Troublemaker

1. Сена смотрит на экран плазмы, пока клиент отдыхает от покрасок и завивок, уткнувшись в телефон. Стилисту же немного смешно. Но создатель этой рекламы просто гений! Кобаякава никогда не думал, что социальная реклама может приносить столько денег, но она, оказывается, приносила. И Принц, который превращается в злобного якудзу, побил чарты класта средних музыкальных роликов. Явление само по себе уникальное. Хирума написал, что эту рекламу прокрутят на самых высоких билбордах Токио. Клиффорд же написал, что он ненадолго вернется в Америку на съемки. После этого Сена выкинул телефон на заброшенной свалке и пошел покупать новый. Как этот чертов Льюис узнал его номер? В офисе Docomo* Сена выглядел очень расстроенным, что было не далеко от истины, так что плохую актерскую игру его было некому раскусывать, потому что ее не было. В результате получил новый контракт и без проблем закрыл старый. Кобаякава терпеть не мог этого провайдера, но за неимением другого приходилось развлекаться* с тем, что было. Конечно, Сена совсем не подумал, что стоит кое-кому сообщить о смене номера. Ему было прекрасно и так. Отсняв Йоичи в рекламе, Сена утолил немного жажду творчества и вернулся к банальным стрижкам, отдыхая. Но сейчас, когда якудза с самым неистовым видом оглядывал девушку, которую Сена на том кастинге не видел, холодный пот прошелся от его загривка до пяток. - Се-на, - тихий голос раздался позади него, будто его обладатель хотел, по меньшей мере, расчленить. Кобаякава тут же отпрыгнул в сторону. Инстинкты, как и реакция, играли в его пользу. Так что Хирума его схватить не успел, но Сена знатно приложился головой о столик, свалив его и, в итоге, уровнив пару стульев, шмякнулся на пол. Клиент тут же подскочил. - Я за полицией! - Сидеть на месте, - так мрачно сказал Хирума, что клиент опустился обратно, пробормотав извинения. Сена молча валялся на полу. Вставать ему совсем не хотелось, потому что мир вокруг был зеленым. И чтобы он стал прежним, нужно какое-то время. А над ним нависают с самой угрожающей физиономией. Сену она, как всегда не пугала. Она же милая, хоть и зубастая, и ушастая. Но такая кавайная! Надо думать, что скажи он об этом кому-то еще вслух, этот кто-то покрутил бы пальцем возле виска. Сена не был далек от истины. Милым и кавайным Хируму считал только он. Для других это был источник чаще всего не решаемых проблем. Хирума что-то говорил, но Сена пока слышал только шум. Зато зеленые глаза сейчас казались какими-то волшебно изумрудными. - Не слышишь? – понял Йоичи. Эту фразу Сена уже, как раз, кое-как, но разобрал. Тонкие губы, идеальные черты… Кобаякава тяжело вздохнул. Художникам не пристало влюбляться в свои полотна. Но сейчас это было так тяжело не сделать. Сена поклялся так больше не поступать. Любовь это сплошная проблема. Она проходит, а то, что остается на ее месте – пустота, которую надо снова заполнять. Сена, который отличался завидным постоянством, которого сам от себя не ожидал, решил, что лучше не любить вообще. Люби создаваемые образы, пожалуйста. Но не самих людей, которые их приносят в итоге в мир. Кобаякава понял, что надо вставать, когда в изумрудных глазах появилась искренняя тревога. Сена не считал нужным заставлять других людей считать себя виноватыми, поэтому он несколько неловко протянул руку Хируме. Его подняли на ноги, будто он был вазой, которая может разбиться. Что тоже отнюдь Сену не порадовало. Его бесило такое отношение. Даже его друзья по команде старались, как могли, этого избегать. Но когда проблема с глазами и головой обозначилась ярче, это стало сложно игнорировать. Йоичи проводит рукой по затылку, и Сена чувствует его горячую ладонь. - Лучше скорую вызови, придурок! – говорит он клиенту, который снова стоит на ногах и возмущен. - Не надо никого вызывать, - твердо сказал