Дорога к северному солнцу

“Щит или меч?” - Задумчиво спросил сам себя Иккинг. В Медовом Холле никого не было, тишина перебивалась редкими криками детей с деревенской площади, скрипом колес телег и отдаленными ударами волн о холодные скалы со стороны моря, а еще визгом чаек - оттуда же. Царил беспорядок: валялись деревянные кружки - практически всюду, - ложки, а пахло медом и немного сыростью. Лето только-только наступило и деревня наполовину опустела - посевы были сделаны еще в мае, пасеки прибраны, и викинги отравились на летнюю рыбалку, а еще сбор дани с островов берсерков, обещая вернуться только где-то в августе. Иккинг сидел на полу, скрестив ноги и медленно жуя подсохший кусок сыра, а перед ним лежали щит и меч: красивые, золотые, украшенные фиолетовыми аметистами, синими топазами и еще какими-то разноцветными камнями, но совершенно никому ненужные ввиду своей непригодности в бою. Тяжелая дверь в Холл была распахнута настежь и оттуда тянуло утром, преддождевой сыростью и прохладой, а еще тяжелым морским ветром, заставляющим скрипеть крышу Холла каждый раз при своих набегах. Он был сырым, соленым, отдавал рыбой и гнилым деревом. Иккинг мог бы так же сидеть дома, среди своих рисунков и сундуков с разными деталями, но дома не пахло медом и недавними драками на столе, не проникал свет через большие двери, зато было ожидание того, что дверь распахнется и войдет Стоик с полной корзиной рыбы, похлопает Иккинга по плечу и расскажет какую-нибудь байку из своих походов. В это время года его собственная комната никогда не казалась Иккингу уютной и домашней. Дома было почему-то одиноко, пусть Беззубик был всегда рядом. - Как думаешь, братишка, - Негромко спросил Иккинг у Беззубика, распластавшегося рядом на спине и играющего сам с собой. Они с утра едва сделали круг вокруг острова и дракон был полон энергии. - Лучше щит, или лучше меч? Беззубик перевернулся на живот, поднял голову и неопределенно заурчал. - Вот и я не знаю. - Пожал плечами Иккинг и посмотрел куда-то в сторону. Он никогда не доверял интуиции, потому что довериться логике было в принципе куда логичнее. Почему-то сегодня с утра мыслить логически хотелось куда меньше, чем, например, еще позавчера вечером, в том же Холле, который был наполнен танцами, звуками Хардингфеле и дудочек, запахом медовухи, парой драк. Праздник в честь отхода викингов в море длился почти три дня. Астрид даже не слезла с Громгильды, прежде чем ворваться в Холл, занося клубы пыли. Иккинг закашлялся, отворачиваясь и жмурясь, Беззубик фыркнул. Она была мокрая с головы до ног, с волос и с кожаной юбки капало на деревянный пол. Когда-то она казалась Иккингу очень славной, где-то даже красивой, но только Иккинг уже забыл это и теперь радостно мог сообщить, какой Астрид хороший друг. А мокрые волосы и промокшая одежда вызвали у Иккинга только смешок на обветренных от частых ветров губах. - Леди, - Произнес он с наигранным не то с британским, не то с голландским акцентом. - Вы похожи на человека… который, ну… только что вышел из воды, - он хлопнул себя по лбу и добавил скорее себе, чем собеседнице: - О, как же. - А вы, господин Иккинг, похожи на человека, который не явился сегодня на тренировку, - Парировала она, пытаясь отжать мокрые волосы, не расплетая их. Вода текла на деревянный пол и теперь вряд ли он высохнет в ближайшие пару суток. - К слову, вы он и есть. Громгильда, отряхнувшись, побежала в глубь Холла, с диким треском перевернула стол со всей деревянной посудой и остатками еды. Иккинг зажмурился. Ладно, пока Стоика в деревне нет - пусть