Цветы на её коже

Кэролайн быстро метнулась в ванную, где нашла ещё один махровый халат, и, немедля "нырнув" в него, поспешила открыть дверь. Никлаус даже не сдвинулся с места, он продолжал смотреть новости. И всё же, когда Кэр подошла к двери и потянулась к ручке, он обернулся. — Кэролайн, подожди! — резко остановил её Клаус, от неожиданности Кэр даже вздрогнула и отдёрнула руку. — Я сам открою, love! — сказал он уже спокойнее и поспешил к двери. Кэролайн хотела возразить, но прочла в его глазах неподдельную тревогу и уступила. — Хорошо, я тогда пойду оденусь, милый! — Она улыбнулась ему, и Клаус "расплылся" в ответ, показывая свои симпатичные ямочки на щеках. Кэр подмигнула ему и скрылась из поля зрения, хлопнув дверью гардеробной комнаты. В номер повторно постучали. Громко. Настойчиво. Раздражительно. Клаус, изобразив на лице серьёзную мину, открыл. И тут же довольно ухмыльнулся. На пороге стоял потрясённый, нет, совершенно шокированный Стэфан Сальваторе. — Что тебе нужно в столь ранний час, друг мой?! — издевательски дружелюбно пропел Никлаус, ему понравились замешательство Стэфана и ненависть в его глазах. — Какого чёрта ты здесь делаешь, Майклсон?! — прошипел сквозь зубы Сальваторе и с остервенением во взгляде осмотрел соперника с ног до головы. Клаус, нисколько не стесняясь своего вида, стоял в одном махровом халате, без тапочек, как был - вышел босиком. Но больше всего Стэфана взбесило лицо Клауса - в ссадинах и кровоподтёках, но при этом бессовестно довольное. Стэфану захотелось снова приложиться кулаком к его физиономии и "освежить" побои. — А ты не видишь, Сальваторе?! Может, тебе в подробностях объяснить - ЧТО я здесь делаю, а точнее - ЧТО мы с Кэролайн здесь делаем?! — продолжал доводить и так уже обезумевшего от ревности соперника. — Где Кэролайн, ублюдок?! — не выдержал его самодовольства Сальваторе и опасно подался вперёд. Руки чесались. Назревал новый мордобой. И судя по внезапно озверевшему лицу Клауса, на этот раз он готов был принять бой. — Оу-оу, мальчики! — закричала Кэролайн, внезапно выскочившая из гардероба. В отличие от Клауса, она была уже одета. На Форбс красовался новенький тёмно-синий брючный костюм, выгодно подчёркивающий её тонкую талию и длинные ноги, обута в синие лаковые туфли на высоком каблуке, волосы собраны в конский хвост. — Немедленно прекратите! Клаус! Стэфан! Её голос отрезвил мужчин, и они, шумно выдохнув, разошлись в разные стороны. Клаус прошёл вглубь комнаты и вальяжно развалился в кресле, приготовившись наблюдать, что последует далее. Стэфан, нервно засунув руки в брюки, нетерпеливо подошёл к окну и, посмотрев вниз, первым нарушил тишину. — Кэролайн, ты не отвечаешь на звонки! — с досадой в голосе выдал он. — Теперь я вижу - почему! — продолжил уже с нотками обиды и осуждения. — Я имею право на личную жизнь! — нисколько не смутившись его тона, ответила Кэр. — А телефон... — начала было она, но замешкалась, не зная, что ответить. — А где, чёрт возьми, мой телефон?! — спросила то ли у себя, то ли у присутствующих Форбс. — Прости, любимая! — неожиданно откликнулся Клаус. — Кажется, я оставил его в машине! — И развёл руками, состроив виноватую "мордашку". — Что?! Но как?! — не поняла Форбс и вопросительно посмотрела на Клауса. — Любимая, ты оставила его вчера у меня дома, я взял его, чтобы вернуть, а тут всё так быстро закрутилось, полиция, папарацци, ну я и забыл его в машине, любовь моя! — пояснил Майклсон. Было очевидно, что слова "любимая", "у меня дома", "любовь моя" он произносил с двойным смыслом, желая позлить Стэфана, и это ему удалось. Сальваторе был взбешён. Глаза яростные, руки сжаты в кулаки до побелевших костяшек пальцев, на лице нервно играют желваки. Майклсон же с довольной миной наблюдал за соперником, однако глаза - холодные и по-звериному дикие - выдавали и его внутреннее бешенство. Если бы не присутствие Кэролайн, оба с удовольствием бы снова сцепились. — Так, всё! Хватит! Клаус, оденься, пожалуйста, и верни мне телефон, — мягко попросила Кэролайн, она уже поняла, что разговаривать с Майклсоном в приказном тоне себе дороже. — Стэфан, так зачем ты пришёл?! — наконец, задала главный вопрос. — Кэролайн, это разговор не для посторонних ушей, я...