Сказки Древних

Февраль отступил, на смену ему пришёл март. Непостоянный, с ветрами, дождями, метелями. Глухая деревушка, затерявшаяся среди полей, медленно оживает день ото дня. Догорит день, словно свечка. Печи затопят хозяева, поставят котелок на огонь в очаге. Тихо так, ветер успокоится и уляжется на снег, словно старый кот, свернётся клубком да засопит позёмкой по дороге. Скрипнет старая деревянная дверь, качнётся связка шалфея над входом, зайдёт человек домой. Он скинет тулуп, на котором блестят редкие снежинки, что растают и превратятся в крошечные сияющие капли, положит на пол вязанку дров. - Ну здравствуй, милая, я пришёл, - скажет радостно, обнимая жену. - Здравствуй, родной, возвращаться приятно всегда. - Нелегка служба хранителя леса, знаешь ли. - Проходи, будем ужинать, ты же голодный, свет мой. Булькнет в котелке вода, стукнет о стол миска с ароматным луковым супом. - Ну, расскажи мне, что за историю ты мне принёс, милый. И, отломив от свежего каравая кусок, человек начнёт свою сказку. - Сегодня я ходил в горы. Именно там рождаются самые необыкновенные истории. Высоко-высоко, почти под облаками, стоит скит на краю обрыва. Он порос мхом, сквозь камни проросла трава. Ветер, плача, гуляет по пустым залам. Туда не приходят давно, никто не вспоминает об этих местах, только снег да дождь - его гости. Но знала бы ты, родная, сколько всего он может рассказать! Его камни говорили со мной, шептали слова разные, историю они мне поведали о том, как у ручья очистилась душа странника. Они рассказали мне, что во времена давние жил на свете прекрасный рыцарь. Сияли его доспехи на солнце, но была черна душа его. Думы он думал тяжёлые, невесёлые. Смысл жизни искал да причины сражаться. Рассказал ему старец, что надобно в ручье одном искупаться, чтоб сердце раскрыть, да в него заглянуть. И пошёл он забытыми тропами, не зная дорог, направлений не ведая. Останавливался он по пути в городах да сёлах, спрашивал, как найти источник волшебный. Но молчали в ответ ему, лишь испуганный взгляд на себе рыцарь ловил. Повезло ему всё же. Встретил он старушку в харчевне. Прятала волосы та под капюшон, и не видно было её лица. Говорили местные, что ведьма она странная, знает секреты все. Курила она трубку с табаком крепким да с корзинкой, полной кореньев да трав, ходила. Рассказала она ему, что на вершине горы ручей тот. И пришпорил коня рыцарь, за собой оставляя пыли клубы. Он скакал день и ночь, он загнал жеребца. Но не отступился прекрасный рыцарь, он пешком пошёл, хоть дорога была далека. Испытанием стала ему тропа. Раскалились доспехи от яркого солнца, и оставил он их, под камень сложил в надежде вернуться. И продолжил он путь в платье простом и грубом, что носят крестьяне обычно в полуденный зной. Хлёсткие ветки тянулись к нему, хватали за руки, цеплялись за волосы. Быть может, идти дальше не было сил, но не сдался рыцарь, упорно шагал он по камням. Вышел он на поляну, дальше - подъём был крутой. Мёртво смотрели на него проёмы оконные скита, стоявшего вдалеке. Бил ручей у подножья обрыва, звонкие песни он пел. С трепетом в сердце опустился он на колени, пальцы он погрузил в ледяные струи. И молился рыцарь всем сердцем, просил воду он тайны ему открыть. Глянул рыцарь на руку - с кончиков пальцев стекала, казалось, чёрная смола, перемешиваясь с чистотой ручья. И с чернотой этой выходила из души его злоба, спадала с глаз пелена. Видел он мир первозданным и чистым, слышал он смех травы у ручья. Знал он теперь, что есть сила особая. Сила любви. Сила, которой владеет душа. Он пошёл дальше, не ведая злобы. Песни он пел, не смыкая уста. Этот мир был чудесным и новым - для него, но он был тут века. - Вот и сказка окончилась, милая. Потуши-ка свечу, спать пора. - Сказку поведал ты дивную. Что ж. До утра.