Неудачный Дамбигад

Гарри лежал на чём-то мягком и тёплом. В его голове билась только одна мысль – ПОБЕДА!!! Он выиграл эту чёртову войну, победил, ниспроверг зло, натянул Волди, показал всем свой большой кукиш. Много можно было подобрать слов. Гарри распахнул глаза. Над ним был тёмный мрачный потолок его комнаты на Гриммо. Поттер оглянулся в поисках одежды, но её не было. Гарри нахмурился, бросил недоверчивый взгляд на дверь, на потолок, на пол, и вытащил одну старую половицу под кроватью. Оттуда он достал запас одежды: чистые трусы, носки, простые джинсы, синюю майку с доской для сёрфинга и кед. Пошарив рукой в тайнике, он смог вытащить к кеду пару. Одевшись Гарри выскользнул из комнаты, не касаясь ручки двери. Он брёл по пустым коридорам и лестницам. Гарри решил пройти через долгий, но точно безопасный путь – через дальнюю, не убранную часть, дома. Поттер подошёл к неплотно прикрытой двери в гостиную, откуда слышался знакомый голос. - Мальчик мой, пойми, он не настоящий Гарри, - ласково сказал Дамблдор. – Мы с Поттерами обсудили пророчество и пришли к мнению, что надо подменить Гарри на сына Пожирателей. Ведь какая ирония, Волдеморта победил сын Долохова, - Дамблдор расплылся в улыбке. – Это было необходимо, чтобы Гарри – Избранный – был в безопасности. - Так получается, Поттеры живы? – спросил удивлённый Рон. - Да, мой мальчик, они действительно живы. Всё это время они жили в США и растили своего сына, - Гарри будто видел, как директор сверкал своими глазами. – Они прибудут сюда сегодня вечером и мы всё расскажем мальчику. Я верну ему прежний облик и возьму с него магическую клятву о неразглашении. Это всё нужно ради общего блага, вы понимаете. Я даже готов выделить ему небольшой дом подальше от людей, заслужил. Так, что-то я засиделся, - Дамблдор поднялся и подошёл к камину. – Вы пока ему не говорите. Вечером мы все соберёмся и всё обсудим. Дамблдор ушёл через камин. На гостиную легла недолгая тишина. - Мы должны рассказать Гарри, Рон, - тихо и как-то подавленно сказала Гермиона. - Ты же слышала, он не Гарри. – сказал Рон деревянным голосом. – Он сын Долохова. Они помолчали. - Именно потому с нас Дамблдор и не брал клятвы о неразглашении. Он рассчитывал, что мы не будем помогать сыну Пожирателя, - снова заговорил Рон. Его голос окреп. – Но он не учёл, что для нас именно он Гарри, тот кто нам помогал, кто дрался с нами спина к спине, кто прикрывал от заклятий. Он для меня брат. Кем бы Дамблдор его не считал, я не могу бросить его. Я уже два раза сделал это, третьего не будет. - О Рон, - Гермиона обняла парня – под ними скрипнул диван. - Пойдём, надо его найти, - сказал рыжий и поднялся. Поттер быстро утопал на кухню. Он уселся на стул напротив двери – во главе стола и смотрел тяжёлым взглядом на дверь. Вскоре появились Рон и Гермиона. Они кинули на Гарри виноватый взгляд и сели напротив него. - Гарри нам надо поговорить, - сказал Рон осторожно. - Поговорить? Я всё слышал! – Гарри закричал в бешенстве, вскочил, опрокинув стул, и стал расхаживать по кухне, как тигр в клетке. – Как он мог?!? Предатели! Почему?!? За что они со мной так? – он обессиленно сел и опустил голову на стол. Сверху раздались шаги и сработал камин. Друзья встревоженно переглянулись. - А вот теперь поговорим, - сказал Гарри, поднимая голову. Он резко изменился: пропала резкость движений, он стал уверен в себе, взгляд был холоден, властный голос. Он развалился на кресле, закинул ногу на ногу, усмехнулся уголком губ. – Так что вы мне хотели рассказать? - Что профессор Дамблдор жив. Он сказал, что