развлекается. Плевака, оставшийся его замещать, вряд ли даже это заметит, а раз не заметит он - не заметит никто. Снова налетел ветер - дерево жалобно скрипнуло. Иккинг скривился, а потом пожал плечами, и Астрид, присев рядом, толкнула того в плечо кулаком. - Ай! Прекрати! - Фыркнул Иккинг, отодвигаясь от Астрид подальше и потирая плечо. - Я занят был. - Чем же? - спросила она, скрестив руки на груди и наклоняя голову. - Отец оставил мне щит и меч, - Иккинг кивнул на оружие, лежащее перед ним. - Ну вот все думаю, торговцу Йохану больше понравится щит, или меч? Если бы Астрид ела, она, наверное, поперхнулась. Она медленно взглянула на собеседника, вскинув бровь, а после развела руками. Повисла тишина. - Ну что? - Наконец спросил Иккинг, закатывая глаза. - Ты все утро вот так просидел, думая, что понравится торговцу, который приедет только через неделю? - Через две. Он в начале лета ездит в Европу, поэтому… А-а-ай, Астрид, это важно! - Иккинг отмахнулся. - Он обещал привезти нечто действительно важное для меня и мне нужно дать в замен что-то стоящее. - Этими валугами даже бревно не победишь. - Пожала плечами Астрид, рассматривая цветастое оружие. Она взяла в руки меч и взвесила. - Тут камни весят больше, чем он сам. - В том то и дело. Это еще, вроде как, из чистого золота. - И что же он такого тебе наобещал? Иккинг как-то по детски улыбнулся, словно впервые поймал свою первую рыбешку, а потом вскинул левую руку вверх ладонью, будто представляя, что что-то держит. Он глянул на Астрид и ответил: - Компас. - Что? - Это, ну… Знаешь, иногда ты преследуешь дикого дракона, - Иккинг взмахнул рукой, - А потом тебя заносит невесть куда и ты такой: “О, Один, куда меня занесло, как я попаду на родной Олух?”. С компасом такого не будет. Мы больше не потеряемся. - А, что-то вроде Солнечного камня? - Ну, только попроще. Знаешь, я думал отдать ему и щит и меч, но вряд ли он примет их оба. Астрид вдруг резко толкнула Иккинга плечом, почему-то недовольно фыркнув и сверкнула своим голубым взглядом. Тот, чуть не упав на пол, отполз еще дальше. - Астрид, ну ты же мокрая! - Взвыл он, пытаясь вытереть рукой мокрый след на зеленой грубой ткани. Одежда и так никогда не высыхала до конца и Астрид это знала. - Балбес, так тебе и надо! Занят тут какой-то глупостью, когда мы тренируемся в поте лица. Вставай и пошли, - Астрид мотнула головой, поднимаясь. - Разберешься со своими мечами, когда Йохан будет здесь. Иккингу Астрид больше не казалась славной. Особенно в этот момент, когда сами обстоятельства и сама погода, обещающая дождь, были на стороне того, чтобы все важные дела были решены немедленно. Он вздохнул, закатывая глаза. - Пс-с-с. - Послышалось со стороны распахнутой двери. Иккинг поднял голову, Астрид обернулась. Забияка и Задирака, выглядывая из-за косяка, улыбались одинаковыми широкими улыбками. Они тоже были мокрые, с их длинных спутанных светлых волос стекала вода на каменное крыльцо, и Иккинг все гадал, какую тренировку им устроила Астрид. У них было прекрасное настроение с утра - возможно, радовались, что вождь на ближайшие два месяца оставил Олух позади и теперь было больше шансов своровать капусту с поля или позлить пчел на пасеке, или же они просто что-то придумали - Иккинг не знал. В отличие от Астрид, ни один из них никогда не казался Иккингу славным, наверное, поэтому они так и не смогли стать хорошими друзьями. - Пс-с-с. - Повторили близнецы. - Мы вас слышим, - Вздохнула Астрид и нахмурилась: - Вы следите за нами? - Это она придумала. - Задирака показал на сестру и та активно закивала, - Да