Окунись...

Если хотите задохнуться, Скотт МакКолл к вашим услугам. Раствориться в ней, значит, сделать выбор - прилечь на дно и захлебнуться или вынырнуть и сгореть от солнца. Эрика знает это на практике, когда когтями впилась в тонкое бедро, а вызывающий взгляд прожигал клеймо на насупленных бровях. Скотт не говорит вслух глупые эфемерные слова о любви, не кричит на углу "моё", сжимая губами нежную кожу на шее до отметин. Лишь смотрит, ухмыляясь, на очередного парня Эрики, к которому та прижимается полной грудью и красной помадой на губах умоляет взять грубо, на глазах альфы. Смотрит, опаляя взглядом, облизывая губы, и у Эрики не хватает смелости и желания позволить парню ласкать себя там, где ночью Скотт выводила новые формулы собственничества. (Давно утонула, давно захлебнулась. Только Скотт об этом не знает) Айзек, Стайлз, Дерек... Все трясутся над здоровьем и благополучием альфы, не замечая простой истины. Ей плевать. Они считают её улыбку милой, яркой как хреново солнце. Только Эрика, сгорая, видит высокомерный оскал, и понимает, что это то, что она, чёрт возьми, искала в руках Бойда и Дерека. Полная зависимость и лишь животная страсть. Хриплый голос мажет по ушной раковине, и Эрика раздвигает ноги под взглядом красных глаз. На губах оседает привкус дешёвых сигарет; лёгкие ломит от недостатка воздуха; оргазм вышибает последние предохранители контроля. (Давай, задохнись подо мной) Скотт слишком правильная. Невинная. Члены стаи готовы её боготворить, а Эрику одновременно распирает изнутри осколками ревности и гордости. Эрика готова на каждом углу кричать, чтобы даже самая захудалая омега узнала, что эта альфа только её; Эрика готова на каждом углу кричать, что только она задыхается от удовольствия под этим желанным для всех телом. Они раскуривают одну сигарету на двоих. Дешёвый привкус на языке, мириады огней под закрытыми веками и тёплая рука на талии. Пагубная привычка вдруг встаёт в списке удовольствий на второе место, когда Скотт прижимается к её губам, раздвигая их языком и выдыхая горький дым. (Осталось немного. Пара секунд до полной асфиксии)

♦⁞♦

Крик застревает где-то в подреберье. Дерек уносит бездыханное бледное тело Эрики, а Скотт делает всё, чтобы удержать зверя, впервые так рьяно рвущегося наружу; делает всё, чтобы удержать глупые, ненужные слёзы. Задыхается, падая на дно рядом с ней, выплывает, сгорая и прахом развиваясь над морем общего безумия. Давай же, Скотт, твоя очередь делать затяжку.