— жёстко начал Сальваторе, но Клаус его так же жёстко перебил. — Ну так выйди! — резко встал с кресла Майклсон и, скрестив руки на груди, зло продолжил: — Единственный посторонний здесь - ты! — А может, это ты сейчас отсюда уберёшься! — не выдержал и повысил тон Стэфан, а затем подался в сторону Клауса. Но на его пути встала Кэролайн. — Так, брэйк! Немедленно прекратите! — скомандовала Форбс, словно разгоняла разъярённых дворовых псов. — Клаус, я так понимаю, что Стэфана привела сюда наша работа, поэтому не обижайся, но мы выйдем! — словно спрашивая разрешения, сказала она. Клаус нахмурился, и она поспешила его успокоить. — Я скоро вернусь, милый! — особо ласково выделила "милый" и улыбнулась ему самой очаровательной улыбкой, что была у неё в арсенале. — Хорошо, любовь моя! — всё-таки расслабился Майклсон и вдруг подошёл к Кэролайн и, притянув за плечи, нежно поцеловал в губы. — Я буду ждать, love! — А потом ещё сильнее притянул её к себе, обнял, протяжно втянул носом запах её волос и, поцеловав в макушку, наконец отпустил и скрылся в ванной. — Меня сейчас вырвет от всей этой кошачьей нежности, Форбс! — всё-таки съязвил Стэфан. — Я прошу тебя, прекрати! — стараясь скрыть раздражение в голосе, ответила ему Кэр, ей не нравилась реакция Сальваторе, но в то же время она понимала, что ему больно, поэтому сдерживалась от резких слов. — На первом этаже есть милое кафе, если ты не против, пойдём выпьем по чашечке кофе, а то мне так и не удалось позавтракать, — сказала она, разочарованно глядя на две давно остывшие чашки кофе на журнальном столике. ****** В обычно солнечном Майами сегодня было пасмурно. Океан сильно штормило. По улицам гулял влажный, пронизывающий до костей ветер. Замёрзшая и промокшая до нитки Хэйли стояла в подворотне напротив высокого зеркального здания - шикарного отеля, принадлежавшего корпорации "Майклсон". Впервые Маршал побывала здесь с Клаусом. Он снял пентхаус, и они несколько часов занимались сексом. Потом он уехал, а Хэйли ещё долго нежилась в просторной джакузи, заказала дорогое вино и изысканные блюда в номер. В общем, пользуясь случаем, наслаждалась жизнью. Но это случилось однажды, больше они не пересекались столь близко. Хотя светская тусовщица и мастерица собственного пиара Хэйли Маршал тут же раззвонила на весь Майами, что они встречаются, и даже подкрепила слухи "случайно" сделанными фотографиями, нанятым ею же папарацци. Ничего не помогло. Клаус не вернулся, более того, после первой и единственной ночи, проведённой с ней, он её игнорировал. Бывало, что они сталкивались на светских тусовках. Майклсон проходил мимо и даже не здоровался. Как-то раз она поймала его в одном ресторане и буквально "пригвоздила" к стенке, требуя пояснить своё поведение. Но Клаус лишь рассмеялся ей в лицо и заявил, что шлюхи его больше одного раза не интересуют, и вообще, если бы он не напился до чёртиков в тот вечер, ничего бы не было. Хэйли шлюхой себя не считала. Хотя её и можно было назвать чемпионом по количеству романов за год. Но Маршал всего лишь хотела поудобнее устроиться в жизни. И всякий раз оказываясь в постели очередного толстосума, искренне думала, что с этим точно всё получится. Получалось... Максимум на пару месяцев. А потом приходилось искать новую жертву. Но все её богатые любовники хотя бы были щедрыми, один даже подарил ей квартиру и машину. Правда, потом выяснилось, что он просто откупился от неё. А вот Клаус Майклсон... Так грубо и дёшево её ещё никто не использовал... И она поклялась себе, что отомстит. Но время шло. А результат был равен нулю. Каково же было отчаяние Маршал, когда она узнала, что родители женят Майклсона на Камилле О'Коннел. Она готова была выть на луну. А потом судьба поиздевалась ещё сильнее. В Майами прилетела белокурая офицерша из Нью-Йорка, и Клаус заявил, что они обручены. После этого внутри Маршал как будто что-то переклинило. На благотворительном вечере Майклсонов она наблюдала за новоявленной парочкой и видела - КАК Никлаус смотрит на Кэролайн. Он не просто пожирал её глазами, он растворялся в ней. И тогда Хэйли решила действовать. Ей не составило труда узнать, где поселилась разлучница. И в ту же ночь она под видом горничной пробралась в номер Форбс, после чего разгромила там всё. Возможно, этим бы и закончилось её "преступление", но в гостиницу какого-то чёрта припёрлась Камилла, и не просто пришла - прихватила с собой