вы тут разговаривали о Йохане, а он со вчерашнего дня дрейфует на горизонте с обратной стороны Олуха. Задирака мотнул головой, а после вытянул руку вперед и изобразил дрейфующий кораблик. Забияка захихикала. Иккинг задумался и почесал подбородок. Это было странно, слишком странно, еще с детства он точно знал, когда примерно Йохан причалит к деревянной пристани Олуха. Где-то неприятно кольнуло и Иккинг постарался отогнать от себя странные мысли. В конце концов, он все время влипал в неприятности - почему Иккинг так удивлялся? - Возможно, он сел на мель. - Предположила Астрид и поманила рукой Громгильду. - Иккинг, летим, глянем, что там. - О-о… - Простонал Иккинг, облокачиваясь на стену и делая голос более грубым: - Конечно. Привет, я Йохан! Я вроде как торговец, но моя настоящая профессия - влипать в неприятности, а ваша - вытаскивать меня из них! Цокнув языком, Астрид ловко запрыгнула на змеевика и посмотрела на Иккинга. - Ну. - Иду я, иду. Дождевые свинцовые облака еще не добрались до острова, в воздухе застыла морская сырость, а внизу, на деревенской площади, детишки во главе с Густавом, с сачками для ловки бабочек грызли на бегу еще зеленые яблоки. Мимо них толкала тележку женщина размером, примерно, с яка, а ветер рвал у них волосы на голове. Плевака оживленно о чем-то спорил со Свеном. Иккинг никогда не понимал, как они это делают - Свен ведь был немым. Площадь все равно казалась опустевшей, особенно когда Иккинг вспоминал, что творилось тут зимой. - Иккинг! - завопил один из чумазых мальчишек в рогатом шлеме, который был ему явно велик, задирая голову. - Покатай на Беззубике! Покатай! Другие мальчишки засмеялись, а Иккинг, щелкнув пальцами и сказав, дескать, обязательно, взмыл вверх и, пролетев над деревней, обогнал Астрид с Громгильдой. Соленый ветер развивал волосы, с силой дул в лицо, и Иккинг привычно щурился, припадая к шее Беззубика, высматривая знакомый корабль. Море было беспокойным, темным и пенистым, как во время шторма, брызги попадали Иккингу на лицо и волосы - летели они не очень высоко. - Видишь что-нибудь?! - Крикнул Иккинг Астрид и та, облизнув сухие потрескавшиеся губы, указала рукой вперед. - Там, в тумане! Если приглядеться! Они достигли корабля Йохана, украшенного щитами, когда первые тяжелые капли достигли воды и деревянной поверхности. Он скрипел на ветру и старые мачты качались из стороны в сторону; с борта, омываемым иссиня-черными волнами, был спущен якорь. Борт был проломлен. Ветер трепал спущенные паруса и когда Иккинг, Астрид и драконы приземлились, они обнаружили, что тут никого нет. - Странно. - Пробурчал Иккинг, подходя к дырке в борту и присаживаясь возле нее, махая руками, чтобы отогнать надоедливых чаек. Беззубик последовал за ним, обнюхивая старое дерево и как-то странно фыркая, а Громгильда вместе с Астрид осматривали противоположный край. Дождь усилился, застучал по дереву, а волосы и одежда начали мгновенно намокать. Беззубик неожиданно фыкнул, а потом зарычал. - Беззубик? - Вскинул бровь Иккинг. Что-то тут точно не так. Корабль не был на мели, он стоял на якоре, а Йохана на палубе не было, хоть и в скором времени должен был начаться шторм. Беззубик медленно проковылял к коробке-каюте и одним ударом лапы выбил хлипкую деревянную дверь, успевшую промокнуть, после снова зарычал. Громгильда тоже вела себя нервно. - Что там такое? - Спросила Астрид, следуя за Беззубиком. По ее обветренному лицу стекали капли дождя и чуточку высохшие волосы снова намокли. Она зябко поежилась. Когда Иккинг вошел в коробку-каюту, методично звякнул