Индульгенция

      Мэттью вышел, оставив Майкла и Криса наедине. — Скажу честно, — начал Майк, — на твоем месте, я бы избавился от ребенка. — Почему? — Крис говорил тихо. — Слишком много рубцовой ткани. Плод будет расти и задевать все большие участки. Возможно образование язв. Они уже есть у тебя. Захочешь попробовать выносить, в результате лишишься матки и ребенка, дай Бог, сам жив останешься. Прервешь сейчас, останешься полноценным омегой, но выносить уже стопроцентно не сможешь. Выбор за тобой. — Каким полноценным, если ребенка у меня уже никогда не будет? — Зато орган будет на месте. И жизнь в сохранности. — Мне плевать на себя. Мои грехи ни одна церковь не отпустит. Мне нужен этот ребенок, — Крис поднял глаза на Майкла. — Возможен вариант с последующим удалением. Но процент мизерный. Сам ты не родишь. А кесарево опасно. — Я готов на все, что угодно, лишь бы родить его. — Для начала нужно сменить образ жизни. Я про курение, алкоголь и работу. — Я готов. — А лечь на сохранение ты готов? Месяцев так этак на пять, не меньше. — Да, — Крис воодушевился. — Ладно. Решать тебе. Но я выразил свое мнение. Советую прислушаться и даже не потому, что с того света вас вытягивать придется мне. — Майк. Я реально на все готов. Только помоги. Я все буду делать, но мне нужен этот ребенок. — Я специально не говорил при Мэттью, а то он впечатлительный. Значит вот справка, тут диагноз и все назначения на будущее. Пока реши проблему с вредными привычками и стрессом. Остальное через две недели. Мне самому нужно обдумать.       Крис внимательно изучил листок, а потом попросил: — У меня есть одна просьба. — Какая? — Напиши мне такую же справку, но без патологий. — Крис, что ты задумал? — Мне очень нужно. — Зачем? Какая разница, что написано. Ребенок есть- это факт. — Для Рейнера. Он должен быть уверен во мне. — Ты хочешь обмануть его, чтобы он тебе доверял и был уверен. Интересный расклад. Я не буду этого делать. — Я прошу. Хочешь, я что угодно сделаю. Хочешь, я заплачу. — Не надо, не надо! А что скажет твой папа на это? — Ему не обязательно знать. — Доиграешься, — Майкл сделал ему еще одну справку, чем осчастливил Криса.       В дверях показался Мэттью. Он принес воду. Майкл дал Кристиану успокоительное и отпустил их. По дороге Кристиан подумал, что не обязательно семье знать о его планах, поэтому сразу предупредил Мэтта: — Только никому не говори. — Почему? Крис, это же счастье. Ты же мечтал о малыше. — Мечтал. Но родителям и Алану пока не обязательно знать об этом, — Кристиан загадочно улыбнулся. — У тебя же есть альфа? — я начал осторожно, мне бы не хотелось навлечь на себя гнев, да и Крису вредно расстраиваться. — Есть, — Крис сказал это с полным удовлетворением. Мэтт успокоился. Он очень устал, а дорога домой заняла много времени.

