Турнир Восьми

Он не мог отказать. Не смог бы, даже если б захотел. Но он – не хотел. Этот поцелуй… Абсолютно не такой, как раньше. Переполненный отчаянием, он казался мне попыткой доказать всем (и себе в первую очередь), что вот она я - живая, настоящая, способная что-то чувствовать… Способная жить дальше. - Роза… - Дмитрий отстранился, с болью глядя мне в глаза. – Я хочу этого. Но я не хочу, чтобы это было так. - Я… - мне вновь захотелось плакать, но я сдержалась, отделавшись легким всхлипом. – Я понимаю. И я действительно понимала. Мне не нужен был секс из жалости. Мне не нужен был секс ради секса. И уж тем более все это не было нужно Дмитрию. Потому что он уважал меня… Хах, как будто после сегодняшнего меня есть, за что уважать! Заметив, что мои руки непроизвольно сжались в кулаки, Дмитрий обхватил их своими ладонями. Пытаясь унять эмоции, я сама вцепилась в наставника. Осторожные прикосновения огрубевшей за годы тренировок кожи оказались лучшим успокоительным. - Тебе нужно отдохнуть, - Дмитрий чуть сдвинулся, освобождая место на кровати. – Ложись. - Угу, - буркнула я, разом почувствовав всю накопившуюся усталость. Сколько я провела без сна? Сутки? Двое? Но самое главное, что все оказалось безрезультатным: мы с Крисом ни на шаг не приблизились к разгадке. Конечно, в свете случившегося это может стать наименьшей проблемой… Но, черт возьми, обидно! Мы столько сил отдали этому Турниру, мы – и не только мы! – столько всего из-за него вытерпели! А в итоге – остались ни с чем. Конечно, до заката, на котором состоится финальное испытание, было еще несколько часов, но навряд ли что-то изменится. Если только не произойдет чуда и финал не будет проходить в комнате Дмитрия… За такими невеселыми мыслями я сама не заметила, как уснула, так и не выпустив рук стража из своих. Но даже это не принесло мне спокойствия. Сон слился в сплошной кошмар, где я куда-то бежала, кого-то спасала, с кем-то дралась… Но самое страшное началось после: мой разум настолько устал и ослаб, что впервые за последние несколько недель я провалилась в сознание Лиссы. Приятный полумрак. Ощущение спокойствия. Перетянутые нервы. Тихий стон. И целующий «меня» Кристиан Озера. Подсознание услужливо подсказало, кто должен был оказаться на месте голубоглазого мороя, но легче от этого не стало. Я запуталась в ловушке нашей с Драгомир связи. И учитывая, что из-за участия в Турнире Восьми, я стала проверять ее реже, вырваться было очень тяжело. Я буквально физически ощущала эту борьбу. С каждым поцелуем Кристиана мне приходилось напоминать себе, что это не моя шея покрывается мурашками, не мое тело изнемогает от желания, не мой рот целует мороя в ответ… В изматывающей мысленной борьбе я орала и металась, проклиная эту чертовую парочку. Я не хочу потерять девственность с Кристианом Озера! Хотя, может так терять девственность даже лучше? Не будет ни крови, ни… Твою ж мать! - Ай! – раздалось недовольное восклицание прямо у меня над ухом. Я все-таки победила? Будучи абсолютно дезориентированной из-за недавней ментальной борьбы, я на всякий случай резко дернулась в сторону, стремясь перекатом уйти от потенциального противника и принять оборонительную стойку. Но исполнить задуманное не позволили сильные руки, обхватившие меня стальным «обручем» и явно не собирающиеся никуда отпускать. - Роза? – заспанный голос Дмитрия был беспокойным, что немного напрягало. Впрочем, как и поза, в которой мы проснулись: дампир лежал на кровати позади меня, его руки легко приобнимали меня за талию. Но стоило мне хоть немного пошевелиться, как хватка становилась крепче. - Пусти, товарищ, мне срочно нужно к Крису! – выкрикнула я. Пожалуй, слишком громко, но это было единственным шансом придать голосу хоть