колокольчик, который он задел головой. В помещение пахло травами, металлом и сыростью. Глаза его вдруг расширились, а сердце пропустило сильный удар. Под ногами была кровь, а кровавая дорожка вела вглубь каюты, где в беспорядке лежал товар: от простых игрушек до оружия. Астрид рядом закрыла рот мокрой рукой, подавив вскрик. - Й-йохан… Йохан! - Вскрикнул Иккинг, подбегая к старику, который лежал на лавочке с травами. - О боги. Старик был потрепан, одежда изрядно порвана, а через пояс просачивалось кровавое пятно. Он еще дышал. Иккинг присел рядом. - Эй… - Протянул торговец и кашлянул. - Кто там? Это ты, Иккинг? Иккинг оглянулся. - Он ранен. Найди, чем перетянуть рану. - Астрид быстро кивнула и Иккинг повернулся к торговцу: - Держись, ладно? Йохан судорожно и слабо сжал плечо Иккинга, приоткрывая глаза и щурясь. - С-слушай, ты не раз помогал мне, Иккинг, - Прокряхтел он, пытаясь сжать плечо наездника сильнее. - Если не доставить Хорас… Если его не доставить… Ты не представляешь, что может случиться, - Йохан закашлялся, но не дал Иккингу переспросить. - Столько людей погибли, он должен оказаться в нужных руках... иначе п-привычному миру придет конец, Иккинг! Я не смог, но я уверен, ты сможешь. Ты столько раз помогал мне… - Что? О чем ты говоришь, Йохан? Хорас? Ответом ему было молчание, стук дождя по мокрому дереву снаружи и удары волн о бортики торгового корабля. Иккинг моргнул. - Йохан? - протянул он. Морщинистая рука, сжимающая плечо наездника, медленно соскользнула, а взгляд застекленел, уставившись в пустоту. - Это подойдет?! - Спросила Астрид, подбежав с каким-то мотком дорогой ткани. И тут же замолчала. Беззубик склонил голову, уставившись в пол и жалобно заурчал. Закрывая торговцу глаза ладонью, на шее у него Иккинг разглядел серебряную цепочку. Приподнявшись, он вынул из-под ворота рубахи небольшой серебряный крестик с изображением распятого человека. Разглядывая его, Иккинг сказал, слыша свой голос будто издалека: - Мы похороним его как христианина. *** Дождь не прекращался всю ночь, а на утро остался на мокром папоротнике, сырой земле и протекающих крышах деревянных домов. Утро невзрачное, серое, и тяжелые грозовые облака обещали еще один пасмурный день, возможно, даже с грозой. Оставшиеся в деревне не были слишком удивлены такими нестандартными похоронами, потому что все знали торговца Йохана и теперь печаль перебивала все вопросы: Забияка и Задирака, обнявшись, рыдали в голос, словно дети, потерявшие родителей, Сморкала сохранял каменное выражение лица, стараясь смотреть куда-то вдаль, детишки испуганно столпились в стороне, грустно перешептываясь, а остальные молча наблюдали, как покрывается слоем земли деревянная поверхность. Пахло смертью - Иккинг это ощущал почти буквально, а глаза его закрывались: он всю ночь мастерил то, что христиане называли гробом. Наверное, теперь эта деревянная коморка будет преследовать его во снах. Он представил, какого это - лежать там, пусть даже мертвым, пусть даже не видя деревянных стен и закрывающейся крышки. Плевака, пробурчав пару слов на христианский маневр, махнул крюком и, сказав, что ему нужно побыть одному, ушел в лес. Постепенно все разбрелись, оставив одинокий крест на одиноком холме. К вечеру небо на горизонте просветлело и красные лучи солнца дорожкой отразились в играющей мелкими волнами воде. Ветер стих. Корабль, еще вчера принадлежащий Йохану, пришвартованный к пристани Олуха, слегка покачивало. Астрид стояла, облокотившись на бортик и бесцельно смотрела в воду, когда Иккинг подошел к ней и положил руку на плечо. - Я