ты не Гарри Поттер, а сын Долохова. Он намерен сегодня вечером изменить твою внешность на настоящую и показать твоих родителей, - сказал Рон на одном дыхании и отвёл взгляд в сторону. - Ну, допустим. Я сам это слышал. – Гарри усмехнулся и посмотрел на Гермиону. - Мы с тобой, Гарри, ну или как тебя теперь называть, - она неуверенно посмотрела гарри в глаза и робко улыбнулась. - Что по этому поводу думает Джинни? – спросил Поттер без особых эмоций, скорее с отстранённым интересом. - Ну, - Рон снова отвёл взгляд. – Она сказала, что любит его. - Так я и думал, - Гарри усмехнулся и откинулся на спинку кресла. – Кричер, коньяк. Появился домовик и разлил тёмную жидкость по бокалам. Гарри взял один и поднял для тоста. - За то, чтобы мы пережили то, что только начинается, - он залпом выпил даже не поморщившись. Гермиона и Рон последовали его примеру, но их перекосило. Гарри уже обсасывал дольку свежего лимона, непонятно откуда взявшуюся. - Что теперь будете делать? Человек Дамблдора услышал, что вы хотите мне всё рассказать и пошёл ябедничать, - Гарри кинул взгляд в окно. – Я думаю, директор уже в курсе, что вы ослушались его приказа и теперь мы в одной лодке. Пока. Думаю, надо дождаться вечера. - Но мы должны что-то сделать? – встревоженно сказала Гермиона. – Надо спасаться, он может стереть нам память, как у Локонса ради своего мистического общего блага. - Его общее благо осуществится только если он останется единственным человеком на земле, - Гарри посмотрел в глаза подруге. – Мы ничего делать не будем. - Как скажешь, друг. – Рон только пожал плечами. ()()() Вечером в гостиной собралась толпа людей. С одной стороны сидели Гарри в глубоком кресле, за его спиной стоял Рон, обнимая Гермиону, на подлокотник примостилась Луна Лавгуд, стену подпирал Лонгботтом, почёсывая длинный шрам на щеке. С другой стороны появились Дамблдор, МакГонагалл, Деддалус Дингл, Элфиас Дож, Эмилина Вэнс, Чарли, Билл, Перси, Артур, Молли, Флёр, Джинни Уизли и Снейп с перебинтованной шеей, смотрящий на Поттера с ненавистью. - Все вы думали, что Поттеры мертвы. Это нужно было для победы, для общего блага. Вы понимаете, что иначе их могли увидеть, - Дамблдор обвёл всех взглядом. – но тем не менее они живы. Они жили всё это время в Америке и обучали сына. А перед нами Александр Долохов. Милый мальчик, но он не Гарри Поттер. Камин вспыхнул зелёным и появились трое. Невысокий черноволосый, с проседью, мужчина в очках обнимал за плечи женщину чуть ниже него, с медно-красными волосами, зелёными миндалевидными глазами, немного располневшую. Перед ними стоял Гарри Поттер. Лицо в прыщах, второй подбородок, щеки свисали, брюхо выпячивалось вперёд, он что-то жевал. Типичный Дадли ранней версии. Снейп побледнел, его пальцы с такой силой сдавили подлокотники, что в комнате послышался тихий треск. - Теперь пришло время старому Гарри принять свой естественный вид, - Дамблдор встал, подошёл ближе и протянул ему пузырёк с тёмно-синим мутным зельем. Гарри только пожал плечами и выпил. - Теперь обговорим следующее, - директор вернулся на своё прежнее место. – Тебе необходимо дать непреложный обет, что ты никому не расскажешь о своей роли в войне. Мы выделим тебе дом на побережье пролива, сможешь там жить. Ты должен понять, мой мальчик, что это нужно для общего блага. Если ты расскажешь кому-нибудь, в стране поднимется недовольство. Обдумай пока. Теперь, следующий вопрос, - он повернулся к Джинни. – Джиневра, девочка моя, тебе надо будет сходить с Гарри в ресторан. Я думаю, свадьбу можно будет сыграть в октябре. - Дамблдор, какая