Сена. Но, кажется, его не слышали. Хирума недоуменно глянул на него и усадил в кресло для клиентов. Посетитель от нервов и желания что-то сделать едва ли не скакал на одной ноге. - Успокойся уже, чертова бородка! Сена… Скажи что-нибудь. Кобаякава хотел ответить что-то. С трудом откашлявшись, он наконец смог поинтересоваться, в чем проблема. Хирума замер, а потом по его лицу расползлась улыбка. В следующий момент Сену уже крепко обнимали. Кобаякава отстраненно подумал, что он ничего не имеет против этих жарких объятий. Он снова сделал это. Влюбился в актера. В полотно, которое непостоянно не только под его рукой, но и непостоянно вообще. Очередная глупая любовь, которая разобьет его уже склеенное сердце. Сена был удивлен своей манере наступать на грабли. Шин ее тоже отмечал с завидной регулярностью. Как бы шоу-бизнес ни изменил его, Сена все еще верил людям, как бы пытался не верить. Это было его главной ошибкой. Но и без нее садового инвентаря на пути Кобаяковы было достаточно, и мимо он, как правило, не проходил. С радостным воплем, можно сказать, встречал. - Извини. Я не хотел тебя пугать… - выдохнули ему на ухо. Горячее дыхание коснулось шеи. Сена смиренно думал о том, что будет дальше. Но ничего не происходило. - Ты меня не напугал… - пришлось сказать Сене, потому что его просто продолжали дальше обнимать. - Ты же все прекрасно знаешь, Йоичи! – Кобаякава с силой оттолкнул Хируму, так что тот даже умудрился упасть на пятую точку. – Зачем ты прикидываешься идиотом! Думаешь, что так влезешь в мою душу?! Успокойся! Влез уже! Влез! Доволен?! Голос действительно вернулся в норму, чему Сена запоздало удивился, уже вскочив на ноги и выговаривая упреки с какой-то злобой и непонятной обидой. Вот Сена осекся. - Салон закрыт, - резко махнул он рукой в сторону. - То есть с вами все в порядке? – поинтересовался бородатый блондин. Уже блондин. Кобаякава запоздало вспомнил, что с клиентом он еще и не закончил. - Не волнуйтесь, я зайду в соседний салон, - посетитель был очень легким на подъем. - Уходи, - тихо попросил Сена, когда клиент скрылся за стеклянной дверью. - Мне мало влезть, - хрипло заявил Йоичи с пола, упрямо глядя снизу вверх. - Ну, конечно, - фыркнул Сена. – Что еще тебе надо? Потоптаться? Сена хотел пойти к лестнице, но Хирума схватил его за рукав и дернул вниз, уровнив себе на колени и прижав к груди. - За кого ты меня принимаешь? – чуть зло поинтересовался Йоичи. Он хотел бы втряхнуть Сену, но не стал. Йоичи уже понял, что этот тип хрупче, чем кажется. - За актера, - выдохнул Сена. – За превосходного актера, который не должен доматываться до своего стилиста. Хирума смотрел в карие глаза и понимал, что Сену просто куда-то несет. Поэтому он просто обнимал его, и они молчали. Когда Сена неуверенно заелозил на его коленях, Хирума спросил: - В чем я прикидываюсь идиотом? – Йоичи до боли сжал плечи Сены. Кобаякава медленно краснел, а потом к удивлению Хирумы, спрятал свое краснеющее лицо на груди актера. - Ты знаешь, почему я ушел из спорта? - Пришлось узнать. После того, как ты упал в обморок. - Ты знаешь, почему я ушел из шоу-бизнеса? – тихо сказал Сена, вцепившись в рубашку Йоичи. - Нет, - честно ответил Хирума. – Собирался выяснить, но это оказалось не просто. На это нужно время, а у меня его сейчас нет. Все время забито съемками. Но я непременно выясню. Все равно собирался копаться в грязном белье Дона Обермана. Не даром кто-то из его конторки чуть было не испортил мне карьеру. Сена обнял Йоичи за талию, выдыхая. Он уже успокоился. - Я тебе что-то слишком много наговорил… Прости. - Ты сказал, что я влез тебе в душу. Это можно считать признанием? - Конечно, нет, - уверенно сказал Сена. Хирума и сам понимал, что влезть в чужую душу отнюдь не значит кого-то влюбить. Но сейчас он покрывал милое личико поцелуями, а его не отталкивали. Хотя