Just friends

На первый взгляд, все вроде бы, нормально. Все так, как Джексон повторял уже, наверное, на двадцати интервью. - Хо Енджи? Нет, нет! Она просто хороший друг и я не вижу в ней девушку. Поначалу, все так и ни как иначе. При включенных камерах они смеются, дразнятся, иногда тискаются и позволяют себе чуть больше, чем те, кто не должен бы видеть друг в друге потенциальную пару. При выключенных камерах они изредка перебрасываются сообщениями, вежливо здороваясь при встрече на музыкальных программах, обмениваясь парой стандартных фраз. Потому что, это Джексон. Он рад всем и всегда, но он все же парень и, официально поздоровавшись, ему чуть больше интересно с парнями из группы, первыми попавшимися иностранцами или нунами, что тают под очарованием Вайлд-энд-Сэкщи. И потому, что Енджи чуть застенчивее, чем хочет показывать. Она все еще слишком тонсен даже для своей группы и нервничает, каждый раз как в первый, перед выходом на сцену. И все как прежде, вроде бы, когда на съемках Соседей, Джексон путается в разговоре и отмачивает очередную шутку из разряда "почему бы не добавить в кимчи сыр", а Енджи, сидящая рядом, тихо высказывает ему свое мнение о его идее и о владении языком корейским в принципе. Джексон реагирует. Ведь он не знает, что их возню все равно вырежут, потому что их гость учит Пэ Джон Ок своему фирменному рецепту, а комментарий Санни кажется несомненно веской причиной убрать из кадра пару человек, сидящих с самого края. Он реагирует быстро. Обхватывая Енджи за шею, стаскивая ее с дивана к себе на ноги. Джексон чуть сильнее, чем нужно, сжимает ее в своих руках и треплет ей волосы, портя укладку. Беззвучно смеясь, девушка всеми силами пытается выбраться из его хватки. Эта детская возня занимает не больше пяти секунд, но, черт подери. У него почти встает. Джексон быстро выпутывается из почти неловкой ситуации, с показной легкостью отмахиваясь от надувшейся подруги, и под шумок сваливает к себе в комнату. Он особо не раздумывает над ситуаций, сваливая на все на молодой организм и перманентное отсутствие каких-либо отношений с кем-то, кроме правой руки. Проскакивает мысль, что такими темпами у него может встать и на вечерние обнимашки с Марком. Скидывая микрофон на матрац КанДжуна, он запирается в ванной. *** Джексон не сразу замечает, когда прикосновения Енджи стали выделяться среди других. Просто однажды, когда они пересеклись в комнате ожидания на радиостанции, он никак не мог перестать касаться ее. Ван приехал рано утром, что бы поддержать БэмБэма, но встретил коллег, и приветствия с пожеланиями удачи слегка затянулись. До его эфира оставалось три часа и Ван отправил менеджера домой, попросив забрать его вечером. Ехать сейчас через весь город в общагу, чтобы развернуться и поехать обратно, смысла уже не было. Хо появилась за час до их эфира. Пока девушке поправляли макияж, Джексон осоловело хлопал глазами - он успел задремать, пока в одиночестве копался в телефоне. Через некоторое время визажисты, окончив свою работу, оставили обсуждающих сценарий ребят наедине. Однако интерес Вана к сценарию иссяк быстро. Темы, которые они должны были обсуждать в эфире, уже успели набить оскомину парню, дебютировавшему год назад. Разнообразия для новичков не было – семья, языковые барьеры, навыки и предпочтения. Все это повторялось уже далеко не в первый раз на других программах. Кинув оценивающий взгляд на подругу, Ван не смог упустить шанса подразнить ее. На девушке был аляповый красный жакет, рукава которого были закатаны почти до локтя. - Твои руки выглядят как клешни краба в этом, - улыбается Джексон, вальяжнее раскидываясь на диване. - Что? – Енджи в шоке открывает рот и несильно бьет парня в плечо. – Ты сейчас получишь! - Эй! – перехватывает ее руку Ван. - Я уже получил. Ты ударила меня! Джексон делает большие глаза и надувается. Енджи улыбается и махает рукой. Знает, что он лишь дурачится. - Серьезно, посмотри! – Ван снова хватает ее чуть выше запястья и, поднимая руку к своему лицу, клацает зубами в сантиметре от кожи. – Белое мяско, так и хочется съесть! Парень хохочет и заваливается на бок под градом шлепков от рассерженной подруги. Он видит, что дурацкая шутка исчерпала себя, но никак не может прекратить дразнить Енджи. Он чувствует необходимость в ее внимании, в ее прикосновениях. Джексон перехватывает ее руки и чуть тянет на себя. Девушка теряет равновесие, почти падая сверху, но вовремя подставляет руку, упираясь в диван, рядом с плечом Вана. Енджи все еще улыбается, но в глазах непонимание, она чувствует неловкость ситуации, но не может решить, как ей действовать, ведь Ван все еще крепко сжимает ее левое запястье. Джексон и сам видит, что момент довольно смущающий и, слава богу, никого нет в комнате кроме них, потому что это все выглядит как заигрывание. А любой флирт, тот, что не фансервис, сейчас более чем непозволителен. Но он не может прекратить, он не может игнорировать то тепло, ту щемящую радость внутри, когда она так близко к нему, когда ее волосы касаются его лица. Джексон перестает улыбаться и, чуть громче, чем хотелось бы, сглатывает. - Твои волосы лезут мне в глаза,- голос у Джексона подозрительно тихий. Он чувствует, как сильно бьется его сердце, как холодеют кончики пальцев, когда он отпускает ее руку и Енджи выпрямляется. Мысли Вана лихорадочно скачут в попытке как-то сгладить неловкость. Стоило бы хоть как то отшутиться, это ведь вполне в его стиле, но в голове только гулкий стук собственного сердца. У Енджи на лице румянец, а пальцы рук сцепляются в нервный замок. Она издает пару тихих нервных смешков и поворачивает голову к Джексону, что бы что-то сказать… - Эфир через пятнадцать минут, - заглядывает в комнату менеджер Хо. – Идите, поздоровайтесь с ведущими. Оба чуть вздрагивают. Енджи натягивает неестественно широкую улыбку и уходит за своим менеджером, у двери оглядываясь на непривычно серьезного Вана.