Цветы на её коже

Клаус смотрел на густые тучи в иллюминаторе. Неудивительно, это же Лондон - город туманов и дождей, иногда, но реже - город снега. К тому же какую ещё погоду можно ожидать в Великобритании в начале зимы?! — Господа, через две минуты наш самолёт приступит к снижению! Просьба всем пристегнуть ремни безопасности, открыть крышки иллюминаторов, убрать откидные столики и привести спинки кресел в вертикальное положение! — нараспев вещала в микрофон стюардесса. В этот момент Клаус ощутил движение на плече. Он с нежностью посмотрел на свою "соседку". Кэролайн весь полёт сладко посапывала, удобно устроившись и пригревшись в его объятиях, но голос бортпроводницы, видимо, разбудил её. Кэр заёрзала на месте, смешно сморщила носик, но глаз не открыла. Клаус снова улыбнулся и крепче обнял свою спящую, точнее пробуждающуюся, красавицу. — Клаус! — прошептала Кэр куда-то в шею Майклсону. — Мы уже прилетели?! — всё так же тихо пролепетала она и, глубоко потянув носом парфюм мужчины, снова удобно пристроилась у него на плече. — Ещё пять минуточек! — как маленькая пропищала Форбс. — Поспи, любовь моя, ещё есть время! — нежно прошептал в ответ Майклсон и поцеловал белокурую макушку. Всю дорогу он ей любовался. Клаусу впервые за долгое время было хорошо и спокойно. "Вот бы остановить это мгновение!" — подумал мужчина и печально вздохнул. Действительность не давала о себе забыть. Через несколько минут они должны были приземлиться в Хитроу. Самый известный аэропорт Лондона. Самый многолюдный. А значит, там легче затеряться. Клаус долго думал и просчитывал, но в итоге решил вернуться "к истокам". На свою родину. Нет, Майклсон не собирался совсем уж наглеть и останавливаться в родовом поместье. Но пожить некоторое время в Англии, по его мнению, было неплохой мыслью. Где проще всего раствориться в толпе британцу?! Конечно, в Великобритании! Примерно так он рассуждал. Никлаус даже решил немного обучить Кэролайн британскому произношению. — Господа, наш самолёт приступил к снижению. Через десять минут мы прибываем в аэропорт "Хитроу". Температура воздуха в Лондоне +9 градусов, облачно, идёт дождь, — снова проинформировал из динамиков мелодичный голос стюардессы. — Прекрасно! Как всегда дождь! — тихо резюмировал Никлаус и осторожно потормошил за плечо свою спутницу. — Просыпайся, соня! — И тут же улыбнулся, глядя, как Кэролайн снова смешно сморщила носик и заёрзала у него на плече. — Я бы понёс тебя на руках, девочка моя! Но боюсь, это привлечёт к нам лишнее внимание, love! — продолжил уговаривать не желающую просыпаться блондинку. — Хорошо, уже встаю! — сдалась Кэр. Она ещё раз втянула носом воздух, заулыбалась и, наконец, открыла глаза. — Ты так вкусно пахнешь, Клаус! Морской свежестью! — Спасибо, любовь моя! — расплылся в улыбке Майклсон, а затем помог блондинке сложить плед и обуть сапоги, весь полёт пролежавшие под сиденьем. — Добро пожаловать на мою родину, sweetheart! ****** Художник больше не мог медлить. Злость накопилась и уже плескалась в душе через край. Его снова накрывало. Это означало, если в ближайшее время он не найдёт Кэролайн, хотя бы не увидит её, не поговорит, не прикоснётся, то он снова сорвётся и пойдёт убивать. — С Ребеккой проблем не было? — спросил ради галочки. — Нет, не было! Мой человек в Майами вырубил её на выходе из дамской комнаты в ночном клубе. Всё выглядело натурально. Ну ты понимаешь, девушка перебрала, парень несёт её в машину... Обычная картина... — отчиталась Женевьев, не скрывая самодовольства. — Этот "твой человек" что-нибудь знает обо мне? — металлическим тоном продолжил "допрос" мужчина. — О тебе ничего! Он выполнял моё поручение. Впрочем, меня он тоже знает весьма условно! — насторожилась рыжая, ей не понравился тон собеседника. — Что значит - условно? — снова спросил, будто огрызнулся Художник. Женевьев его уже откровенно раздражала, и ему всё труднее было сдерживать желание свернуть ей шею или банально пристрелить её. — Он слышал мой голос по телефону, но никогда меня не видел, он даже имени моего не знает! У нас исключительно заочное общение! — поспешила оправдаться непонятно за что девушка, она подсознательно начинала бояться этого мужчину, хоть и была по уши влюблена в него. Однако Женевьев не была глупой и прекрасно понимала, что ответных чувств блондин к ней не питает и, если запахнет жареным, пустит ей пулю в лоб, ни секунды не сомневаясь. — Хорошо! Мы ни в коем случае не должны проколоться! — Казалось, блондин немного успокоился. — Я на несколько дней отлучусь, твоя задача - следить за пленниками. — На этом он неожиданно поднялся и, схватив рыжую за плечи, больно "пришиб" её к стенке. Его глаза маниакально заблестели. От страха Женевьев почти перестала дышать. — Если с ними хоть