Пой, не останавливайся

      - Ребята, я, похоже, остаюсь, - почти что обреченно проговорил вокалист, обращаясь к другим участникам группы, которые одевались в коридоре их небольшой студии.       - Да ну, брось, навряд ли сегодня еще что-то выйдет. У тебя все из рук от усталости валится, и... – начал, было, Джозеф, но Стамп резко прервал гитариста, натянув широкую улыбку:       - ...И никогда не помешает попытаться еще раз.       - Знаешь, по-моему, ты хочешь невозможного, - Эндрю покачал головой и сонно зевнул, - Изводишь себя и нас репетициями перед самым концертом... чувак, ты вообще здоров?       - Уф... я просто хочу, чтобы все было идеально ровно, - Патрик горизонтально резанул воздух ребром ладони, - без всякого внезапного дерьма на сцене.       - Отлично, перфекционист долбаный.       - Окей, парни, до завтра! – вокалист махнул рукой на прощание друзьям, и, когда входная дверь, наконец, захлопнулась, его улыбка моментально исчезла, а сам он побрел к фонограммам и минусовкам.       Ему предстояло отработать несколько песен, выводя каждую ноту так, чтобы она звучала. На столе помимо аппаратуры и пультов управления лежал целый ворох бумаг – текстов песен, сценариев и еще черт-знает-каких ненужных листов, а этим вечером добавились еще четыре пустых кружки из-под кофе. Неизменно чистым оставался клочок столешницы над креслом Патрика – ровно столько места, чтобы поставить локти.       Вокалист отодвинул бумаги от пульта и стал листать песни в поиске нужной. Пульт едва не выпал из его рук от неожиданности, когда в зал влетел непонятно откуда просочившийся Питер.       - Устроим пати хард! – пробасил мужчина, проскользнув по линолеуму на скейтборде до середины комнаты. Басист раскинул руки в стороны и лучезарно улыбнулся.       - Ты как вообще сюда проник?! – вздернул брови Стамп, ставя композицию на паузу.       - Так это все игры с отмычками из детства, - отмахнулся Питер, продолжая скалиться во весь рот. Он резко оттолкнулся ногой, подъехал ко второму пульту напротив, и заиграла "My songs know what you did in the dark." Бас-гитарист стал прищелкивать пальцами и покачивать головой в такт музыке, временами изображая свои партии на гитаре.       Это оказалась чистая запись песни, и совсем скоро зазвучал голос Патрика, оживляя композицию и разлетаясь по углам студии, всё таки здесь была хорошая акустика. Со стороны привычный голос казался вокалисту чужим и странным, но он уже почти свыкся с этой мыслью, и, откинувшись в кресле, стал наблюдать за действиями друга.       Сначала это было довольно забавно и несомненно вызывало ответную улыбку на лице Патрика. Бас-гитарист зажигал под музыку, поддерживая зрительный контакт со Стампом, и всё бы ничего, но когда он чувственно прикусил нижнюю губу и приподнял бровь, где-то глубоко внутри Патрика зашевелилось что-то, что заставило его пальцы дрогнуть, а улыбку смениться на недвусмысленный интерес, мелькающий в глазах. Вентц не на шутку разошелся, повернувшись спиной и влияя задом в облегающих джинсах, улыбка не исчезала с его губ.       Здравый смысл постепенно возвращал вокалиста к реальности и к тому, зачем он здесь находится. Он засмеялся, но смех вышел какой-то напряженный и истеричный, потом Пит тоже сдался, и оба парня начали дико ржать. Но когда Вентц вдруг стал бесстыдно совершать движения, имитирующий половой акт, Патрик выключил музыку:       - Это, конечно, очень смешно, но, может, хватит уже трясти своей задницей? Я вообще-то хотел немного порепетировать. – заметил Стамп.       - Моя задница тебя отвлекает? – Пит поиграл бровями и облизнулся, в ответ на что парень лишь закатил глаза.       - Придурок!       - Патрик Мартин Стамп... Патрик... Пат, Патси, Пати, Пэдди... – он перебирал формы имени друга, подходя всё ближе к столу. Вентц облокотился на кресло напротив и отвел взгляд, - Валяй, пой, только не останавливайся.       Неожиданно бас-гитарист исчез из виду и возник под столом на четвереньках. Патрик отъехал на кресле на колесиках и заглянул вниз:       - Пит. Что. Ты. Делаешь?       - Ты репетировать хотел, - напомнил тот, расплывшись в улыбке.       - Погоди, ты обдолбан что ли?! – кинул догадку вокалист, он сощурился и серьезно посмотрел другу в глаза.       - Не-а, ни капельки. – Пит честно покачал головой.       - Хер с тобой, - Патрик снова придвинулся к столу, взяв в руки текст и решив на этот раз не отвлекаться, что бы ни случилось. Он глубоко вдохнул, поправил шляпу и запел:       - My songs know what you did in the daaa...о, боже. – его голос сорвался, потому, что рука из-под стола неожиданно сжала его промежность. – Чувак, ты в курсе, что это моя ширинка? Убери, блин, руки свои, охренел?!       Довольный голос из-под стола промурлыкал:       - Я же сказал: «Только не останавливайся».       - Вот засранец же... So light ‘em up, up, up, light ‘em up, up, up, I’m on fire…- Вентц уже справился с замком на молнии и свободно шарил в брюках вокалиста, отчего тот временами пропускал слова или не попадал в ноты, но руку не убрал – ему было чертовски приятно чувствовать, как чужая рука двигается вверх и вниз по стволу, вынуждая тяжелее дышать, - Ну ты и извращенец... My songs know what you did in the dark... ох, что ты творишь, Вентц... фххх... – гитарист медленно провел широким шершавым языком по головке члена, заставляя парня стонать и выгибаться в кресле.       - Что-то не так? – невинно усмехнулся Питер, поймав взгляд партнера. В светло-карих глазах бек-вокалиста плясали черти, и это еще больше заводило. Было совсем непривычно видеть лицо друга на уровне собственных бедер, но желание затуманивало разум Патрика, и он едва смог произнести:       - Я же не могу петь, не могу сосредоточиться, когда ты... делаешь так.       - Как? Вот так? – парень обхватил губами головку и выпусти ее с чмокающим звуком.       - Аах, даа...       - Или так? – он взял член в рот наполовину и стал водить языком, создавая разное давление внутри.       - Даа... так! Черт, как классно... Пиит... ты меня с ума сводишь!.. – Стамп запустил бледные пальцы в волосы друга и потянул, насаживая почти на всю длину.       - Эй, аккуратней, - засмеялся Вентц, - Ты же не хочешь меня порвать, верно? – и оскалился, - Горло мне еще понадобится.       На этот раз он принял его в себя до упора, и Патрик, запрокинув голову и закусив губу, со свистом втянул воздух. Гитарист метнул взгляд куда-то вниз и оторвался от своего занятия.       - Shit!(Вот дерьмо!) – констатировал он, как-то по-лошадиному отодвинув губу и обнажив белые ровные зубы.       - Что случилось? – забеспокоился парень.       - У меня встал, - заржал Пит и заразил своим смехом друга.       - Даже не представляю, что же делать, - саркастически выдохнул Стамп и расслабился, было, но тут же вскинулся от новых прикосновений партнера.       Вентц двигался так уверенно, будто занимался этим всю жизнь. И если бы вокалист был в состоянии думать сейчас, он бы решил, что его друг – убежденный гомосексуалист. Но он мог только стонать и глухо рычать, когда Питер забрался своими длинными пальцами под его рубашку и стал поглаживать бедра и спину. Он задел чувствительные соски, Патрик зашипел и прошептал что-то нечленораздельное. Пошлые чмокающие звуки усиливались по мере того, как гитарист ускорял темп. Они были в студии одни, поэтому Стамп мог не сдерживать воя и стонов наслаждения.       - Fuck!... ммм... Пит... – позвал фронтмен друга, чувствуя приближение оргазма, - Пиит... ах... пожалуйста, остановись...       Вентц с недоумением уставился на друга, тот, немного отдышавшись, посмотрел затуманенным взглядом из-под полуприкрытых век:       - Не хочу... кончить на тебя. – пояснил парень, и гитарист рывком выбрался из-под стола, навис над Патриком, упираясь в подлокотники. Он смотрел ему прямо в глаза, оставаясь в паре дюймов от лица друга и чувствуя его дыхание на губах. Питер осторожно разжал бледные пальцы Стампа, вцепившиеся в кожаное сидение кресла. Взяв его ладонь в свою, он положил обе на член и стал совершать движения, ловя поцелуями каждый вырывающийся стон. Ощущения от двух разных рук были необычными, и, когда скорость движений увеличилась до предела, струя полупрозрачной жидкости закапала руки парней и светло-коричневые брюки вокалиста. Патрик задохнулся и простонал:       - Пит... ты просто охрененный...