Withness

Стайлс со своей свитой приехал очень быстро. Это был высокого роста крепкий молодой мужчина лет двадцати восьми. У него были тёмные волосы, серо-зелёные глаза и тонкие губы. Зайдя в дом, он первым делом крепко пожал Пейну руку, затем нашёл взглядом притихшего Зейна и, оглядев его с ног до головы, ободряюще улыбнулся ему. - Сейчас вы берёте ваши сумки и дружно идёте к машине. Мои парни отвезут вас кое-куда, где вас будет ждать вертолёт. К вечеру вы уже будете в безопасном месте. И не высовывайтесь оттуда вообще. Я лично приеду за вами в назначенный час и доставлю вас на слушание. - Да, сэр, – произнёс Лиам, после чего подмигнул Малику, схватив сумки, они направились к двери. Стайлс, коротко взглянув на Луи, направился вслед за ними. - А мы с Томлинсоном разберёмся пока с Дугласом. Если он действительно имеет какое-то отношение к грязным делишкам Касс и покрывает его, то я лично прослежу, чтоб его упрятали в соседнюю камеру рядом с самим Малакаем. Необходимо достать на него как можно больше компромата. - Мда, - Луи только развёл руки в сторону.- Мне как раз заняться было нечем. Не знал, на что потратить уйму своего свободного времени. Беглецы попрощались со Стайлсом и через двадцать минут, в сопровождении двух полицейских машин они уже въезжали в Детройт. Зейн отстранённо смотрел в окно, пока Лиам общался со своим напарником по работе. - Что я буду три недели без тебя делать, брат? – сокрушался Найл. Это был светловолосый парень лет двадцати пяти, с голубыми глазами и милой улыбкой. - Шеф заставит работать меня за двоих. - Какой ужас, я тебе не завидую, – Лиам по привычке полез за сигаретой, но, достав пачку, обнаружил, что она пустая. - Что за чёрт, ты посмотри на эту фигню! - Это тебя Бог наказал, за то, что бросаешь меня на произвол судьбы. - Останови у ближайшего магазина. - Не положено, шеф меня повесит. Лиам выругался сквозь зубы и обернулся на молчаливого Зейна. Парень прижался лбом к прохладному стеклу и был занят изучением городских пейзажей. - Эй, приём! Брюнет вздрогнул и смущённо посмотрел на ухмыляющегося Пейна. - Ты в порядке? – уже мягче спросил тот. - Да, в полном, – юноша слегка улыбнулся. - Лиам, я бы хотел попрощаться с друзьями. Они ведь не знают, где я и с кем. Волнуются, наверное. Мне можно будет позвонить им потом? - Разумеется. Звони сейчас, – Лиам протянул ему свой мобильный. - Ближайшие три недели мы потеряем всякую связь с миром. Так что пользуйся моментом. Пейн подмигнул парню и, отвернувшись, упёрся тяжёлым взглядом в лобовое стекло. - Курить хочу. Найл на это лишь злорадно хихикнул. Через какое-то время, они вновь покинули пределы города и подъехали к какому-то серому зданию, вокруг которого простиралось огромное, зелёное поле. Это была школа парашютистов. Хоран припарковался на стоянке, которая располагалась на заднем дворе школы. Ребята дружно вылезли из машины; навстречу им уже шёл высокий, худой мужчина в кепке, в синих джинсах и в джинсовой рубашке. - Добрый день. Я ваш пилот, Уэсли Томас. - Здравствуйте, - улыбнулся Пейн и пожал ему руку, - Я Лиам, это Зейн, - Он кивком указал на парня, стоящего чуть поодаль от него. - Ваши пассажиры на сегодня. - Рад знакомству. Берите вещи и загружайтесь в салон. Вертолёт ждёт вас во дворе. Вылетаем через пятнадцать минут. Найл вызвался помочь парням донести сумки до вертолёта. Ребята неторопливым шагом обошли здание, хмуро поглядывая на чистое, голубое небо: в самый разгар дня солнце палило нещадно, и в открытом всем ветрам пространстве не было ни одного деревца, в тени которого можно было бы укрыться от солнцепёка. Покидав сумки в салон, парни решили подождать пилота снаружи, ибо внутри было очень душно. Пока Найл приставал к Зейну с глупыми вопросами, Лиам как всегда оценивал обстановку вокруг: внезапно, из-за угла школы выплыл силуэт парня, стремительно