Неудачный Дамбигад

Старик с длинной белой бородой в сопровождении пожилой женщины с волосами, затянутыми в тугой пучок, отошли от дома номер четыре по Тисовой улице и с хлопком исчезли. Улица была пуста. Только на первый взгляд, конечно. С высокой ветки каштана слетел парень лет двадцати гвардейской внешности в синих потёртых джинсах, дешёвых кроссовках, белой майке с розовым фламинго и в коричневой байкерской куртке, ремень которой зазвенел от движения. Из-за ближайшего куста послышался плевок и появилась молодая невероятно красивая, с бледной кожей, девушка лет семнадцати с чёрными неукротимыми немного волнистыми волосами, спадавшими нечёсаным потоком до талии. Она была одета в короткие джинсовые шорты, выставлявшие на показ длинные прямые красивые ножки, босоножки, чёрную майку с омаром, плотно охватывающую немаленькую грудь. Она бросила на землю несколько жаренных семечек подсолнуха в чёрной шелухе и попыталась убрать длинный волос с языка. Наконец, ей это удалось и она посмотрела на парня. - Дорогая, ты так плевалась, что я даже там это слышал, - он весело посмотрел на девушку. - Прости, милый, просто в семечки попал волос. Сам знаешь, как это не приятно, - она поморщилась. - Чуть не чихнула прямо при них. Оба приблизились к маленькой корзинке, стоявшей на крыльце дома номер четыре. Девушка заглянула в корзинку и улыбнулась. На неё смотрели два добрых зелёных глаза миндалевидной формы. Малыш из корзинки протянул руки к девушке и агукнул, признал свою. Парень окинул взглядом улицу. - Нам пора делать ноги, - он весело посмотрел на девушку. - Конечно, жаль сына и невестку, но никуда не денешься. Они — свободные люди, со своим правом умирать, где хотят. - Карлус, не люби мне мозг, - девушка закатила глаза. - Джеймс никогда и не был нам сыном. Он жил с нами, он использовал нас для своих целей — получить шоколадку, развлечься — но он никогда не был именно сыном. Скорее, как приживалка. Но раз ему так хотелось, - девушка вздохнула. - Мы не можем ему указывать, как жить. Если он сам не создал себе нормальную личность, если не обрёл свою свободу, то это его дело. - Да, - парень хмыкнул. - На аркане в Рай не затащишь. Ладно, он выбрал свой путь, а вот Гарри его ещё не выбрал. Пойдём, - он потянул девушку. Она кивнула, перехватила внука поудобнее, подхватила мужа под руку и растворилась в воздухе. Они оказались на каменной платформе в гористой местности. Вокруг в высоту взметались горные пики, покрытые вечным снегом. Тёмно-синее, почти чёрное, небо было расцвечено множеством ярких звёзд, мерцающих разноцветными огоньками в вышине. Прохладный ветерок неспешно прогуливался по горным склонам. На горном склоне выше них стоял небольшой двухэтажный коттедж, с красивой крышей, с круглой башней обсерватории, с длинными рядами теплиц, содержащих множество самых разных растений. Карлус и Дорея Поттеры улыбнулись своему дому и вошли внутрь. Планировка была явно не Английской: не было разделения на гостиную, столовую, кухню, спальни. Всё было просто, неаристократично и практично. Первый этаж представлял из себя большую комнату с печью, столом, книжным шкафом, плитой, умывальником, креслом и вешалкой. Посреди комнаты стоял большой дубовый стол, накрытый простой скатертью. На втором этаже было три комнаты с кроватями и другой мебелью для личных нужд, библиотека, ванна с умывальником и туалетом и большая комната-кабинет, в которой были разбросаны документы, стоял стол для биллиарда, висела мишень для дартса и была старая винтовка. Карлус быстро создал манеж из воздуха и усадил туда Гарри. Дорея подошла к плите, и пошумев посудой, стала готовить яблочное пюре для своих малышей. Один из малышей