бы так… Хотя бы чуть-чуть… ** Именно поэтому Хирума не понимал, как дальше получилось именно то, что получилось. Будто помрачение рассудка, одержимого похотью и страстью. Однако, они уже были на втором этаже, и Йоичи занимал Сену. Занимал очень плотно и сильно, вжимая его в диван, заставляя цепляться за плечи и громко стонать от каждого проникновения. Ноги Сены дрожали, но Йоичи его отлично чувствовал. И знал, парню нравится. Возбуждение сводило бедра, его эрегированный член сочился смазкой, которая растиралась по животу Хирумы, глаза была затуманены от возбуждения, пересохшие губы манили, и Йоичи снова приник к ним, втягивая в жесткий, но страстный поцелуй. - Йоичи… - Сена вскидывает подбородок, и Хирума чуть приподнимается, чтобы дать ему кончить. Сильными движениями руки подводя к финишу. Другая рука его крепко держит за белое бедрышко, будто этот тип никогда не загорал под солнцем. Сена сжимает губы, изливаясь в руку Хируме в тот же момент отчаянно краснея. А Йоичи, с наслаждением глядя на парня под ним, продолжает двигаться, уже двумя руками раздвигая бедра. Сена закрывает глаза рукой, согнутой в локте, все еще сжимая губы. Потому что хоть он и кончил, короткие движения Хирумы все так же проходятся по чувствительной точке. Он пытается не реагировать, не возбуждаться снова, а просто дать актеру кончить в себя. Ничего больше. Но это трудно. И к тому моменту, как Йоичи кончил, Сена чувствует, что у него все стоит колом и хочется повторения. Почему-то это вызывает на лице горькую усмешку, но Сена не пытается разбираться в клубке чувств, что переполошили его душу. Он чувствует, как Хирума вышел из него, но Сена не стал смотреть. Не хотел увидеть лишнего на милом лице. Что он допустил? Зачем? Сначала просто глупая и никому не нужная кроме него любовь. Теперь секс без любви? Сена отпустил эту мысль. Слишком сложно ему было разобраться в себе, а уж в других вообще разбираться не стоило. - Позволишь еще раз? – хриплый голос сводит с ума. И несмотря на то, что это вопрос, Йоичи не ждет ответа. Он переворачивает Сену на живот, ставя на колени и прогибая в спине, входит снова. Сена слышит этот пошлый скользящий, хлюпающий звук и закрывает глаза. Он не в силах поверить что то, от чего он бегал, как от чумы, все-таки происходит. - Сена… Ты зажимаешься. Не надо… - Рука Йоичи легла на сжатый на диване кулачок Сены. Его тут же целуют в шею. Сена, уткнувшись носом в диван, слабо усмехается. С Хирумой слишком хорошо. Куда лучше, чем можно было представить. Только разве это все имеет смысл? 2. Когда Сена вышел из ванной, Хирума орудовал на кухне, и, судя по запахам, он отлично справлялся. Кобаякава невозмутимо уселся на диванчик, стараясь не думать о том, что только что на нем происходило, потому что это тут же вгоняло в краску. - Я пришел, потому что у тебя был два дня “абонент в сети не зарегистрирован”. Так трудно было сообщить мне или хотя бы Мусаши свой номер? Хирума сел рядом с ним, поставив две тарелки на журнальный столик. - Что-то случилось? – Йоичи задал логичный вопрос. - Случилось. Это ты дал Клиффорду мой номер? – косо глянул на Хируму Сена. - Совсем, что ли? Я так понял, это мой конкурент. Зачем мне это делать? Сена молча ел. Наконец, он отодвинул тарелку и сказал: - Забудь, что сегодня было. Сена действительно считал, что так ему будет легче. Проще забыть сейчас, чем когда недолговечная любовь снова разобьет ему сердце. Хирума усмехнулся. - Хочешь, чтобы каждый раз было как в первый? Сена резко поднялся, забирая тарелки со стола, но Йоичи улыбнулся, оглядывая смутившуюся фигурку. Хирума не знал, что будет дальше. Но раз ему удалось влезть в душу этой взбалмошной креветки, оставалось там только обосноваться. И рано или поздно, она сама запоет ему о любви. Йоичи не знал, что у кого-то есть в голове тараканы похлеще, чем у него.