свадьба? – визгливо вскрикнула Лили Поттер. – Он даже не знаком с этой девчонкой. Да и рано ему ещё, Гарри ещё ребёнок! - Это нужно, моя дорогая, для газет. Он и так немного не в форме, - директор с иронией посмотрел на мальчика. – Скажем, что герой сильно пострадал в битве и ему нужно лечение. А Гарри пока немного сбросит вес. Луна печально улыбнулась старому Гарри и погладила его пальцами по щеке. Он улыбнулся в ответ и прокашлялся. - Директор, а вы мне то зелье дали? – спросил он весёлым голосом. Директор кинул на него удивлённый взгляд и посмотрел на Снейпа. Зельевар смотрел только на Лили круглыми от потрясения глазами. Директор кашлянул, Снейп посмотрел на него и опомнился. - Тот состав, что вы выпили, Поттер, хм, - он немного смутился. – Этот состав призван отменить действие другого зелья, которое было применено для изменения вашей внешности. Вы должны были принять вашу естественную форму, - Снейп закончил шептать и задумчиво посмотрел на Гарри. На одного, на другого, его глаза расширились. - Мне тоже так показалось, профессор, - весело сказал Гарри-из-кресла. – Кажется вы напоили зельем не того Поттера, директор. - Северус, ты не мог перепутать зелья? – спросил встревоженный Дамблдор, но тот только помотал головой и неуверенно вытащил из кармана мантии ещё две склянки с зельем. - А вы ему дайте, - Гарри-из-кресла кивнул в сторону своих родителей. - Как ты смеешь говорить, что мой сын не настоящий Поттер! – взвилась с места Лили. – Пожирательский выродок! - Лили, Пожалуйста успокойся, сейчас мы всё выясним. Гарри, мальчик мой, выпей это зелье пожалуйста, - директор протянул ему колбу с зельем. Мальчик понюхал и сморщил носик. Десять минут уговоров не прошли даром и он принял зелье. - Видишь? Он настоящий Поттер, не то, что ты! – вскрикнула Лили и плюнула в Гарри-на-кресле. - Он такой смелый, - проворковала Джинни, садясь новому Избранному на колени и обнимая за шею, нежно поглаживая по голове. Младший Поттер номер два разомлел. Гермиона открыла рот, встала и показала пальцем на Гарри-на-диване. Его волосы перекрасились в русые, глаза из зелёных стали карими. В остальном, он не изменился. Миссис Поттер молча смотрела на сына десять секунд и стала орать на Дамблдора. Джинни вскочила с колен лже-Избранного и стала вопить, что он трогал её за попу и вообще, он мерзкий жирный урод. Начался настоящий цирк – все кричали, размахивали руками. Только Гарри сидел спокойно с искорками смеха в глазах смотря на печальную Луну и скривившегося Невилла. Ещё Снейп ошалело смотрел на ту, что когда-то любил. А теперь? Это вопрос. Рон посмотрел на Гарри, на его родителей, на Дамблдора, получившего пощёчину, на Молли и Джинни, орущих на не-Гарри, на Гермиону, застывшую перед ним. И заржал, как конь. Все от этого заткнулись. - Мама, она щипается, - воскликнул Долохов и попытался подойти к матери, но та его оттолкнула с гадливостью на лице. - Не подходи ко мне, отродье Пожирателя, - она кинула на него презрительный взгляд и развернулась к Гарри. – Сыночек, прости… Она развела руки и хотела подойти, но Гарри остановил её. - Не надо, я ведь тоже «Пожирательское отродье», так ты меня назвала десять минут назад? Или ты уже забыла? А я вот нет. – Гарри смотрел пустым взглядом. – Вы даже не удосужились проверить, кого взяли в Америку. Возникает вопрос, а не наплевать ли вам на меня? - Но как так получилось? – спросил Дамблдор, пока миссис Поттер хватала ртом воздух. - А мне откуда знать? – Гарри кинул на него весёлый взгляд. – Это же ваша интрига. - Я когда дал ему зелье, - он