пробурчал что-то про дела и убыл в кабинет «заниматься делами Рода». Сверху послышались удары дерева о что-то плотное и тяжёлое. Затем раздался треск и появился Карлус. - Дори, я тут вспомнил, что мы с тобой забыли про старуху Фигг. – он почесал бровь, клюкнул жену в щёку и вышел. – Вернусь через двадцать минут, любимая. Действительно, он вернулся через двадцать минут довольный, как мартовский кот первого апреля после бурной ночи. - Представляешь, Дамблдор сказал ей писать только если что-то экстренное, - он усмехнулся и завалился на кровать рядом с окошком. Ветер растрепал занавески и волосы Поттеру. - Да, - девушка только покачала головой. – Конечно, конспирация важна, но не до такой же степени. Сал, что будем делать с дитём? - Как что, Дори? – Карлус привстал, вытащил из заднего кармана штанов разводной ключ. – Вырастим и воспитаем. Надеюсь, он больше в мать пойдёт, а то если будет ещё один такой, как Джеймс, то я усомнюсь в своих педагогических талантах. - Сал, милый, может всё дело в том, что Джеймс общался с этими Уизли? Они всегда поддерживали Дамблдора и ему, наверно, говорили, что не надо обдумывать приказы директора, что он знает всё лучше всех? – Дорея погладила Гарри по вихрастой голове. – Нашего Гарри мы не отдадим выкормышам директора. Пусть развивается сам, будет умным, добрым, свободным мальчиком. Карлус задумался и вытянул руку в окно. Сразу в его руку прилетело спелое яблоко с ближайшей яблони. Поттер им задумчиво захрустел. - У меня есть одни знакомые, которым давно следовало бы сменить место жительство. Да и люди они хорошие, - он усмехнулся, надел ботинки и направился. - О ком ты? – спросила его жена. - О Лавгудах, конечно, - он улыбнулся. – Сколько веков знаю этот род. Там всегда были нормальные, трезво мыслящие люди. Тем более, у них девочка, которая всего на год младше нашего Гарри, я думаю, они подружатся. - О, ты настоящий Слизерин, - Дорея засмеялась хрустальным колокольчиком. - На то я и создатель Рода, - Салазар озорно подмигнул и вышел на улицу. ()()() Юный Гарри сидел на лавочке перед домом. Рядом сидела Луна. Гарри, краснея, протянул ей жёлтый цветок. Луна приняла его с улыбкой и засунула за ухо. - Ты уверен, Гарри? – спросила она. - Да, - голос Гарри был твёрд. – Я не дам Дамблдору или Волди нас разделить. Он окинул хмурым взглядом склон горы, где виднелся большой сад, несколько больших грядок с кабачками, помидорами, огурцами и прочим. Среди этого великолепия, накрытого чарами невнимания, невидимости, отворота и ещё сотней разных других стояли только два дома: Ветреный Пик Лавгудов и Дом На Краю Бездны Поттеров-Слизеринов. На многие километры вокруг не было ни одного человека. К ним часто заходили кентавры, дриады, гоблины, тролли, великаны, фестралы, заплывали водяные. Великого бессмертного Салазара Слизерина, спрятавшегося в последний раз под личиной Карлуса Поттера. Раз уж у них умер ребёнок, а он всё равно входит в род брата, то почему не помочь? Вот Сал и прожил интересную жизнь. Только одно портило его настроение – то, что Джеймса кто-то испортил, а он не заметил. Он, волшебник, создавший Хогвартс, проживший тысячу девятьсот лет, играющий философскими камнями в чапаева, достигший огромных высот в зельеварении и алхимии, не смог заметить, как его собственного сына испортили всякие идеалисты и жадные до власти ублюдки. В прошлый раз Дорея настояла, что раз уж она из Рода Блэков, который за своими пристально следит, то им придётся остаться на виду. Теперь они единогласно уехали в старый домик Салазара на склоне Анд. Они жили в гармонии с природой и общались только с теми, кого маги считают разумными существами, ниже человека. Сам Салазар