направляющегося в их сторону. Шатен улыбнулся, узнав в нём Томлинсона. Вскоре Зейн и Найл тоже его заметили и, прекратив разговор, наблюдали за его приближением. - Пришёл попрощаться, - широко улыбаясь, произнёс подошедший Луи. - Ну и жара сегодня! Вы только зимние куртки далеко не прячьте. Потому что там, куда вы направляетесь, они вам очень понадобятся. - Спасибо за помощь! - поблагодарил Малик. - Чтоб мы без тебя делали. - Да ладно, - засмущался парень. - Пейн тоже не промах, с ним не пропадёшь. - Я благодарен вам обоим. Лиам на это лишь ухмыльнулся и слегка прищурился. - Так! – оживился Томлинсон, стерев с лица умилительное выражение, и расстегнул сумку, которая висела у него через плечо. - Держи, Пейн, свою пушку. - Он протянул ему пистолет. - Парни нашли её в мусорном баке. И держи это, - самодовольно ухмыляясь, он помахал у него перед носом блоком сигарет, - Кто твой самый лучший, вредительный для твоего здоровья друг? - О, да, детка! – протянул шатен, отбирая блок. - Иди к папочке! Ребята дружно рассмеялись, глядя на Пейна с неописуемым выражением лица, делающего долгожданную затяжку. - Да, Луиджи, ты лучший, – прошептал он, прикрыв глаза, и выпустил дым из приоткрытого рта. - Чёртов наркоман, – с улыбкой покачал головой русоволосый. Лиам только подмигнул другу и вновь затянулся. Через пять минут подошёл Уэсли и велел парням загружаться в вертолёт. Ребята попрощались с Луи и Найлом и заняли свои пассажирские места в салоне. Им предстояло длительное и утомительное путешествие.

***

Было почти два часа ночи, когда беглецы попрощались с пилотом и профессором Рудлофом, который встретил ребят, когда те прибыли на место. Это был мужчина пятидесяти пяти лет с залысиной на макушке. Выходец из Гарвардского университета, по окончании которого почти сразу женился на сестре своего лучшего друга Элизабет и обзавёлся двумя дочками близнецами. Через два года он переехал с семьёй в Канаду и устроился в метеорологическую станцию, где и работает по сей день. Одна из его дочерей Тамара переехала в Штаты, где познакомилась с семьёй Стайлсов, она-то и предложила спрятать парней в Канаде у своего отца. Профессор Рудлоф убедился, что парням ничего не нужно и, оставив их осваиваться в чужом доме, отправился провожать Уэсли в обратный путь. Ребята побросали сумки в прихожей и решили разложить вещи утром. Они были уставшими после дороги и единственное, чего хотели, это принять душ, попить перед сном горячего чая и завалиться спать. Луи не напрасно предупреждал их не прятать далеко зимние вещи, потому что, преодолевая путь от вертолёта до домика верх по горе длиной в полмили, они продрогли так, что с трудом могли разобрать, что им говорит профессор Рудлоф сквозь стук собственных зубов. А если прибавить к этому снег выше колена, преграждающий путь, и не слабый ветер навстречу, сбивающий с ног, то первые впечатления о здешней погоде оказались просто сказочными, а предупреждения Луи – весьма актуальными. Домик они так и не осмотрели; сил хватило лишь на то, чтобы попить чаю на кухне, затем доползти на второй этаж и, разойдясь по спальням, принять по-быстрому душ и улечься спать. Зейн проснулся от ярких лучей солнца, пробивающихся сквозь щель между не до конца задёрнутых штор. Он сладко потянулся и сел в постели, осматривая интерьер комнаты. Видимо, её хозяин являлся минималистом и любил нежные постельные тона. Помимо широкой кровати, которая занимала почти полкомнаты, в углу стоял комод, напротив большое зеркало, рядом с кроватью – аккуратная тумбочка с ночной лампой и будильником, а под ногами – мягкий и пушистый ковёр. Зейн лениво поднялся с постели и, подойдя к большому окну, занимающему почти всю стену, резко раздвинул шторы. Его тут же ослепил яркий свет. Но вскоре глаза немного привыкли и перед его взором предстала чудесная картина: вершины холмов, покрытые