нож и цепи. В номере О'Коннел застала обезумевшую Хэйли. Соперницы сцепились, как дикие волчицы. Досталось обеим, но Маршал оказалась проворнее и ударила Камиллу какой-то тяжёлой статуэткой, что подвернулась под руку. О'Коннел упала замертво. Сначала Хэйли испугалась. Но потом подумала и решила списать всё на проделки знаменитого нынче маньяка Художника. Маршал как могла "подчистила" следы своего пребывания в номере, после чего спокойно ушла. Хэйли и не догадывалась, что из всех её "чудачеств" она допустила один значительный прокол: сделала надпись помадой на зеркале. Именно по частицам ДНК в помаде её и опознали. На несчастье Маршал, когда-то в подростковом возрасте её поймали в школьном туалете с "косячком" и она загремела в полицию, там у неё сняли отпечатки, сфотографировали, как какую-то конченую наркоманку заставили сдать анализы и даже взяли образцы ДНК. Задержали Хэйли в ночном клубе. Это был позор. Потрясённые друзья. Папарацци. Однако после первого же допроса ей удалось сбежать. В неспокойном отделении испанского квартала случилась перестрелка. Просто удачное стечение обстоятельств. И вот Хэйли у гостиницы Майклсона, где живёт её враг - Кэролайн Форбс. — Убью, сучка! — прошипела Хэйли, глядя на верхние этажи отеля. Она была зла и безумна... ****** — Кэролайн, почему ты с ним?! Он же подонок! — не утерпел Сальваторе и снова начал "капать на мозг". — Стэфан, прекрати! Моя личная жизнь тебя не касается! — резко ответила ему Кэр. — И не смей называть Клауса подонком, я сама как-нибудь разберусь в его моральных качествах! — Ты его не знаешь, Кэролайн! Как ты собираешься разбираться в его моральных качествах?! — не унимался Сальваторе. — Хорошо... В таком случае расскажи мне, что в нём такого, за что ты его так ненавидишь?! — спросила напрямик Форбс, этот вопрос её интересовал с того самого момента, как они втроём столкнулись у лифта в мэрии. — Он бабник, тиран, нечестный делец, подлец и просто ублюдок! — теряя контроль от злости, распалялся Стэфан. — Вкратце! Этого достаточно?! Или хочешь подробностей, Кэролайн?! Почему ты позволяешь стать очередной разменной монетой в его игре?! — Бабник?! Исправимо! Тиран, нечестный делец и подлец - где доказательства?! Я изучала его досье - всё в рамках разумного! Мы все не без греха! — холодно парировала Кэр. — А вот с "ублюдком" ты явно перегнул палку! — Не перегнул, Кэролайн! Не всё можно прочитать в досье! — огрызнулся мужчина. — Тогда расскажи, что же я пропустила?! — бросила ему вызов Кэр. — Не могу! Это не моя тайна! Просто поверь на слово! — переходя на повышенный тон, выдал Стэфан. — Серьёзно?! — вставила своё "коронное" Форбс. — А я вижу это по-другому! Ты ревнуешь, Стэфан! Хотя не имеешь на это никакого права! — в ответ не сдержала эмоций она. — Вот именно поэтому я так долго и не соглашалась на это дело, я знала, что ты попытаешься вернуть наши отношения! Но я напомню тебе, мы расстались, смирись с этим! И давай просто работать! — резко закончила. — Работать, говоришь?! Хорошо! Только потом, когда он наплюёт тебе в душу и разобьёт сердце, - не жалуйся! — не пощадил её Сальваторе. — Хватит!!! — почти крикнула Кэр. Они молча сидели несколько секунд, старались не смотреть друг другу в глаза. Наконец, Форбс выдохнула и заговорила первой. — Так что случилось, Стэфан?! Зачем ты пришёл?! — перешла на строго профессиональный тон. — Хэйли Маршал сбежала два часа назад! ****** Высокий и красивый блондин устало плёлся по улице. Полночи он бесцельно шатался по городу, стараясь успокоиться. К утру же решил вернуться в гостиницу, где на время снял пентхаус. Он был подавлен. Из отеля ушёл, потому что больше не мог смотреть, как его девочка развлекается с другим мужчиной. — Ничего, он поплатится за то, что прикасался к тебе, моя маленькая колибри! Я буду убивать его жестоко и медленно! — бурча под нос, пообещал себе мужчина. — А ты, девочка моя, будешь наказана! — сказал в пустоту, получилось неожиданно громко. — Что?! — услышал испуганный женский голос рядом и инстинктивно развернулся. — А ты что здесь делаешь?! — обомлел мужчина, он сразу узнал обладательницу голоса. — Какая разница?! Я уже ухожу! — в тихой истерике произнесла девушка. — Ну уж нет! Никуда ты не пойдёшь! Я знаю, зачем ты здесь! — И он схватил её и потащил подальше от случайных глаз.