Цветы на её коже

Кэролайн резко подскочила, словно её ударили мощным разрядом тока. На бледном, сильно исхудавшем лице застыла гримаса ужаса. Слёзы самопроизвольно текли по щекам. — Не надо, пожалуйста! Не надо! — лепетала она сквозь рыдания. — Кэролайн, любимая, всё хорошо! — успокаивал её знакомый бархатный голос, и сильные мужские руки нежно притянули к себе. — Всё хорошо, ты очнулась, любимая! — И он отчаянно стал целовать её мокрые и солёные от слёз щёки. — Клаус! — конечно, она узнала его, даже не взглянув, его выдали запах, руки, горячие поцелуи. — Любовь моя, ты очнулась! Слава Богу! — шептал Майклсон, продолжая осыпать её поцелуями. Кэролайн попыталась обнять его в ответ, но её руки словно не принадлежали ей, она с силой попробовала их поднять, но пальцы затрясло в судороге. От этого она ещё сильнее испугалась. — Что со мной?! Клаус?! — в шоке спросила Кэр, глядя на своего мужчину обезумевшими от страха глазами. Он было открыл рот, чтобы ей ответить, но его перебили. — Всё хорошо, Кэролайн! Вы слишком долго провели без движения, ваши мышцы немного атрофировались, но это скоро пройдёт, не пугайтесь! — Она посмотрела за спину Клауса и увидела высокого симпатичного блондина в форме врача. — Карлайл Каллен, ваш лечащий врач, Кэролайн! — представился мужчина и, дружески похлопав Клауса по плечу, обратился уже к нему: — Никлаус, позволь мне осмотреть мисс Форбс?! — Хорошо, конечно! — согласился Майклсон, нехотя "отлипая" от любимой. Он быстро поднялся и освободил стул рядом с её кроватью. Доктор Каллен занял его место и взял Кэролайн за руку, нащупывая пульс. Клаус подался к выходу, но его остановил умоляющий голос. — Клаус, пожалуйста, не уходи! — Кэр боялась оставаться без него, только рядом с ним она чувствовала себя в безопасности. — Никлаус, ты можешь остаться, я только проверю давление, температуру, сниму показания с приборов и возьму кровь на анализ, — воодушевлённо "отчитался" Каллен, видно было, он как никто другой рад тому, что пациентка очнулась. — Ты не помешаешь! — Сколько я была без сознания? — наконец решилась и задала главный вопрос Кэролайн и почему-то посмотрела на Клауса. — Восемь недель, любимая! — ответил Майклсон, и она увидела в его глазах неприкрытую боль. — Восемь мучительно долгих недель, Кэролайн... — произнёс едва слышно, но она уловила смысл сказанного. Ему было страшно за неё, он страдал... ***** Светловолосый мужчина внезапно открыл глаза, на его лице сияла счастливая улыбка. Ему снова снилась она, его любимая блондинка. Правда, раньше это были кошмары, а этой ночью ему впервые приснился радостный сюжет, его девочка улыбалась. Улыбалась как тогда, однажды, пока он не лишил её этой улыбки... Навсегда... По крайней мере в его присутствии она больше никогда не улыбалась... От нахлынувших воспоминаний мужчина нахмурился, отпечатки счастливого сна тут же стёрлись с его лица, разбиваясь о жестокие реалии прошлого. — Прости меня, моя маленькая колибри, я не должен был... — прошептал блондин и в отчаянии схватился за голову. Эта боль нахлынула вновь, затапливая его сознание. Четыре с половиной года назад — Как ты себя чувствуешь, милая?! — спросил мужчина и поцеловал блондинку в макушку. Вот уже два месяца они жили душа в душу. Каким-то непостижимым образом она его простила за всё. Да он и не издевался над ней больше, не бил, не порол, даже не грубил. Ему самому было странно от происходящих метаморфоз. Эта юная девушка как будто вернула его прежнего - доброго, доверчивого, нежного... Вернула его настоящего - каким он был до несчастного случая в Андах и до того, как попал в плен. — Ты стал другим со мной! — она словно прочитала его мысли. — Таким ты мне нравишься, — тихо прошептала блондинка и сильнее прижалась к его груди. Это была жаркая ночь для обоих. Сон никак не приходил, и они просто нежились в объятиях друг друга. — Я всегда таким был, принцесса... Раньше... Просто жизнь - сука! — вдруг выдал он. — Что с тобой случилось? Расскажи мне! Пожалуйста! — тихо, но настойчиво попросила она. Кэр почувствовала, сейчас тот самый момент, когда он может открыться ей. — Ты действительно хочешь знать это, милая?! — он не мог поверить, что после всего, что он с ней сделал, девушка ещё способна сочувствовать, проявлять интерес к нему. — Да, я хочу знать. Пожалуйста, расскажи - почему ты стал таким?! — осторожно, но опять же настойчиво повторила Кэр. — Это некрасивая история, поэтому буду краток! — быстро начал мужчина. — Сначала меня предал мой лучший друг, фактически брат... Об этом не хочу вспоминать... — Он нервно сглотнул, но после всё-таки продолжил: — А потом я попал в плен к колумбийским повстанцам, по совместительству - торговцам марихуаной. Их возглавляла женщина — красивая, но жестокая стерва. Её все звали ведьма Перси. Я ей приглянулся, и она сделала меня своей секс-игрушкой. У неё были специфические вкусы, просто секс её не удовлетворял, ей нравилось издеваться надо мной как физически, так и морально. Вся в татуировках и пирсинге. Она была поклонницей БДСМ и садисткой "в одном флаконе". — На секунду он замолчал, и Кэр заметила, как в его глазах вспыхнул злой огонёк. — Я провёл у неё полгода, многие шрамы на моём теле - от её забав. Но потом я сбежал, однако стал другим, возненавидел всех женщин, из доброго юнца превратился в жестокого и беспринципного мужлана. За время, пока я находился у неё, я обзавёлся неплохими связями. А потом в той провинции, где мы жили, власть ведьмы Персии всех достала, и я этим воспользовался. Я собрал сторонников, и мы её грохнули, после чего я занял её место. — И он довольно ухмыльнулся, было видно, что ему приятно вспоминать о смерти своей мучительницы. — Вот и вся история! — сказал чётко, чем поставил точку, дав понять, что разговор об этом закончен. Он встал с кровати, но тут же присел на край, так, чтобы видеть её лицо. — А теперь о тебе, милая! Что ты от меня скрываешь?! — Он посмотрел внимательно, словно отсканировал её изнутри. — Не понимаю, о чём ты?! — встрепенулась блондинка, она явно заволновалась, и это не укрылось от глаз мужчины. — Я... Я ничего от тебя не скрываю... — Не скрываешь?! — И он снова "прошил" её внимательным и на сей раз разгневанным взглядом. — Тогда почему, девочка моя, у тебя уже несколько недель не было месячных?! Наше время Светловолосый мужчина вынырнул из воспоминаний и улыбнулся. Это был сказочный день. Его девочка тогда сделала его самым счастливым на свете мужчиной. Кто же мог подумать, что он сам своими руками всё разрушит. Наше время — Ну вот и всё, Кэролайн! Осмотр закончен, ваши показания меня радуют! — довольно улыбнулся доктор Карлайл. — А теперь вам нужно кое о чём поговорить с Никлаусом... — Каллен снова улыбнулся, и Кэр уловила в его глазах искорку тайны, затем быстро встал и молниеносно удалился, словно его и не было... — Клаус?! — с вызовом спросила его Кэролайн. — Что на этот раз?!