ткнул в сторону Долохова и задумался. – Я тогда положил его рядом с тобой, чтобы сравнить, но отвлёкся. А вы видимо, поменялись местами. - Для меня не важно, почему это произошло. Для меня важен сам факт, - Гарри потёр ногти на своей руке и кинул взгляд на родителей. – Вы нянчились с ним, когда меня избивал дядюшка Вернон, вы кормили его с ложечки, когда я голодал неделями, сидя в чулане. Вы вырастили его таким, какой он есть. Я вырос таким сам, вопреки всем, вам, Дамблдору, Волдеморту, министру. Меня таким вырастили Снейп, Малфой, Рон, Гермиона, Невилл, Луна, Профессор Флитвик, Ремус, Сириус. Они занимались со мной, дружили, заботились обо мне. Не потому, что я – Гарри Поттер, Избранный, Мальчик-который-выжил и прочее, а потому, что больше было просто не кому. И профессор Снейп, я вынужден просить у вас прощения. Всё, что вы сказали за это время о Джеймсе Поттер – истинная правда. Все ошарашенно уставились на Гарри. - Бродяга, он ведь погиб, - вдруг вспомнил Поттер-старший. - И Ремус, - сказал Гарри. – И Питер. Он хотел нас выпустить, но рука, что дал ему Лорд его задушила. - Гарри, простишь ли ты нас когда-нибудь? – спросила Лили. - Я прощаю вас, - сказал Гарри и кивнул. – Прощаю, за то, что выкинули меня на улицу в ноябре месяце, прощаю за то, что вас не было в моей жизни, прощаю за то, что вы не смогли меня испортить и превратить в монстра-пожирателя сладкого. Я даже благодарен вам, за то, что вы меня вышвырнули к Дурслям, - Гарри усмехнулся. – Там, я сам выковывал свою личность. Да, у меня не было детства, да, мне приходилось трудно. Но я, как личность, появился именно там. Я читал то, что хотел, думал, о чём хотел. Я выковал себя в горниле несчастий и издевательств. Я сам себя создал. А вы создали его, - он ткнул в сторону так и не понявшего, что случилось, Долохова. – Я благодарен, что я не он. А теперь, я прошу покинуть мой дом, - Гарри на родителей не смотрел. Лили расплакалась и ушла через камин. Джеймс задержался, сломлено смотря на сына, тяжко вздохнул, понурил плечи и отбыл по камину вслед за женой. - Дамблдор, доставьте его, - он ткнул пальцем в сторону Долохова, - обратно к ним. Раз они его вырастили, как собственного сына, пусть он и дальше живёт у них. Не выгонять же его на улицу из-за меня. Пусть живут, как раньше. - Гарри, - Дамблдор посмотрел на него поражённо. - Теперь я думаю, вы можете идти, - он кинул усталый взгляд на Дамблдора. - Гарри, милый, - Джинни стала подходить к Гарри. – Я думаю нам надо остаться вместе. - Твой Герой стоит рядом с диваном. – он кивнул на Долохова, который всё ещё не понял, что случилось. «Фига он тормоз», - шёпотом заржал Рон. – Или ты забыла, как уселась к нему на колени? Вот и оставайся с ним, меня это устраивает. Дамблдор виновато взглянул на Гарри и ушёл с Долоховым по камину. Молли потянулась со всей семьёй. Только Рон остался сидеть с Гермионой. Луна опять погладила Гарри по щеке и нежно улыбнулась. - Всё в порядке, Луна, спасибо, - он встал, нежно пожал ей пальцы и тепло улыбнулся. - Что теперь будем делать? – спросил Рон. - Я думал о работе, раз уж с семьёй вон как вышло. – Гарри рассмеялся. - А как давно ты узнал? – осторожно спросила Гермиона. - Где-то с первого курса, - Гарри посмотрел на неё и подмигнул. – Я давно привык относиться ко всему с юмором. Если не смеяться над всеми тяжестями жизни, можно сойти с ума. Я узнал, что родители живы, когда зашёл первый раз в банк. Я прошёл проверку крови и выяснил, что я не сирота. - А что случилось в ночь на первое ноября в восемьдесят первом? – спросил