50 оттенков Джека

Тимоти казалось, что он слышит самого себя. Затем другой голос. Было бы безумием, если бы всё это оказалось всего лишь сном, и голос, не джековский, а его родной, который он уже благополучно забыл, сейчас бормотал над головой, как собственное эхо или что-то вроде этого. Почувствовав резкий прилив сил и частое сердцебиение, Тимоти очнулся. Сейчас он ощущал на себе действие адреналина, ни с чем не сравнимое. Перед глазами белели пятна света. Они преображались в какие-то неразборчивые фигуры. В голове быстро промелькнули воспоминания, подкреплённые картинкой: он на операционном столе, как и много лет назад. Его пичкают адреналином после трансфузии? В прошлый раз его просто выжали, как лимон, чтобы добавить немного места для крови Джека, искусственно созданной, конечно же. Под пристальным контролем главы, все остальные были только пешками, выполняющими приказы независимо от того, целесообразно ли это. После объяснения Ангела, всё стало выглядеть ещё более абсурдно и смешно. Тимоти попытался встать, но не смог. Он был буквально прикован к операционному столу от груди до стоп. Голова оказалась в тисках, обтянутых кожей, не позволяющих даже повернуться. Двойник водил глазами по помещению, изо всех сил пытаясь разглядеть пространство вокруг. Знакомый профиль возник над ним в безобразных очках, закрывающих почти всё лицо. – Доктор Аутон? – нахмурившись, произнёс Тимоти, пристально вглядываясь в лицо человека. Доктор щелчком сменил линзы в очках. Сквозь толстые выпуклые увеличительные стёкла на двойника смотрели большие голубые глаза. – Ага, самочувствие в норме. – Что вы делаете? – Собственно, доделываю, – быстро проговорил д-р Аутон своей привычной интонацией, чётко выговаривая слова. Тимоти недоумённо скривился. Ему подливают крови? Джек не скупился на бредовые идеи. Доктор тем временем отвернулся от своего пациента, копошась где-то в области грудной клетки. Напрягая глаза, мужчина пытался увидеть его действия. Большая рука доктора появилась над головой мужчины и дотронулась до его виска сквозь предусмотрительно проделанное отверстие в пластине тисков. Человек в халате склонился над головой Тимоти. Последний мог лишь только наблюдать за двигающейся тёмной макушкой доктора. Косясь на холмик чёрных волос, Лоуренс чувствовал неприятное давление со стороны виска. – Некрасиво, но скоро мы отрастим тут волосы. Как и было раньше, – сказал непринуждённо д-р Аутон, выпрямляя спину. Тимоти снова нахмурился. Зашевелив губами, он понял, что густой щетины больше нет, на лоб не опускаются торчащие спутанные волосы. – Честно говоря, выход можно было бы и в другом месте сделать, – снова заговорил доктор, осматривая от головы до пят своего пациента. – В более природном, так сказать. Хотя это, конечно, предоставило бы некоторые неудобства, м-да. Наномеханизм готов к использованию. Как чувствуешь себя, голова не болит, язык ещё не отвалился? Лоуренс попытался помотать головой, но тиски не позволили ему сделать задуманного, и вместо этого кожаная обивка неприятно скрипнула. – Нет, – напряжённо сказал он, убеждаясь, что с языком всё в порядке. – Отлично, – радостно бросил д-р Аутон. – Теперь немного подкорректируем твою внешность. Мужчина в халате отошёл на минутку и вернулся с чем-то вроде пирографа. – Не представляешь, до какой идеальности я довёл новую маску, – в пол тона воодушевлённо произнёс он, широко улыбаясь. Выпучив глаза, Тимоти задёргался изо всех сил. Его, как картинку, отправили на реставрацию, чтобы он выглядел точно как подлинник, ценнейший экземпляр, идеальная копия. Абсолютно идеальная во всём, даже в недостатках, принадлежавших оригиналу. Без преувеличения, произведение искусства. – Нет! Нет!! – Успокойся, Тимоти. Здесь не клиника для душевно больных. Чёрт бы побрал этот голосовой симулятор. Кажется, придётся ещё немного поработать с тобой, Тимоти. Доктор Аутон притянул свободной рукой механическую конечность аппарата, располагающегося где-то позади головы закованного мужчины. Быстрым движением