Слышу голос из прекрасного далёка

Гномы цепочкой, словно принюхиваясь, шли к домику. Торин вошел первым. Балин вошел за Торином и внимательно все осмотрел. - Странно, - одними губами шепнул Балин. - Что могло... Он осекся, глядя на вошедшую Кирюшу. - Я думаю, - мягко начал Торин, обращаясь к девочке. - Они поехали к родственникам в гости, поэтому ничего не тронули. Оставили, все как есть. Может, отъезд был неожиданный. В любом случае, они вернутся. Голос узбада был так уверен, что Кира не могла ему не поверить. Она с сожалением вернула кукол в сундук. И ту, деревянную. И сложила игрушки в сундучок мальчика. Окинула взглядом в последний раз домик и вышла, направляясь к Бомбуру. Торин же внимательно осмотрел обстановку. - Думаешь, орки? - спросил Балин. - Не знаю. Осмотрим двор, - Король-под-Горой вышел наружу. Ойн и Глойн, безмолвными тенями скользили по двору, осматривая местность. - Я кое-что нашел, - признался Глойн. - Девочка ушла? Ей негоже это видеть. - Она расстроилась. Видимо, хотела игрушку, - сказал Балин. Торин и Балин поспешили за братьями-гномами. Глойн привел их за сарай и показал пальцем на что то, белеющее в траве. Балин наклонился и с негромким вздохом отшатнулся назад. Узбад всмотрелся в лежащий кулек. В высокой сухой траве лежало бывшее когда то красивым полуистлевшее платьице, нитка порванных синих бус, рассыпавшихся по траве. И несколько дочиста обглоданных косточек. - Девчонкой кто-то полакомился, - хрипло сказал Ойн. - Уйдем отсюда. - Тут побывали орки, - подвел итог Торин. - Девочку явно ел варг. Гномы, тревожно переговариваясь, прошли к костру. А если бы они помедлили и прошли чуть дальше, они увидели бы отпечаток огромной ступни, навсегда застывший в глиняной грязи. * * * Началась раздача ужина, за едой страшные впечатления притупились, все -таки гномы повидали на своем веку немало растерзанных останков и участвовали не в одном кровавом побоище. А Кирюшка ни о чем не догадывалась. - Бильбо, отнеси Фили и Кили еду, - протянул Бофур тарелки для принцев. Полурослик удалился, Кирюшка тоже получила свою порцию. Она отошла подальше, уселась на ствол поваленного дерева и со вкусом начала есть, любуясь рассыпанными по небу звездами. Она только успела доесть, как послышались отчаянные крики, гномы снялись с места и куда то побежали гурьбой, бряцая оружием и как попало побросав миски. Они что-то прокричали, но она не поняла, что. На всякий случай Кирюшка порысила к кустам, в которых стояли пони и лежала основная часть поклажи. Она подняла свой барабан, надела ремень на шею. Взяла в каждую руку по палочке и стараясь не громыхнуть, покралась туда, где слышались крики. Надо сказать, она была в глубоком шоке, увидев троих исполинских чудищ, которые привязали гномов на вертел. Обсуждая с хоббитом способы готовки, чудища переворачивали вертел. Привязанные выли от ярости и боли. Все ж горячо! А остальные связанными кульками лежали поодаль. Кирюшка поняла, что от нее пользы тут нету, а польза могла быть только от Гэндальфа, который где-то в неизвестном направлении. Она шатнулась назад и порысила подальше в том направлении, куда ушел волшебник. Возможно ли его отыскать поздним вечером, при свете луны и звезд? Сердечко девочки сжималось от боли, она шла по еле заметной тропке, рискуя заплутать, пока не двинула по торчащей ветке барабаном. Тут же вспыхнула спасительная мысль. Рррах! Рррах! Рах! Рах! Рах! И дробь, и снова Ррах! Ррах! Рах! Рах! Рах! Кира играла построение, непривычный сигнал в ночной тишине. Если Гэндальф и услышит, то только рокот барабана, гулко разносящийся в тиши. И поймет, что построение ночью не играют. "Тревогу" она не показывала гномам, потому что ее еще не научили этому сигналу. Построение - понятней. Азог, преследующий гномов поднял кверху уши. Грохот барабана, темп похож на орочий, но звук другой. Барабаны орков издают более глухие низкие ритмы. - Нападем на них, командир? - сунулся к нему орк с растрепанными грязными волосьями, клочками торчащими в разные стороны. - Не спят. Барабанят. Окружим их на равнине, - поделился своими соображениями Бледный Орк. Гэндальф, ушедший довольно далеко, поднял голову от трубки, которую раскуривал и прислушался. Кира? Отчего построение в такое время? Гномы в это время уже должны спать... Волшебник поднялся и потрусил по дороге обратно, к стоянке гномов. Кира отгрохотала сигнал и снова пошла навстречу волшебнику. Тролли и гномы тоже услышали. Гномы приободрились, а маленький "ворохоббит", как окрестили Бильбо тролли, начал внушать троллям отвращение к еде. Он стоял и красочно расписывал, что внутри у гномов полно червей. Волшебник торопился как мог, но время на путь затратил достаточно. Занималась заря. Гэндальф был очень удивлен и огорчен, встретив на своем пути испуганную озябшую девочку. - Кира! Что стряслось? - он обернул девочку своим плащом и прижав к себе они вместе заторопились назад, к стоянке. Кирюша рассказала о чудовищах, поймавших гномов. - Это тролли, - пояснил волшебник. - Теперь я понимаю, почему мне не понравилось запустение. Надо поторапливаться, скоро рассвет, а днем тролли прячутся. Они не выносят солнечного света. При солнце эти существа превращаются в камень. Они успели вовремя. Рррах! Рах! - сказал барабан стоящей на валуне девочки, отвлекая внимание троллей. - Кто это? Что это? Вкусное? - забормотали тролли, изрядно одураченные хоббитом. - Рассвет идет и смерть вас ждет! - торжественно проговорил маг и стукнул посохом о валун. Тот треснул. Половина, на которой стояли маг и ребенок, уцелела. Вторая половина кусками осыпалась вниз. Освещенные солнцем, тролли окаменели. Кира и волшебник кинулись освобождать гномов. Гномы вслух радовались, подбадривали снимаемых с вертела веселыми криками. А потом волшебник нашел пещеру. Кира впервые видела пещеру. Запустение, остатки тряпок и костей, а среди них - оружие, сломанные стрелы, обрывки веревок и ремней, и всяческий мусор. Неприветливое ощущение. Гэндальф и Торин забрали себе по мечу из пещеры троллей. Бильбо дали большой кинжал, но в тщедушной ручонке хоббита кинжал казался ловким маленьким мечом. Кира завистливо вздохнула, порыскала вокруг. Увы, она нашла только крохотный нож в маленьких ножнах. - Это перочинный ножик, девочка, - сказал Гэндальф. Кира понимала, что в бою толку от него чуть. Но настояла, чтобы ей позволили взять его с собой. Маг разрешил, понимающе усмехаясь в седые усы. Все равно до Ривенделла было рукой подать. А там ей не понадобится оружие. Выдвинулись, вкусно позавтракав, и к полудню подошли к небольшой рощице.