часто говорил, что уже давно не человек и был этому рад. Гарри удивился когда дед рассказал, как ОН строил Хогвартс с предком Поттеров – Гриффиндором – единственным своим родственником. Ему, брату Салазара, достался так же и дар говорить со змеями. Сам Салазар быстро научил внука и тот трепался с чешуйчатыми, собирая целые форумы. Мальчик вообще рос довольно независимым и свободолюбивым. Только одно могло удержать его – маленькая Луна, с которой тот постоянно общался. До пяти лет она часто отправлялась в старый дом в Девоне и общалась с Уизли. Она говорила, что это довольно милые люди. Но как-то раз, во время посещения Гарри дома Луны в Девоне к ним зашли близнецы, Рон и Джинни. Тогда Рон во время разговора презрительно назвал Луну лунатичкой чокнутой, за что сломал свой нос о пол и обе руки о кочергу. Гарри увёл Луну к ним в Вершину и больше никогда не оставлял Луну. Они даже спали иногда вместе. Это очень удивляло обе семьи. Особенно маму Луны – Алису. Когда она первый раз зашла в комнату дочери поздно вечером и увидела, что на кровати сидят оба, привалившись спиной к стенке, и спят, а Луна положила голову Гарри на плечо. Тогда она сразу сходила к соседям и позвала их посмотреть на диво. Оба только посмеялись и не стали ругать внука. Как-то раз Гарри стал интересоваться прошлым бабушки. Когда же он выяснил, что бабушка Дорея на самом деле Блэк, только она была основательницей Рода и вот уже тысячу пятьсот лет живёт в Роду Блэк, периодически становясь маленькой и проживая жизни обычных членов Рода, Гарри выпал в осадок. А когда она встретила Салазара, тогда известного под именем Карлуса, то сразу признала за своего. Они очень быстро влюбились друг в друга и теперь живут вместе и по настоящему счастливы. Получилось, что папой его папы был сам Салазар Слизерин, а мамой папы Дорея Блэк, дочь Морганы Ля Фей. Вот тебе и родословная. А когда Сал сказал Гарри, что тот его единственный наследник, ввиду непопулярности его натуры среди девушек в средневековье и романтических взглядов на физическую близость, он обиделся на Волдеморта, объявившего, что он наследник дедушки. Вот теперь Гарри сидел на лавочке рядом с Луной и держал письмо из Хогвартса. Салазар не был рождён в роде Поттеров, хоть и состоял в нём, род родного брата, всё-таки, он мог официально быть Карлусом Поттером, но сын Джеймс был именно Слизерином. Гарри тоже. Только он это знал. И теперь Гарри держал в руке конверт, присланный из Хогвартса для него через тайные каналы домовиков, дабы директор не прознал, что он сменил фамилию. - Да, Луна, я уверен, что подожду ещё год, когда ты пойдёшь в Хогвартс и тогда тоже поступлю. Без тебя я учится я не стану. Ты половинка меня, я никогда тебя не брошу, - он нахохлился. – Я общаюсь только с тобой, всегда хожу с тобой. За всю мою жизнь я больше времени провёл с тобой, чем без тебя. Ты стала частью меня. - Ты такой милый, - Луна крепко обняла Гарри и встала. – Побежали ловить рыбу в речке. Она убежала, а Гарри порвал конверт на маленькие кусочки и положил на окно и кинулся следом за девочкой. Сал высунул довольную морду из окна, схватил письмо и кинул его в камин. Рядом появилась улыбка Дореи. Ксено и Алиса скину чары невидимости, помахали соседям и ушли к себе, обсуждая героичный поступок Мальчика-который-выжил-и-похоже-влюбился. ()()() Дамблдор рухнул в своё кресло-трон, вытирая пот со лба и устало вытягивая ноги под столом. Снейп посмотрел на него со злорадством. - Ну что? – спросил он у директора. - Северус, твой сарказм не уместен, - Дамблдор посмотрел на него укоризненно. – Гарри пропал. Он никогда не был у родственников. Кто-то забрал его прямо с крыльца. Но как это