мужчина в халате засунул в клешню пирограф и набрал что-то на клавиатуре около виска двойника. Мех-рука издала свистящий звук и дёрнулась. – Я хотел бы сделать это сам, но экономия времени важнее, Красавчик, – обратился д-р Аутон к своему пациенту, пожав плечами. На его губах мелькнула неопределённая улыбка. Мужчина повернулся и покинул комнату. Тем временем, механизм мигнул красным светом. Глазок резво просканировал лицо Тимоти, заставив последнего зажмуриться. Прожужжав с пару минут, прибор вывел голографическую траекторию пути лазера. Увидев это, двойник вновь задёргался, над его головой показалась маска. Она застыла в воздухе, ожидая конца операции. Сердце Лоуренса забилось чаще. – Тимоти, – пронеслось совсем рядом, заставив мужчину крикнуть от неожиданности. Он крепко сжал зубы, унимая злость, как следствие страха. Он узнал этот голос и сильно зажмурил веки, всё ещё кривясь от злости. – Сектор 203, свободный шаттл в доках №9. – Да какого чёрта?! – не выдержал Тимоти. Красный глазок оторвался от аппарата и навис над лежащим. – Не забудь маску, Тимоти. Никто не знает, кто за нею. Ты сможешь выбраться незамеченным. Лоуренс, нахмурившись, всматривался в глазок. Его личный Ангел снова спасает его. Такое количество долгов ему ни за что не выплатить. Едва мужчине показалось, что он видит, как красный цвет меняется на прозрачно-голубой, становится живым и до боли знакомым. Глазок резко подался назад и отъехал на своё место. Механическая рука пришла в движение, рокочущий звук в усовершенствованном пирографе усиливался. – Ангел! Ангел! КАК? В районе ног раздались щелчки, затем на груди, руках. Отчётливый щелчок раздался около ушей Тимоти. Голова вдруг стала свободной от тисков. Двойник с силой дёрнулся в сторону, но лазерный луч успел черкнуть по щеке и оставить небольшой неравномерный порез. Перекатившись, мужчина спрыгнул со стола. Проведя неравномерную линию по подушке, на которой пару секунд назад была голова пациента, лазер вывел знак Хранилища. Тимоти вынырнул из-под операционного стола, убеждаясь, что ему больше ничего не грозит. Тонкие струйки дыма медленно таяли в воздухе, рассеивая дурной запах. Выбравшись из своего укрытия, Лоуренс быстрым движением выдернул из формы маску и поспешил к выходу. – Ай, – тихо бросил он, защёлкивая на коже новый атрибут. Внезапно со спины послышался шум. Обернувшись, мужчина увидел странную картину: лазер дёргался из стороны в сторону, выпуская сгустки огня. В момент Тимоти успел пригнуться, прежде чем сгусток попал в дверь, оставив на ней чёрный след. Двойник присел на колено и пошлёпал себя по бедру в поисках пистолета. Удивлённо бросив взгляд на пояс, он оторопел. Конечно, нечему делать оружию у пленника, но и старой одежды тоже не было. Скривившись, мужчина ухватил себя за грудки. На нём красовался чистый гиперионовский костюм: яркая жёлтая футболка без единой дырочки под белоснежной рубашкой и твёрдым кожаным жилетом; синяя куртка с небрежно закатанными рукавами. Да и сам он был вымыт. От воротника веяло едва уловимым мужским одеколоном. Тимоти Лоуренс с радостью избавиться от этого одеяния после того, как покинет «Гелиос». Он забегал глазами по помещению. Вряд ли тут окажутся его пушки, однако они валялись кучкой в дальнем углу, около сейфа. Тимоти выдал нервную улыбку. Резонансное отношение к его персоне не могло не вызывать смех. Горький смех. Перебираясь на корточках к месту, Лоуренс внимательно следил за взбесившимся прибором. Быстро накинув на себя снаряжение, он двинулся к выходу. Внезапно дверь открылась, и человек в халате ошарашенно отступил назад. Бросив зоркий взгляд на Тимоти, он произнёс: – Красавчик?! В следующий момент сгусток сжигающей смеси попал вошедшему в грудь. Доктор Аутон схватился за рану и скрутился пополам. Тимоти рывком бросился к двери. – Нет, не Красавчик, – нервно бросил он и скрылся в проёме. Мегаполис однообразных коридоров заполнял «Гелиос». Тимоти бежал со всех ног и тяжело дышал отфильтрованным мёртвым воздухом, а в голове