знала его с детства, - Сказала она, помолчав. - И никогда не задумывалась о том, что будет, если его вдруг не станет. Помню, как он привез мне куклу откуда-то из Европы, а я не знала, что с ней делать. - Астрид поморщилась: - она была такой страшной, словно само воплощение Локи - только недавно это поняла. Иккинг усмехнулся. Усмехнулся горько и печально, разглядывая свое отражение в воде. - Он много где побывал. Почему он никогда не рассказывал о своих путешествиях? Только какой-то бред. Они молчали довольно долго, слушая плеск воды и скрип дерева. Иккинг все думал о том, что сказал Йохан перед тем, как его взгляд застекленел и эти мысли вселяли какой-то необъяснимый страх. Если бы они нашли его чуточку раньше, возможно, вопросов было бы меньше. Возможно, Иккингу не пришлось бы всю ночь выстругивать деревянную коробку и мастерить крест, но за все винить себя Иккинг сумел отучиться давным давно. - Хорас… - Произнес наездник. Сзади заурчал Беззубик и Иккинг развернулся. - Он сказал… Хорас. Что это может быть? Дракон неопределенно фыркнул, когда Иккинг подошел к ближайшим ящикам, взяв с них какую-то длинную штуку с многочисленными звенящими бубенчиками и потряс ею. - Это может быть Хорасом? - Спросил он не то у Беззубика, не то у Астрид, а после положил ее на место и взял что-то тяжелое и каменное, отдаленно напоминающее кинжал: - А это? И даже если этот кусок камня и есть Хорас, то куда его нужно доставить? Наездник оглянулся, посмотрев туда, где небо и вода пересекались и положил предполагаемый Хорас обратно на ящики, после чего вздохнул. Астрид отошла от бортика и заинтересованно подошла к каким-то бумагам и книге, лежащими на импровизированном деревянном столе под грудой украшений и ржавым мечом. Иккинг и Беззубик подошли сзади, заглядывая через плечо, когда Астрид аккуратно выудила книжку и достала из нее сложенную в четверо потрепанную пожелтевшую бересту. Она оглянулась на Иккинга и тот пожал плечами. Астрид с шелестом развернула бумагу - она оказалась довольно большой, с рисунками и надписями, где-то рваной и очень-очень старой. - Похоже на карту, - Протянула Астрид, присаживаясь на колени и положив находку перед собой, расправив ее руками. Иккинг присел рядом. - Только очень странную карту. Никогда не видела такой. Иккинг пригляделся к надписям. Кое-какие были сделаны аккуратным каллиграфическим почерком, некоторые - простым углем или чернилами. Помимо надписей были рисованные черным стрелочки, галочки и круги. - Карта мира… - Вдруг понял Иккинг, присаживаясь ближе. - Ты посмотри: вот Британские острова, вот тут Швецкое королевство, а тут, - Он ткнул куда-то в середину. - Раньше была Римская Империя. Тут есть даже та самая таинственная Америка! Астрид что-то восхищенно пробурчала, но Иккинг едва ее расслышал. Он вдруг ощутил, насколько мал их архипелаг в этом огромном мире, какой маленький их остров и как мал он сам. Обведенныйчерным кружочком, Олух находился не так далеко от континента, но никто из них никогда не долетал дальше, чем кончался архипелаг. “Огромный. Огромный!” - Подумал Иккинг и именно в этот момент где-то в душе родилось странное чувство, которое требовало находиться как можно дальше от дома. От Олуха, по стрелочкам, Иккинг провел пальцем по шершавой бумаге сначала в сторону, потом наверх, снова в сторону и еще раз наверх, остановившись там, где было написано размашистым почерком на латыни: “Важно! Забрать Хорас до июльского цветения”. И, медленно, как во сне, частично от недавно родившегося ощущения, Иккинг сказал: - Кажется, мы должны посетить Данию.