***

Из воспоминаний Мэттью Грэмма

      «Приехали мы совсем под вечер. Все потому что пришлось заехать к Крису домой. Квартира в дорогой новостройке. Современная детская площадка во дворе, недалеко парк. Я подумал, что это прекрасное место для того, чтобы вырастить ребенка.       Квартира была на тринадцатом этаже. Внутри все строго, даже, как мне показалось, по офисному. Белые стены местами переходили в черные. Черные столики, черный кожаный диван. Весь интерьер и палитра строились на контрасте этих двух цветов. Не самое уютное место, но обстановку сглаживало большое количество цветов. Они стояли везде: в вазах, на подоконнике, даже на стойке на кухне. — Любишь цветы? — Безумно. Каждый цветочек в вазах- это частичка моего нерожденного ребенка. Я обновляю их каждые три дня.       Мне стало грустно от осознания символизма этих цветов, но я промолчал. Полив последнюю розу, мы направились за город.       По приезду я увидел Алана, стоящего на пороге. Он был обеспокоенный и раздраженный и с порога набросился на Криса. — Мог бы, ради приличия, хотя бы один раз снять, а не сбрасывать. Знаешь сколько раз я вам звонил? — он говорил все громче и возмущеннее, но Крис продолжал смотреть на него с полу улыбкой на лице. — Что? — Ты ведешь себя, как ревнивый петух. — Смешно тебе? А мне было страшно отпускать Мэтта с таким ненадежным человеком как ты. Где вас носило? — Да так. Мы приятно провели время в обществе друг друга. Съездили за шмотьем, потом к врачу и … — Ты в порядке? — Алан подошел ко мне. — Да, мы действительно прекрасно провели время. Пойдемте в дом, я очень устал. Да и Крис тоже.       Они вошли в дом. В этот вечер я и Крис больше не разговаривали. Кристиан закрылся с Рене в кабинете, а потом было уже поздно. Меня все не отпускала мысль о беременности Криса и к чему тайна.»

***

      Крис приехал на работу позже обычного. После напоминания Майкла, его действительно стало тошнить по утрам. Он вошел в офис и сразу направился в кабинет Рейнера. — Привет, — Крис открыл дверь и вошел. — Привет, — Рейнер не поднимал на него голову. — Я к тебе. Нам нужно поговорить, — Крис сел на стол. Так он делал часто при разговоре с Реем. — Давай только не сейчас. Я все решил, Крис. Я не могу бросить своего ребенка и его отца, но люблю я тебя… — У нас будет ребенок. — Что? Ты беременный? — Да. Четыре недели.       Рейнер встал и приблизился к Крису. — Врешь! Ты же пил таблетки, — взбесился Рейнер. — Значит где-то пропустил. Рей, он реален, — Крис показал ему справку. Рей тщательно изучил ее и отдал Крису. — У меня есть условие, — Крис переместился в кресло напротив. — Какое? — Рейнер напрягся. Обычно его условия ничего хорошего не предвещали. — Бросай его! — Что? — Брось его. Я не хочу ни с кем ничего делить. Тем более у нас теперь будет семья, — Кристиан многозначительно улыбнулся. — Я не смогу так. Он же тоже отец моего ребенка. — Плевать. Это уже его проблемы. Он же знал, что ты не свободен, — Крис стал говорить громче. — Крис, успокойся. Ты перегибаешь, — Рейнер испугался реакции Криса. — Ты мне обещал! Ты помнишь, что ты говорил? — Крис был жесток. — Я помню. Я прошу тебя. Посдержанней. Тем более тебе нельзя волноваться, — Рейнер улыбнулся и сел рядом. — Я люблю тебя. Но я не смогу бросить его на седьмом месяце. Он требует заботы. — А я? Я не требую? Или со мной можно так? — Крис зло смотрел на Рейнера.       Он встал и хотел выйти, но Рей задержал его. — Постой. Не надо. Конечно. Все будет хорошо, — он обнял Кристиана. — Мне нужен отпуск. — Крис, ну не могу я тебя отпустить сейчас. Я без тебя как без рук. Тем более сейчас контракт. Над ним ты работал. Нет, позже, по времени уйдешь в декрет с седьмого месяца. — Я не смогу работать. — Можешь приходить позже. — Ммм. Понятно. Позже. Ладно, — Крис был раздражён, он вышел, хлопнув дверью.       Рейнер понял, что разговаривать в таком ключе с возлюбленным будет невозможно и надо что-то решать с Симоном, бухгалтером отдела, который и был беременным от него. Симон уже ушел в декретный отпуск и для него было бы тяжелым ударом расставание сейчас. Они пять месяцев скрывали отношения и вот сейчас, когда все наладилось, жизнь повернула так.       Рейнер переживал и за Криса, для которого каждая беременность — подвиг. У Криса от Рея было четыре выкидыша. Каждый раз он видел, как Кристиан переживает и становится все более мало эмоциональным и замкнутым. Этот ребенок — подарок для них обоих. Вечером Рей решил снова поговорить с Крисом. Тот сидел за бумагами. Что-то подписывал и перелистывал. — Поговорим? — О чем? — Крис не поднимал головы. — О нашем будущем. — Ты все обозначил уже. Я не хочу ни о чем говорить. — Крис, прошу, закрой рот, — Рейнер впился в его губы. — Я хочу тебя прямо здесь.       Он был сильнее. Подняв Криса, он продолжил целовать его, укладывая на стол. Крис не хотел, но не сопротивлялся. — Не надо, — Он попробовал оттолкнуть его. Но не вышло. Рей прижал Криса к столешнице. — Я люблю тебя, — Рей склонился и укусил его за ухо.- Я не переживу без тебя. Я настолько привык к твоему образу, твоему характеру. Ты прекрасен во всем. Ты уникален. Он стал расстегивать свои брюки, но Крис его оттолкнул. — На этот раз сексом не обойдется. Я не хочу. Я не буду больше жертвой.       Рей не слушал. Он вытолкал его в конференц зал. И снова стал целовать, оставляя засосы на шее. Он все-таки раздел Криса и уложил на стол.       Все прошло быстро. Крис невозмутимо поднялся и прошел в кабинет, оставив тяжело дышащего Рея. Ему не раз приходилось терпеть.       Выйдя из зала Рейнер подошел к Крису. Но тот отстранился. — Привет Симону. А я свою миссию на сегодня выполнил. — Не смей его трогать, Крис. Я люблю тебя, — Рейнер ушел оставив Криса за бумагами.