мелькали воспоминания. Они покусывали его чувства острыми, как бритва, зубами. Мужчина надеялся просто не думать о местах, по которым ступал давным-давно, которые определили его судьбу много лет назад. Где-то на этой станции ещё остались следы. Наверняка где-то ещё припрятана пачка печенья. Но пока череда холодных коридоров и не думала кончаться. Маска медленно превращалась во вторую кожу, плавно повторяя форму лица. Прорезы для глаз перестали быть бельмом, ожог на щеке периодически щипал. Жуткое, грязное чувство отправило воспоминания на задний план. На Тимоти-таки оставили шрам, ещё пять лет назад, и сделали сейчас глубже, ещё больнее затрагивая психику. Лоуренс резко затормозил, скользя кроссовками, и осмотрелся. Рукав тянулся далеко вперёд, но справа, над входом в другое помещение гласило название: «Сектор 202. Отдел по модернизации». И всё же, достроенный кусочек станции имел абсолютно хаотичное расположение секторов. Тимоти бросился бежать дальше. Поворот за поворотом, и долгожданный 203-ий сектор. За толстыми металлическими створками открывался очень большой зал. В доках стояло огромное множество разнообразных кораблей. Все они имели похожие названия – «Красавчик Джек», «Герой героев», «Джек. Красавчик Джек» и так далее. Похоже, что глава корпорации коллекционирует не только пони. Просмотрев номера, Тимоти нашёл 9-тый. Его брови поползли вверх: девятым номером был небольшой шаттл, блестящий, напоминающий то же самое, что и «Гелиада». В принципе, то же, что и всё остальные корабли. Лоуренс воодушевлённо вздохнул. Пройдя к входу, он на минуту дотронулся ладонью до обшивки корабля. Металлический холод означал то, что шаттл недавно побывал в космосе. Наверняка «Гелиада» бы возмущённо пошатнулась в сторону и произнесла парочку неласковых слов, но этот шаттл беспрекословно впустил Тимоти внутрь. Изнутри она ничем не отличалась от кабины «Гелиады», разве что обивкой кресел - серебристую ткань пересекали крестообразные узоры из жёлтых ниток. Усевшись в кресло, Тимоти взглянул на дисплей. Цель уже мигала красноватой точкой, автопилот был включён. Ангел даже слишком позаботилась о своём старом друге. Лоуренс, не задумываясь, пробежал пальцами по нужным кнопкам. «Переход на ручное управление. Выберите сенсорное или кнопочное рулевое управление». Холодный голос девушки дополнял прохладу в кабине. Здесь всё было безжизненным и в то же время приятным. Тимоти мог бы довериться этой Джековой железке даже, может быть, больше, чем «Гелиаде». Лёгкий аромат чистоты и новой обивки придавал комфорта. Мужчина с умиротворённой улыбкой выбрал второй вариант из предложенных кораблём. Нажав комбинацию клавиш и потянув рычаг, он крепко ухватился за руль. Шаттл плавно поднялся в воздух. Раздался тихий непривычный гул двигателя, транспорт мягко развернулся на месте и плавно направился к широкому люку. На панели управления корабля загорелась жёлтая кнопка, наряду с этим жёлтые лампочки вокруг люка мигнули тройку раз и загорелись зелёным. Кнопка в кабине так же засветилась зелёным, издав писк. Гигантские створки люка слой за слоем разъезжались в стороны. Невообразимо глубокое звёздное пространство встретило Тимоти бесконечной темнотой. Корабль и открытый космос разделяла почти незаметная голубоватая оболочка, удерживающая воздух в помещении. Тимоти направил шаттл к темноте. Включились турбины, и у пилота перехватило дыхание. Скоростной корабль мчал, как по воде, быстро и плавно. Никаких резких движений и толчков. Оказавшись в открытом космосе, Тимоти совершил широкий дугообразный поворот и устремился к розовому шарику-Пандоре. Двойник изо всех сил сдерживал поток мерзких мыслей. Ему казалось, что он видит своё безобразное отражение в лобовом стекле. Лоуренс сильнее сжал руль, напрягаясь всем телом. Он ощущал всю иронию своего существования, что казалось одновременно гадким и смешным, но хуже этого оставалось одно – он ничего не может с этим сделать. Он не может ни злиться, ни смеяться. Ни одно из этого не сможет что-либо изменить.