какую-то уверенность: что-что, а уходить от объятий Дмитрия мне совершенно не хотелось. - И не подумаю, - серьезно проговорил страж. – Я не дам тебе причинить вред никому из твоих друзей. - Беликов, ты вообще с ума сош… Погоди! – внезапно я все поняла. – Ты считаешь, что я иду мстить ему за вчерашнее? Что во мне все еще тьма? Ну уж, товарищ, от тебя я такого не ожидала! Еще скажи, что в кровать со мной лег, только чтоб я не сбежала, пока ты спишь! После шутливо-возмущенной реплики я не нашла в себе сил обернуться: даже если мое предположение хоть отчасти было правдой, я не хотела этого знать. Куда приятнее думать, что причина поступков Дмитрия – его чувства ко мне. Еще несколько томительных мгновений дампир колебался. Он привык держать все под контролем, но также он привык доверять мне. Когда же его руки расслабились, я поняла: вера в меня победила. И это не могло не радовать. Аккуратно выскользнув из ставших родными объятий, я внезапно почувствовала, что оказалась без ботинок. Впрочем, последние нашлись рядом с кроватью. Кажется, Дмитрий оказался слишком заботливым, а я – слишком крепко спящей. - Я… - мне отчаянно хотелось вместить свои эмоции и ощущения в несколько слов, но не было ни малейшего шанса это сделать. Слишком многое переполняло меня: и бесконечная благодарность, и легкое смущение, и азартное возбуждение, и всепоглощающая вера… И да, любовь. Небо за окном уже окрасилось рыжим, а это означало, что до финала Турнира Восьми осталось меньше часа. Солнце вот-вот сядет, а мне нужно успеть найти Криса (впрочем, судя по недавнему сну, это будет наименьшей из проблем) и разгадать оставшуюся часть загадки. Но я не могу просто так убежать отсюда. Это же Дмитрий, мой Дмитрий, который сидит на кровати в помятой после сна футболке и пытается понять, что произошло. - Это Турнир! – с ходу выпалила я. – Я, кажется, знаю, как нам пройти последнее испытание. Но магия снов… Я не могу сказать тебе больше. - И не нужно, - дампир посмотрел на меня серьезным взглядом. – Я верю тебе, Роза. И я верю в тебя. Иди. И я пошла. Резко развернулась на каблуках и кинулась к двери, заставив себя ни разу не оглянуться назад. Потому что иначе я могла наплевать на все и вся, обменяв победу в важнейшем командном турнире на теплый взгляд родных карих глаз. ** - У вас пять секунд, чтобы одеться, и я вхожу! – рявкнула я, на ходу распахивая дверь в комнату Лиссы, но не пересекая порог и разумно прикрывая глаза. В ответ раздалось недовольное ворчание и пожелания провалиться куда подальше. Выдохнув и напомнив себе, что друзья имеют полное право злиться на меня не только за неожиданное появление, но и за недавнее поведение, я дала им еще несколько секунд, после чего все же вошла в комнату, захлопывая за собой дверь. - Надеюсь, ты пришла не убивать нас? – хмыкнул Озера, на ходу натягивавший белую рубашку. – Что-то я сегодня не настроен умирать. - А жаль. Потому что финал Турнира Восьми абсолютно не обещает оставить тебя в живых. - Финал? – недоуменно переспросил морой и замер, не застегнув и половины пуговиц. - Представь себе, - буркнула я и только потом поняла, что не могу заставить себя даже посмотреть в сторону Лиссы. Подруга сидела на кровати и нервно оправляла складки на накинутом наспех халате. Кажется, она тоже не решалась поднять на меня взгляд. - Мне казалось, мы даже не… - Крис вдруг замолчал, явно остановленный магией снов. – Ну, ты поняла. - Тебе казалось, - фыркнула я – и вдруг сорвалась. – Лисс, я тоже не знаю, как себя вести! - О-о-ох, - подруга сдавленно выдохнула. А в следующий миг она уже вскочила с кровати и кинулась ко мне, чтобы порывисто обнять. Ошарашенная и немного испуганная, я обняла ее в ответ. И в этих объятиях было столько всего, что слова казались