белым, нетронутым снегом, и чистое голубое небо без единого облачка. Ничего кроме белизны снега и немного голубизны, отражающего небо, льда. Зейну показалось будто он попал в царство снежной королевы, потому что сияющие, горные просторы были сказочно великолепны. После душа брюнет заправил постель и, одевшись в свой серый домашний костюм, вышел из спальни. Он попал в небольшой холл с паркетными полами, слева была стеклянная стена, перед которой в горшках стояли чудесные икебаны, напротив, была спальня Пейна, а справа лестница, ведущая в гостиную на первый этаж. Зейн вновь потянулся и с улыбкой поскакал вниз. Настроение у него было солнечное. В гостиной он застал Лиама, который сидел в кресле, опираясь локтями на колени, и с сигаретой в зубах чистил свой пистолет. Малик не сдержал улыбки, глядя на сосредоточенный профиль парня и, бесшумно ступая по мягкому ворсу ковра, он приблизился и опустился перед ним на пол. - Доброе утро. Лиам слегка улыбнулся и, прищурившись, сделал очередную затяжку и через нос выпустил дым. - Ты на часы смотрел? – спросил он вместо приветствия, не отрывая от него ехидного взгляда. Зейн отрицательно покачал головой. - Половина второго. Ты проспал почти одиннадцать часов, – Лиам улыбнулся шире, глядя на юношу, растерянно хлопающего пушистыми ресницами. - Ничего себе, - промямлил он. - Вот это меня измотало. Пейн подмигнул ему и вернулся к своему занятию. Зейн по-прежнему сидел перед ним на полу и наблюдал за его действиями. - Beretta 86FS? «Первая любовь» Джеймса Бонда? Ну и древность, – Зейн скептически посмотрел на пистолет. - Много ты соображаешь. Эта модель изначально была создана для полиции и спецслужб. Кстати, это и моя «первая любовь», я со своей деткой уже четыре года не расстаюсь. - Насколько я знаю, полицию сейчас снабжают последними моделями Smith&Wesson и Glock. Лиам удивлённо приподнял бровь и вновь прищурился. - Знаток? - Я бы так не сказал. Но в оружии разбираюсь не плохо, ведь мой отец косвенно с этим связан. - Никогда не думал пойти по его стопам? - О, да! – брюнет закатил глаза.- Отец очень этого хотел. И сильно огорчился, когда я показал ему письмо из университета о моём зачислении. Я подал документы без ведома родителей. - Они сильно противились твоему выбору? - Нет. Мама сразу меня поддержала, а отец через недельку остыл и даже стал со мной здороваться по утрам. Повезло, что старшая сестра пошла по их стопам. Отцу не так обидно. Лиам мягко улыбнулся и, сделав последнюю затяжку, выбросил окурок в пепельницу. - А ты почему пошёл в полицию? – поинтересовался Зейн, слегка наклонив голову в сторону и снизу глядя на молодого человека перед собой. - Мечта детства. Поставил перед собой цель – стать следователем, и добился её. - А твоя семья тебя поддержала в этом? - Нет, - усмехнулся шатен, - они до сих пор в ужасе от моего выбора. - Почему? - Потому что мой отец – банкир, мать – держит парфюмерный магазинчик в центре города, старшая сестра выучилась на дизайнера и работает в какой-то престижной фирме. А я сутками не появляюсь в своей съёмной квартирке, потому что с пушкой ношусь по задворкам города в поисках преступников. Мне почти каждый день приходится иметь дело с дерьмом, лазить по мусорным бакам, или рыскать в убогих, вонючих квартирах в поисках наркотиков или оружия без лицензии, пить дешёвый растворимый кофе и каждый божий день рисковать своей задницей. Это не то будущее, которое мои родители хотели бы для меня. Но кто-то же должен это делать. И я ни разу не пожалел о том, что подался в следователи. Мне чертовски нравится моя работа. Зейн слушал его с восхищением, немного подавшись вперёд. - Ты неимоверно крут! - Да что ты, - улыбнулся Лиам. - А кто-то считает меня неудачником. Например, мой отец. - Я так не считаю! - Я уже понял, что ты считаешь меня неимоверно крутым парнем, – Пейн