возможно? Ведь там стояла кровная защита. Никто не мог причинить Гарри вред. - Но вы смогли, - сказал Снейп. – Отдать Гарри Петунье – самое ужасное, что вы могли с ним сделать. Она будет ненавидеть его всю его жизнь за сам факт его существования. - Я боюсь, что он у каких-нибудь слизеринцев, - сказал Дамблдор. – Это может его испортить. Если он попадёт на слизерин план придётся переделывать почти полностью. Эх, как мало знал почтенный директор. - Я уже всё оббегал. В Гринготтсе сказали только, что Гарри жив и его опекун заботится о нем, - Дамблдор сжевал лимонную дольку. - Но ведь его опекун – вы, - сказал Снейп, приподняв бровь. – Кроме Петуньи у него нет родственников: Сириуса вы засадили в Азкабан, Карлуса и Дорею уничтожили вместе с мэнором. - Я не знаю, что случилось, - Дамблдор покачал головой. – Вся его кровь, что у нас есть не работает, будто это сок вишни. - Что же делать? – спросил Снейп, поморщившись – мерзкий мальчишка, опять Поттер выпендрился. Хорошо, что в конце он всё равно умрёт. - Просто ждать, что он приедет первого сентября, - Дамблдор устало откинулся на спинку своего трона. – Хотя это сомнительно – он не получил своих писем – все совы возвращаются. ()()() Прошёл год, а Гарри Поттер пропал. Отдел Тайн на просьбу найти заявил, что не намерен что-либо делать и ОЧЕНЬ советовали Дамблдору самому успокоится. Прошёл год, ничего не изменилось. Ну, конечно, народ побурчал, что директор проворонил героя, но быстро успокоился, ведь он великий светлый. Может в этом году Гарри приедет в Хогвартс? Когда вошли первокурсники, Дамблдор сразу заметил довольно высокого мальчишку, лет двенадцати на вид, державшего бледную девочку с призрачными, немного растрёпанными волосами за руку. Директор заметил нежность этого жеста, фингал у какого-то толстого паренька, и довольно встрёпанную и отчасти отсутствующую причёску у юной Джиневры. Будущая невеста Гарри Поттера стояла вся в слезах и пыталась поправить отчасти выдранные волосы, чтобы выглядеть хоть как-то лучше при её сильно поношенной одежде. Мальчик протолкался в первый ряд и встал, поддерживая подругу. Чёрные встрёпанные волосы, зеленющие глаза матери, шрам-молния на лбу, ярость берсерка во взгляде на Джинни. Дамблдору стало не по себе. Бедная влюблённая девочка очевидно попыталась разлучить Гарри и его подругу, за что получила. Судя по тому, что Гарри попытался стряхнуть волосы с пальцев, Дамблдор понял, что действовал тот не волшебством. Когда его подруга отправилась в Ровенкло Дамблдор облегчённо вздохнул и подумал, что так их рассорить будет проще. Когда дошла очередь до Гарри, его фамилия не прозвучала. Директор не придал этому значения, подумал, что просто тот поступает на год позже и его можно будет распределить в конце. Но тут Минерва остановилась и ошарашенно посмотрела на Альбуса круглыми глазами. - Слизерин, Гарри, - на весь зал легла тишина. Гарри совсем не удивился, будто всю жизнь это знал. Он решительно подошёл к табуретке, сел и водрузил себе на голову шляпу. - Здравствуй, наследник, - сказала Шляпа. - И тебе привет, боевой шлем Годрика, - сказал Гарри на весь зал. Оба решили не скрывать ничего. - И куда ты хочешь? – спросила Шляпа. - Ровенкло, конечно, - Гарри говорил тоном, будто объясняет что-то очевидное взрослому человеку. - Ладно, ровенкло, - Рявкнула Шляпа. Зал разразился аплодисментами. - Молодец, наследник, - сказал кто-то высокий в чёрном плаще, появляясь в дверях зала. Зал опять накрыла тишина. - Деда! – Гарри подбежал и обнял человека. Тот откинул капюшон. Это был Карлус Поттер, погибший пятнадцать лет назад от руки Ордена Феникса. - Кто вы? – строго спросила Минерва. - Ну да, - подумал Альбус. – Она