просто лишними. - Мы разберемся с этим, - бессвязно прошептала я на ухо подруге. – Обязательно разберемся, слышишь? - Я… Я верю тебе, - прошептала Драгомир. - Девушки, я, конечно, ценю ваше примирение. Но не могли бы вы продолжить через пару часов? Или сколько там нам понадобится, чтобы победить в этом гребанном турнире? После самоуверенной реплики Криса я хмыкнула, разжимая объятия. Мне очень многое нужно было обсудить с Лиссой, но в одном Озера был прав: сначала нужно выиграть Турнир. Иначе все наши жертвы и срывы окажутся напрасными. - Я оставлю вас, - спокойно проговорила Лисса, без слов понявшая, что счет идет на минуты. - Ты вовсе не… - Нет. Все нормально, Роуз. Я все понимаю. - Я не о том. Оставайся тут. Мы с Крисом просто соединим татуировки. Ты все равно ничего не услышишь. Дождавшись одобрительно кивка, я шагнула к морою. Наученные горьким опытом, мы сначала приняли сидячее положение, расположившись прямо на полу, и лишь потом соединили руки. В этот раз полет испугал не так сильно. Как только мы очутились парящими над территорией Академии, я быстро заговорила: - Загадка, на самом деле, очень простая. И ее нужно понимать буквально. Первая кровь – это и есть первая кровь, и… - я нервно сглотнула и, напомнив себе о необходимости спешить, на одном дыхании выпалила. – И означает она потерю девственности! - Оу, - глубокомысленно изрек Кристиан, явно ошарашенный моим заявлением. - Да, я бы тоже с радостью посмущалась и потопталась вокруг да около, но у нас совсем нет времени, - я кивнула в сторону солнца, медленно катящегося к горизонту. – Так что давай-ка рассказывай, где вы с Лиссой в первый раз… - Да понял я, не продолжай! – возмущенно прошипел морой. Развернувшись вокруг своей оси и невольно развернув меня вместе с собой (руки мы разжать не могли), Крис сосредоточенно уставился на что-то прямо под нами. Немного подумав, он махнул рукой вниз. - В церкви?! Для вас вообще ничего святого нет?! Или вы… Кто знает, как далеко я ушла бы в своей возмущенной тираде, если бы здание церкви вдруг не засветилось серебристым светом. Как будто кто-то по контуру обсыпал его пыльцой. Мы с Крисом одновременно уставились друг на друга. Сомнений не оставалось: мы наконец-то смогли решить хоть одну часть загадки! - Что там еще было? – возбужденно воскликнула я, забыв о том, что совсем недавно проклинала мороя за безнравственность. – Последняя кровь? - Да. И если понимать это так же буквально… - То речь идет о смерти, - мрачно подытожила я. – Признавайся, Озера, кого ты прибил? - Пока никого, - хмыкнул морой, многообещающее выделяя голосом первое слово. – Но ведь убить мог и не я… - О чем ты? - Заброшенная лесопилка, - бесстрастным голосом произнес Кристиан. А в следующий момент слева от меня еще одно здание засветилось серебряным. От церкви, расположенной на окраине жилой части, до лесопилки, спрятанной в самой чаще, протянулась едва заметная серебристая нить. - Кри-и-и-и-ис… Ты ничего не хочешь мне сказать? - Нет. Ну, кроме того, что много лет назад маленький моройский мальчик, над которым издевались одноклассники, в очередной раз сбежал от них в лес. В то место, где всегда находил приют. Вот только ему не повезло: на лесопилке он встретил маленькую моройскую девочку. Мертвую. - Я… Я не знала, - ошарашенно прошептала я. - Никто не знал. Директриса Кирова предпочла замять это дело. Для моей репутации – вернее, для ее отсутствия – достаточно было родителей-стригоев. В этой ситуации… В общем, узнай кто, меня бы в лучшем случае отчислили. О худшем, понятное дело, думать не хотелось. Все еще потрясенная от услышанной истории, я с трудом заставила себя вернуться к заданиям Турнира. Лисса и ее тьма, призрачный Мейсон, предполагаемое родство с Эйбом и