Измени меня

Я все сидел и смотрел на этот чудесный пейзаж, пока звук шагов не оповестил меня о приходе Джерарда. Дверь со скрипом открылась, и вошел он. Такой радостный и улыбающийся. Это слегка испугало меня. Чего можно ожидать от такого человека, как он? Пока Джерарда не было, я долго размышлял, что он может со мной сделать. И каждая мысль оканчивалась смертью. - Фрэнки, такая чудесная погода, не правда ли? - радостно поинтересовался парень. - Без понятия, - холодным тоном ответил я, не отвлекаясь на Джерарда, продолжая смотреть в окно. - Сижу в этой долбаной комнате и не знаю, как там на свежем воздухе. - Хочешь погулять? - В смысле? - я слез с подоконника и встал напротив него. - Накинь на себя что-нибудь, и пойдём, я покажу тебе здешние красоты. Быстро надев вещи и подойдя к двери, я уже был готов открыть её, как Джерард вдруг ударил меня по заднице. Я обернулся, не понимая, за что он врезал мне. - Я не разрешал тебе открывать дверь. Ты кое-что забыл, - в его руках красовался тот самый галстук. Псих подошел ко мне и завязал галстук, как и в прошлый раз. Взяв мою руку и сплетя пальцы, что очень противно по ощущениям для меня, он пошёл в непонятном направлении. Вдруг я почувствовал лёгкий ветерок, он слегка растормошил мои волосы. Джерард все ещё не отпускает мою руку, а я послушно иду за ним. Наконец он остановился и развязал галстук. Природа в этом месте действительно очень живописная. Зеркало озера отражает всю ее красоту. Отблески солнца танцуют на водной глади. Всепоглощающий покой лишь изредка нарушает мелодия флейты летнего бриза. В такой тишине кажется, что можно слышать биение сердца, которое дополняет музыку уходящего дня. Деревья изредка вмешивались в звуки природы шелестом широких и густых крон. Дышать здесь так легко, что чувствуешь, будто у тебя есть крылья и ты вот-вот полетишь. Все это место - сама свобода. Пока я осматривался, Джерард все ещё крепко держал мою руку. - Не мог бы ты отпустить мою руку. Мне больно. - И что? Мне даже нечего ответить. Я понял, что будет так, как хочет этот псих. - Смотри, там есть небольшая беседка, в которой мы можем посидеть. Пойдём. Все было таким красивым и ухоженным, что казалось, будто это не заброшенная территория, а какой-то особняк с чудесным видом. Как только мы зашли в эту небольшую постройку, губы Джерарда оказались на моей шее. Я старался никак не реагировать, все действия парня были неприятными. Любое его прикосновение ко мне - противно. Но когда он начал покусывать тонкую кожу, мозг отключился, давая власть чувствам и ощущениям. От наслаждения я прикрыл глаза и немного откинул назад голову, давая этому психу полную свободу действий. Но вдруг он остановился. - Не сейчас, Фрэнки. Отдыхай, наслаждайся... Пока у тебя есть эта возможность. Пф, будто я его просил о чем-то, гад. Джерард сел на мягкий диван и усадил меня рядом. - Нравится? - Здесь довольно живописно. - Привыкай. Это все наше. Его рука легла мне на плечо, и он приобнял меня. Как же противно. Ненавижу его. Ненавижу. Почему я вынужден сидеть тут с ним? - Кстати, это ещё не всё. Как только солнце зайдет, у меня для тебя будет ещё один сюрприз. Откуда такая забота... Хотя, может Джерард изменился. Что я, блять, несу? Теперь я совсем не могу разобраться в своих же мыслях. Вроде Джерард не такой и плохой, но по его вине я сижу здесь, а не лежу в своём любимом диване у себя в квартире. Солнце уже начинало заходить. Время будто ускорило свой и без того молниеносный ход, и пейзаж начал меняться на глазах: голубое небо, усеянное легкими облаками, уступило место огненно-рыжему, которое будто разрисовал художник. Воздух стал особенным, в нем есть и отголоски дневного зноя, и магия приближающейся ночи. Птицы прекращали свое звонкое пение. Плеск воды отмерял минуты до заката. Секунды утекали, как песок. Вскоре последние лучи солнца скрылись за горизонтом, над землей повисла живительная прохлада. - Фрэнки, - шепнул он мне куда-то в шею, - пойдём кое-что покажу. Эм, ты не видел галстук? Я, кажется, его потерял. Блять! В кромешной тьме он начал шарить по всей беседке и искать галстук. - Зачем он тебе? И так темно. - Я хочу, чтобы ты ничего не видел. Ты не должен видеть здание изнутри, а тем более знать где расположен выход. - Раз это так важно, я могу закрыть глаза. - Это ненадёжно. Парень начал расстегивать рубашку, оголяя свой торс. Ночное светило роняло свои бледные лучи на его кожу так, что казалось, будто она сделана из хрупкого фарфора. Все его тело словно высечено из дорогого египетского мрамора. Он сложил её и, как я предполагал, завязал мне глаза. Все повторилось, как и в прошлый раз. Джерард взял мою руку и повел меня. Интересно, что он задумал? Я шёл по какой-то хлипкой лестнице, судя по жуткому скрипу, который она издавала. Как только хватка Джерарда немного ослабла, я понял, что мы пришли. Мне казалось довольно странным то, что мы, вроде как, пришли обратно, но прохладный ветер вновь начал обдувать кожу, пока он не снял с моих глаз ткань, мешающую увидеть происходящее. Я стоял на крыше отеля, а мне открывался прекрасный вид на чудесное звёздное небо. Видно, Джерард не раз сюда приходит и хорошо подготовился, ведь недалеко лежал матрас с одеялом и подушками. - Ложись. - Эм, мы будем смотреть на звезды и лежать вместе, как какая-то влюбленная парочка? - Что плохого? Это красиво. - Ага, отлично лежать с маньяком-романтиком в обнимку и смотреть на звезды, - сквозь зубы тихо процедил я. - Что ты сказал? - Ничего. - Я отношусь к тебе по-доброму, но лишнее слово может все исправить, Фрэнки. И тебе будет очень плохо. На этом, кажется, мои убеждения в том, что этот псих решил измениться, развеялись. Как приказал Джерард, я лег на матрас. Он же прилег рядом со мной. Звезды, словно миллионы светлячков, сливались в таинственном танце на синем бархате неба. Тишину ночи нарушало лишь наше мерное дыхание. Казалось, что не существовало в этот момент ни времени, ни пространства в целой вселенной. Ничего нет, кроме нас и неба в алмазах. - Прекрасно, не так ли? - спросил Джерард. - Дааа... - Когда я смотрю на это небо, чувствую себя всего лишь пылинкой перед лицом бесконечности. - Я... я тоже, - сказал это я заулыбался. - Кажется, на это можно смотреть вечно. Он говорил что-то еще, но я уже не слышал. Сон окончательно сморил меня, и я уснул у парня на груди.