тогда ещё не родилась, когда он закончил Хогвартс. Ведь Джеймс родился когда ему было под сто тридцать, кажется. - Моё имя – Салазар Слизерин, основатель Рода Слизерин, - сказал он. Сал скинул плащ и все ахнули – под ним били простые ношенные кроссовки, джинсы и косуха – простая магловская одежда. - Что?! – Альбус аж подскочил. – Салазар Слизерин жил тысячу лет назад и давно умер. Сал поднял руку и в неё с потолка большого зала ударила молния. - Салазар вернулся, - прошелестел странный голос, казалось исходивший от самого замка. Все призраки раскланялись с ним. - Привет, Лена, - он подмигнул серой даме. – Ну и чем твоя эпопея кончилась с диадемой матери? - Какой диадемой? – сросил Флитвик, к факультету которого Серая Дама и относилась. - Как какой? – Салазар улыбнулся и нарушил инкогнито призрака. – Какую диадему могла стащить Елена Ровенкло у своей матери? Все уставились на неё. - Ладно, внук, мне пора, давай, учись нормально, - он похлопал его по плечу. - Но как мистер Поттер может быть вашим внуком? – спросил Дамблдор. – Вы не можете быть его опекуном. Гарри, видно этот человек тебе не рассказал, что он первый Тёмный Лорд? - Профессор Дамблдор, ваши заблуждения меня не интересуют, - сказал Гарри и поморщился. – Тем более, я точно знаю, что Тёмным Лордом был мой двоюродный дедушка Годрик. - Почему двоюродный? – спросила МакГонагалл, с интересом прислушиваясь к беседе. - Годрик был моим родным братом и носил титул Тёмного Лорда в противовес убийцам Света из инквизиции, - Сал усмехнулся. – А он не предок Гарри. - Как так? Ведь Род Поттер происходит из Рода Гриффиндор, - Дамблдор задумался, вспоминая. - Да, вот только когда у последних Поттеров умер младенец, я, как родственник, предложил им сделку, мне было скучно, а они были уже стары и не могли родить здорового ребёнка. Вот я и стал для них, вроде как, сыном. Джеймс был моим сыном. Жаль, что он погиб, но это не удивительно, ведь он ввязался в эту глупую войну психов, хотевших отстоять эту глупую чистоту крови, и психов, хотевших уничтожить магию своим отношением, - Сал окинул зал взглядом. - Вы хотите сказать, что чистота крови – глупость? – спросил Снейп. - Конечно, нет ничего более глупого, чем чистота крови, - Салазар скривился. – А тот, кто не понимает, что маглы вас, волшебников, обогнали давно и теперь будут делать это постоянно, просто упрямый идиот. - Но ведь вы ненавидите маглорождённых, вы назвали их грязнокровками, - подал голос Малфой. - Парень, мои родители – маглы и я горжусь этим, чёрт возьми, - Слизерин улыбнулся. – А грязнокровками я назвал как раз чистокровных. Вы кичитесь своей «великой магической кровью», а вам в голову не приходило, что именно ваша кровь грязная от Родовых проклятий, множественного смешения родственной крови, мутаций, вырождения. Маглорождённые ваш единственный сейчас путь родить способных выжить наследников. Если вы начнёте заключать браки между чистокровными, то уже ваши дети будут умирать потому, что родились без глаз, сердца или других органов. Вы уже пересекли черту. Он кинул взгляд на Гарри. - Ладно, внучок. Я в мотосалон. Ты какой байк хотел? - Харлей, конечно, - он обнял деда. – Спасибо, дед. - Ладно, давай, учись не ленись, не забывай про романтические свидания, - он подмигнул Гарри. – Если кто начнёт к тебе приставать, просто позови меня. - Я помню, пока деда, - он сел рядом с Луной и помахал рукой. Салазар рассыпался чёрной пылью и исчез. Дамблдор подумал, что теперь будет трудно влиять на Избранного, который уже метнулся к столу гриффиндора и вбил Рональда головой в стол за оскорбление своей подруги. И эта ненависть в глазах к Уизли. Да, план будет тяжело выполнить.