата! – тут и Байльшмидт вмешался. - Да я потерял телефон с ключами, это повод для того чтобы так со мной разговаривать? Будто я всё спланировал и разыграл! - Братик, Людвиг не имел в виду ничего такого! - Знаете, а я, наверное, домой пойду, - зеленоглазый резко встал и пошёл к выходу. Феличиано тут же бросился следом за братом. Кажется, обстановка в квартире Байльшмидтов накалилась до предела. Гилберт встал. - Людвиг, ты перегнул всё же палку. Пожалуй, на сегодня с меня хватит. Спокойной ночи, братишка. Можешь поцеловать своего ненаглядного Феличиано от меня в щёчку, – альбинос резко развернулся и ушёл в свою комнату, оставляя брата одного. Покой им только снился…