турками, налаживающиеся отношения с Дмитрием, прошлое Криса… Чувствую, после этого гребанного соревнования я на несколько дней запрусь в комнате и буду думать, думать и еще раз думать! - Что дальше, Хэзевей? – Крис оторвал взгляд от золотистой нити и посмотрел на меня. – Ты мастерски помогла мне решить мою часть загадки – заметь, я даже не спрашиваю, что тебя вдохновило на мысли о потери девст… - Заткнись, - беззлобно буркнула я, радуюсь, что потеряла способность краснеть лет в тринадцать. - Ладно-ладно. Так что будем делать с твоей частью. Детский страх, взрослый страх… Думаю, они тоже должны оказаться связаны с местами на территории Академии. - Но мое детство прошло не в Академии! - Значит, ищи что-то похожее… Ты случайно не боялась башен в готическом стиле? Или лесов? Или гнить среди тупых мороев? Следующее «или» Кристиана я уже не слышала. В голове вертелось полузабытое воспоминание, но я никак не могла выхватить его. Вернее, не хотела: моя память отчаянно сопротивлялась тому, чтобы думать об отце. Это было летом. Обычный день, когда мама, несмотря на отпуск, пропадала на задании. Раздался звонок в дверь, и бесстрашная пятилетняя я пошла открывать. На пороге стоял высокий незнакомец, представившийся другом мамы. Помня о законах гостеприимства, я пригласила его в дом и предложила чай. Незнакомец согласился, а я, соблюдая гребанные законы гостеприимства, сидела вместе с ним на кухне, с тоской глядя на залитую солнцем улицу. Несколько раз мужчина пытался разговорить меня, потом даже вручил какой-то леденец… А потом, видя, что ему не удается понравиться мне, решил удивить маленькую дампирку и принялся водить руками над остатками чая. Бурая жидкость сворачивалась в непонятные фигуры, взлетала до потолка, вилась змейкой – а я сидела на стуле и пыталась не выдать своего ужаса. Мне казалось, что вот-вот этот мужчина наиграется с водой и обрушит ее на меня, заставляя заполнить легкие и убить. Звонок в дверь показался мне самым прекрасным звуком на свете. Пришедшая мама, стоило ей увидеть незнакомца, нахмурилась и не терпящим возражений тоном сказала мне идти в свою комнату. Потом они о чем-то спорили на кухне, после чего незнакомец ушел и больше не появлялся. Наверное, дело было не только в детской впечатлительности, но и в том, что в пять лет я еще ничего не знала о магии мороев. Поэтому мужчина, который мановением руки управлял стихиями, казался мне самым страшным существом на свете. Потому что мама учила меня, что я должна уметь постоять за себя. Но я не знала, что иногда противостоять придется вовсе не стригою. И прошло много лет, прежде чем я снова смогла доверять воде, а плавать и вовсе научилась лишь недавно – с Дмитрием*. О том, что тем мужчиной мог быть Эйб, думать совершенно не хотелось, поэтому я поспешила произнести: - Вода. Как ни странно, ничего не произошло. Беспомощно посмотрев на Кристиана, я с трудом удержалась, чтоб не хлопнуть себя по лбу: нельзя было размыкать рук. - Озеро! Нам было достаточно чуть-чуть повернуться влево, чтобы заметить, как водная гладь засветилась серебряным светом. Теперь, когда решение было так близко, я буквально сгорала от нетерпения. И с трудом заставляла себя не обращать внимания на солнце, почти соприкоснувшееся с горизонтом. - Взрослый страх, Роуз! Ну же, должно же быть что-то, чего ты боишься?! Я боюсь потерять друзей и любимых. Я боюсь тьмы и ее влияния на нас с Лиссой. В конце концов, я боюсь быть исключенной. Я боюсь пси-гончих и магии духа. Я боюсь за наши отношения с Дмитрием. Но это все слишком расплывчато, чтобы указывать на конкретное место. Нужно что-то определенное, что-то понятное и известное… От того, насколько простой оказалась разгадка, я ухмыльнулась. - Главная Арена Турнира Восьми.