***

— Почему ты грустишь? Что-то на работе? — Нет, — Рей, уставший, сидел за столом.       Вот уже неделю Симон жил у него. — Тебе не понравилось, что я приготовил? — Симон расстраивался, видя, что вряд ли силен помочь здесь. — Все хорошо, — он обнял омегу и посадил к себе на колени. — Я скучал по тебе, — Симон обнял Рея и посмотрел ему в глаза. — Как там господин Рейн-Смит?       Рея передернуло от такого вопроса. — А что с ним может быть не так? — Рей боялся, что Симон все знает, но в глубине души понимал, что Кристиан не такой человек. Слишком сложно всегда у него все, и звонить Симону он уж точно не станет. — Ну я же фактически отбил тебя у него.       Симон улыбнулся. В глазах коллег он вообще был героем. Ведь все знали, что Рейнер и Кристиан вместе уже почти пять лет. А он с легкостью увел его. — Не говори чушь, — Рейнеру не нравился этот разговор, ведь наступит момент выбора: останется он с холодным, но любимым Крисом или уйдет к семейному, домашнему Симону. — Все знают про вас и не отрицай, — Симон встал и подошел к окну. Его живот был уже достаточно большой и шел омеге. — Ты прекрасен, Симон. И ты никогда не сравнишься с ним. Он холодный и чёрствый, у него тяжелый характер, а ты другой. С тобой легко. Но…- он становился. — Но ты не любишь меня, — Симон повернулся и грустно посмотрел на Рейнера. — Я… Я не знаю. Я люблю нашего сына, и ты мне не безразличен. — Скажи мне, если бы он сейчас забеременел, ты бы оставил меня? — вопрос застал Рея врасплох. Закрались подозрения. — С чего такие вопросы? — Ты заботился обо мне все это время, но мы вынуждены были скрывать отношения. Теперь я не хочу этого делать. Я хочу быть уверен в наших отношениях, ведь теперь у нас будет малыш.       Рей расстроился. Он не знал, что делать в сложившейся ситуации. Вечер и ночь он провел в раздумьях. Днем он снова воспользовался Крисом, а вечером пришлось врать Симону. Он понимал, что теперь все слишком сложно и этот клубок нужно распутать сейчас, потому что потом будет поздно. Он виноват перед Крисом, ведь он не может выполнить свое условие. Слишком большая ответственность за этих уже двух людей.