что-то случится, особенно с Ребеккой, ты будешь умолять меня о смерти! Ты поняла?! — прорычал он. — Я всё поняла! Мне больно, пожалуйста, отпусти! — пропищала девушка. Мужчина ещё раз зло прошил её взглядом, затем шумно выдохнул и всё-таки отпустил. Женевьев даже не подозревала, каким усилием воли он только что сдержал себя от её убийства. Его действительно не хило накрывало. Он переставал контролировать себя, отчего самому становилось страшно. — Через три дня я свяжусь с тобой и сообщу, что делать дальше! — прорычал он, ещё раз одарив собеседницу "волчьим" взглядом, после чего развернулся и быстро вышел, громко хлопнув дверью. "Пристрелю сучку, как только выполнит свою миссию. Бесит!" — подумал Художник, садясь в недавно купленный внедорожник. ****** Стэфан и Ребекка вот уже больше часа провели вместе. Она — свернувшись калачиком на жёсткой железной кровати, единственной в этом помещении. А Сальваторе — сидя на тюфяке, в углу напротив. — Может, поделишься мыслями, зачем мы здесь? — первой решилась прервать молчание блондинка. И привстала, пытаясь удобнее сесть. — Для мня это похищение было загадкой, пока не появилась ты! — спокойно ответил Стэфан. У него было достаточно времени подумать, проанализировать ситуацию и в целом взять себя в руки. — К чему ты клонишь? — не поняла Ребекка. — Как моё появление повлияло на всё это? — Клаус! — едва дослушав её, выпалил Сальваторе. — Клаус?! — с трудом сдерживая тут же подступившие слёзы, переспросила Бекс. — А при чём здесь мой погибший брат?! — недоумевала девушка. — Он не погиб, Ребекка! — спокойно ответил ей Стэфан. — Он жив и здоров! — Но... Этого не может быть! Мы же его похоронили, там в Майами! Я несколько месяцев ходила к нему на могилу! — Ребекка уже не сдерживала слёз. — Зачем ты всё это говоришь мне, Стэфан?! Тебе нравится издеваться надо мной?! — Бекс откровенно начинала впадать в истерику. На что мужчина вздохнул и нехотя поднялся и подошёл к разревевшейся блондинке. — Ребекка, милая! Прости меня за всё, что я сделал тебе! За всё, что ты пережила из-за меня! — Стэфан присел рядом и осторожно приобнял её за плечи. — Если бы я знал, что причиню тебе столько боли, Бекс! — К чему всё это?! Я не хочу об этом вспоминать! — холодно ответила ему Майклсон-младшая и резко отстранилась, пересев на другую сторону кровати. — Я не хочу говорить о нашем прошлом и о том, как ты бросил меня, сбежал! — продолжила Бекс, в её тоне появилась неприкрытая ненависть, зато ушла истерика. — Всё, хватит! — остановила сама себя. — Так что с Клаусом?! Ты уверен, что он жив?! Какие у тебя доказательства?! — не унималась девушка, она немного пришла в себя и её понесло. — Не молчи! Прошу тебя! — последнюю фразу она уже выкрикнула, ожидающе уставившись немигающим взглядом. — Хорошо... Я всё тебе расскажу, — выдохнул Стэфан, исподлобья глядя на Ребекку. — Никлаус жив. Автокатастрофа, я более чем уверен, была инсценирована. Так же как и похищение из больницы детектива Кэролайн Форбс. И ещё я уверен, что всё это разыграл сам Никлаус и сейчас скрывается с Форбс. — Зачем? От кого? — не утерпела и спросила Бекс. — Вопрос правильный! — печально сыронизировал Сальваторе. — Он прячет Кэролайн Форбс от маньяка Художника. И поскольку добровольно он её не отдаст, то Художник решил его шантажировать. — Шантажировать?! — переспросила Ребекка и тут же сама ответила: — Нами?! — Умница, Бекс! Именно - шантажировать нами! Тобой - Никлауса, мной - Кэролайн! Так что мы с тобой в этой игре разменные монеты, милая! — горько констатировал Стэфан. — Но и это всё не самое ужасное... — начал он, а потом резко замолчал. — Что ещё может быть ужаснее?! — потребовала объяснений Майклсон. И снова вопросительно уставилась на мужчину. — Если только то, что я блондинка и сейчас в плену у маньяка, любителя блондинок... — опять догадалась Бекс. — Ты даже не представляешь, Ребекка, к кому в лапы мы попали! Ты даже не представляешь, КТО этот Художник! — выдохнул Стэфан, прикрыл ладонями лицо и как-то жалобно простонал, словно его пронзило невыносимой болью. ****** Кол Майклсон сидел в баре и ждал, сам не знал кого. Час назад ему на телефон пришло странное смс-приглашение, от которого парень никак не мог отказаться. "Кол, если тебе дороги твои сестра Ребекка и брат Никлаус, ровно в 20:00 будь в баре, где ты впервые попробовал бурбон. Приходи один", — гласила смс. Кто мог знать такие личные подробности жизни Кола?! Парень вспомнил тот день, тогда с ним в баре были только двое человек - Никлаус и... — Ну здравствуй, Кол! — сзади послышался полузабытый, но всё же знакомый бархатный баритон с британским акцентом. Парень резко обернулся и едва не задохнулся от шока. — Ты?! Ты?! — никак не мог поверить Кол. — Но ты же погиб?! — Нет! Я жив, братец!