Невилл, отлипая от стены. - Мадам Долохова под обороткой закрыла меня собой, думая, что я её ребёнок. Кто был Джеймсом я не знаю, – Гарри пожал плечами. - Боже, и я любил эту, - Снейп тяжко вздохнул. - Выше нос, профессор. Теперь вы можете сказать что-то типа: «я же говорил», - Гарри ему подмигнул и он вылетел через камин по направлению в Хогвартс. - Так что теперь делать будем? – спросил Рон. - Я займусь работой, - сказал Гарри. - Мой папа погиб, а дом разрушен до основания, - сказала печальная Луна. - Значит, можешь жить со мной. Я буду рад, если ты решишь остаться, - сказал Гарри и обнял девушку с нежностью. Она только удивлённо на него взглянула, улыбнулась мечтательной улыбкой и кивнула. - Кстати, печатный станок для Придиры уже стоит в подвале, – Гарри подмигнул покрасневшей девушке. – Буду рад тебе помочь. - Наше поместье разрушено, - сказал Невилл. – Когда Пожиратели приходили за бабушкой, они там всё уничтожили. Теперь будем восстанавливать. - Невилл, тоже оставайся, мы, как всегда, вместе, – Гарри улыбнулся и пожал руку Лонгботтому. - Нам ведь можно остаться? – спросил Рон. - Конечно, друг, - Гарри ему подмигнул. - Тогда надо сходить в Академию аврората, - заметил рыжий. - Сходи, - Гарри царственно кивнул, развернул кресло, уселся, посадил себе на колени Луну и стал перебирать её волосы руками. Луна только сидела и получала удовольствие, боясь спугнуть нерешительного ранее подростка. - А ты разве не пойдёшь? – спросил Уизли. - Не-а, - Гарри только рассмеялся. – Все так хотели видеть меня аврором. НА самом деле, я займусь семейным делом. Мои предки – прославленные артефакторы. Они, кстати, и создали Дары смерти. - Но ведь это же были Певереллы, – воскликнула Гермиона. - Видишь ли, Герми, Лиэни Певерелл была единственным ребёнком в своём поколении. Вообще, единственное поколение, когда Певереллов было несколько – это поколение, создавшее Дары. И до, и после, в семье всегда был один ребёнок. Ввиду того, что в род Певереллов нельзя ввести мужчину, все попробовавшие умирали, Лиэни была вынуждена перейти в род мужа. Муж был маглорождённым. Он по просьбе родителей девушки основал свой род – Поттеров. Вся история Поттеров, все традиции, всё вообще – это Певереллы. Просто изменилась фамилия. Я воззвал к магии и попросил её рассудить, правы ли были родители, бросившие меня. Магия заявила, что нет. И я могу отказаться от рода Поттер. Я должен решить судьбу рода. Я не стал уничтожать род. Я просто вернул его обратно. Теперь я Гарольд Антарес Певерелл-Блэк. - А Блэк почему? – спросила Гермиона. - Сириус – его крёстный. Так это называется сейчас, а раньше это называли магический отец. Он принял Гарри в свой род, как своего сына, - Рон тяжко вздохнул. – И теперь Гарри – глава рода Блэк, после смерти Бродяги. - Он жив, – Гарри ему подмигнул. - ЧТОООО??? – Гермиона подскочила. - Всё очень просто – я дал ему артефакт – специальный портал. Он должен был сработать, если бы Сириус потерял сознание. Тётя Белла кидала в него только Ступефаи, ведь ни один Блэк не может навредить другому. По этому, кстати, она пытала в Малфой-мэноре тебя, а не нас с Роном – у него бабушка Блэк. Да, кстати, рыжий. Я ввёл тебя в род и ты теперь в побочной ветви Блэков. Может займёшься родовым делом? - Нет уж, - Рон поёжился. – Может позже. - Я открою мастерскую артефактов. И буду в свободное время писать статьи в Придиру, - Гарри скосил глаза на Луну и улыбнулся. - Я хотел идти в Академию Целителей, - сказал Невилл. - Я займусь журналом, - сказала Луна с улыбкой. - А я ещё не решила, - сказала Гермиона.