подмигнул парню и уставился на свою до блеска вычищенную «первую любовь». Он положил пистолет на тумбу возле пепельницы и перевёл насмешливый взгляд обратно на Зейна. Парень сидел перед ним слегка покрасневший и с закушенной губой. Лиам не удержался и, заразительно расхохотавшись, поднялся с кресла и, нежно потрепав макушку брюнета, вразвалочку направился на кухню. Зейн схватил с тумбы пистолет и в припрыжку побежал за ним. Пока Лиам ставил на плиту чайник, он расположился за столом и с интересом начал изучать оружие. - Просто кусок железа, но, сколько бед он может принести, если попадёт в плохие руки, – вслух размышлял Зейн. - По статистике в мире насчитывается уже столько огнестрельного оружия, что им можно убить четыре раза каждого человека на Земле. Почему мы так воинственно настроены? От кого мы защищаемся? - Тебя по утрам всегда тянет на философские разговоры? – поинтересовался шатен, присаживаясь напротив него. - Нет, - улыбнулся Малик. - Не часто. Лиам улыбнулся ему в ответ и, подавшись вперёд, начал сосредоточенно изучать его лицо. Зейн сначала пытался сделать вид, что не замечает этого и увлечённо рассматривал пистолет, но потом поднял на шатена растерянный взгляд и прошептал. - Что? Пейн только загадочно улыбнулся и пожал плечами. Затем поднялся и направился к плите. - Что ты будешь, чёрный чай или зелёный? - Мне всё равно. Тот же, что и ты. Лиам коротко кивнул ему и завозился у плиты, заваривая чай. Малик опустил взгляд и задумчиво уставился на пистолет. Он неосознанно провёл указательным пальцем по его стволу, по выдавленным на нём инициалам. Затем спустился к рукоятке: она всё ещё хранила тепло рук Лиама. Сам же Лиам уже разлил по чашкам ароматный мятный чай и, поставив их на стол, уселся обратно на своё место. Зейн был занят пистолетом и нежно, почти любовно поглаживал его рукоятку, иногда царапая ногтем резьбу на ней. Брови Лиама взлетели верх, глядя на играющегося с оружием мальчишку. Он постарался запихнуть свои не вовремя возникшие пошловатые ассоциации куда подальше и, облизав пересохшие губы, невинно спросил. - А кто твоя первая любовь? Малик поднял на него затуманенный взгляд и только через пару секунд он обрёл осмысленность. - Мелисса, - тихо произнёс брюнет, благодарно улыбаясь, когда Лиам пододвинул ему чашку. - В смысле не трава, а девочка. Я был с ней в одной группе в детском садике, когда мы с семьёй жили в Тайланде. Она моя первая любовь. Я до сих пор очень хорошо её помню. - А сейчас у тебя есть девушка? - Нет, мы расстались месяц назад. - Надо же. Я тоже разошёлся со своей девушкой месяц назад. Видимо тогда луна была в какой-то особой фазе, или виной тому были магнитные бури, или созвездия располагали к разрыву отношений. Что ты думаешь по этому поводу? - Я думаю, ты несешь чушь, – хохотнул Зейн, - хоть я и не силен в астрологии. - Думаешь, я силен, - вздёрнул он бровь и усмехнулся, затем, взглянув на пистолет, спросил. - Когда я разговаривал с Имоджен о тебе, это девушка с которой ты общался в ту ночь, когда позвонил в полицию, она сказала мне, что ты запомнил марку пистолета из которого Касс выстрелил в Трента. Это правда? - Да, я находился достаточно близко, чтобы разглядеть. Тем более его оружие ни с чем нельзя спутать. С такого уже сто лет не стреляют, даже ты со своей Береттой отдыхаешь. Лиам прищурился. - Это был револьвер Адамса 1872 года. Не знаю из какого музея он его стащил. - Возможно, семейная реликвия. - Как так получилось, что вы не смогли определить оружие? - Пуля прошла навылет, и её не удалось найти. Скорее всего она лежит где-то на дне моря. Их беседу прервали два коротких звонка в дверь. Лиам поднялся с места. - Это профессор Рудлоф. Наверное, пришёл проверить, всё ли у нас в порядке. Он стремительно вышел из кухни, и Зейн остался в гордом одиночестве в обнимку с горячим, ароматным чаем.