I'm still here

Пропал ребёнок. Здание поставили на расследование, и весь месяц не было ни одного посетителя. Мы с Фредди и новые аниматроники были бесполезны, людей почти не было, и мне впервые разрешили спокойно передвигаться по всему периметру здания. Я и на кухне побывал, и зашёл к «новым» аниматроникам. Наш переезд слегка затянулся. Из-за постоянных расследований у начальства возникли проблемы, и уже ни о каком переезде или моей починки никто и не думал. Неужели нас забросят, и мы так и будем медленно сгнивать в этих стенах? Поскольку Бонни, Фредди и Чику никто не включал, они стояли неподвижно круглые сутки. Изредка я сталкивался с Золотым Фредди в коридорах и старался пройти мимо него как можно незаметнее. Но однажды мы всё-таки столкнулись. Это было в главном холле. Иногда, нас не выпускали. Когда приходила полиция, чтобы в n-ый раз обыскать всё и вся, нас загоняли по местам – мол, нечего расследованию мешать. Но сегодня никого не было. Ранним утром в холле было темно. Свет только-только восходящего солнца из-за полупрозрачных штор падал на шахматную плитку. Со скуки я стал проигрывать мелодию, записанную из коробки марионетки. Тогда Он и пришёл. Он стоял в начале коридора и сверлил меня взглядом, как и всегда, если мы сталкивались. Он хотел спросить, а я бы хотел ответить. Но ни он, ни я не могли сделать этого. Вместо этого я проиграл мелодию ещё раз. Он, наконец, сдвинулся с места и, переваливаясь с одного бока на другой, двинулся ко мне. Думаю, что со стороны это было жуткое зрелище – два жёлтых, здоровых механических животных сидят на стульях, словно люди. Фредди был в несколько раз шире меня, и человеческий стул, как и мне, впрочем, был не по размеру. Он что-то положил на стол. Это был плакат, неаккуратно содранный со стены. На нём был изображён маленький ребёнок. Внизу что-то написано, я не мог распознать буквы при таком освещении. Может, это функция такая, а может это очередная ошибка в моей программе, но я действительно могу распознавать, складывать в слоги и понимать письменную речь. Пусть это и занимает очень много времени. Меня осенило – он держал в «лапах» объявление о пропаже ребёнка. Я придвинул листок к себе, изучая его взглядом. Маленькая девочка с волосами, заплетёнными в два хвостика. Она мертва. Только больное животное может навредить детям. Как можно поступать так с тем, кто намного слабее, намного меньше? Даже я, глупая механическая игрушка, понимаю это, а живой человек с бьющимся сердцем – нет. Как же я хочу лицом к лицу встретится с этим монстром. «Пурпурный человек» заходил очень редко. Или он был завален работой. Или не видел необходимости в посещении заведения. Ночью были сменные охранники на неделю. Мало кому нравилось происходящее в пиццерии, все волновались за свои жизни. Где-то рядом ходит убийца. И, кажется, мы привезли убийцу с собой. Кто это может быть? Я пожалел, что не записывал информацию, ни как звук, ни как видео. Это могло бы пригодиться. Да, конечно, я бы не смог передать эту информацию кому-то другому, но я сам знал бы, что за зверь творит это. Я бы знал, кто убивает детей. И я бы сам попытался это предотвратить. Если пока мне не суждено веселить и развлекать детей, я изберу своей целью охранять их. Я буду совсем как этот «Пурпурный человек». Мне было приятно такое сходство с ним. Я тоже буду сохранять кому-то жизнь, защищать кого-то от мерзких лап сумасшедшего психа. Да, мне нравится эта цель. Зиму сменила весна, а пропажу и убийство так и не раскрыли. Три уже не таких новых аниматроника покрылись пылью, а мыши прогрызли провода и обшивку. Я часто вглядывался в них: в их внешний вид, в их глаза. Они сильно отличались от меня. Я часто сравнивал себя с фиолетовым кроликом. У нас было много мелких различий, включая даже угол наклона наших ушей. Форма головы, и то, что у меня пять пальцев - а у них по четыре. В этом плане я больше похож на человека. Повторный осмотр игрушек дал понять то, что они не очень уж качественно сделаны. У курицы разболтаны крепления на руках, того и гляди отвалятся. Так же у всех трёх имелись проблемы с челюстью: видимо, хотели сделать как можно подвижнее, но теперь на одних проводах болтается. В пиццерии было много крыс и тараканов. Ужасно. Хорошо, что мы переедем (я надеюсь) в другое место. Возможно, там будет меньше всей этой гадости. Мало того, что это опасно в плане санитарии, ведь здесь питается много детей. Это плохо и для нас, аниматроников. Мыши могут перегрызть важные провода и оставить нас без слуха, зрения и движения. Нужно уделить этому как можно больше внимания. С каждым днём аниматроники становились всё ужаснее и ужаснее на вид. В тихие и размеренные дни ворвалась Маргарет. В прямом смысле ворвалась – распахнув на всю двери пиццерии, она приказным тоном велела мужчинам, идущим за ней: «Грузи этих. В грузовик их всех. Живее!» Троих аниматроников волокли за собой по полу. Они царапались, ткань рвалась, у Чики отлетела правая лапа, и мужчины даже не сразу это заметили. Я ждал, когда выйдет Золотой Фредди, но он всё не появлялся. Через минуту его вытащили так же, как и остальных. У него не было эндоскелета. Куда они его дели? Почему от Фредди остался только безжизненный костюм? Не то, чтобы мы были друзьями, или что-то в этом вроде, но мне было дико осознавать, что его «скелет» просто вытащили, и теперь он всего-навсего бесполезный костюм. – То же будет и с тобой, подожди немного, – прошипела рыжая, бросая на меня гневные взгляды. Но сейчас мне не было дела до её отношения ко мне. Все мои мысли занимал Золотой Фредди, и то, что с ним произошло. Связано ли это с тем, что он показывал мне объявление о розыске? Пытался ли он что-то найти или, может быть, он сам причастен к исчезновению девочки? Может, он причастен и к первому убийству? Может, показывая мне это объявление, он хотел сознаться? Когда мы и кое-какая мебель оказались в кузове, я решил осмотреть его пустой костюм. Нехорошее подозрение у меня было по поводу костюма. И я не ошибся. Во внутренней части груди было словно ногтями выцарапано «Это я». Значит, он правда хотел признаться мне в чём-то, но не смог, потому что преступник извлёк из него эндоскелет? Может ли это быть Маргарет? То, что она сказала мне сегодня – это веский повод обвинить её. Она вообще не кажется мне уравновешенной, я не хочу, чтобы она была рядом с детьми. Она всегда притворяется. Как же я хочу объяснить это «Пурпурному человеку». Ему необходимо знать это. Если не я, то он точно отомстит за детей. До нового заведения было не так уж и далеко, по словам «Пурпурного человека», но мы ехали достаточно долго. Нашу машину разгружали последней, поэтому мне ещё несколько часов пришлось сидеть рядом с костюмом Золотого Фредди. Он был похож на труп. Наклонённая голова, свисающие руки, чёрные, пустые глазницы. Торчащие провода. Его повредили, пока тащили. Да и когда из него вытаскивали эндо-скелет, его не слабо повредили. Двери кузова открыл мужчина в так полюбившейся мне фуражке с пурпурной лентой. – Идём. За мной. Я вылез из кузова без его помощи, а затем замер. Что будет с Золотым Фредди? Неужели он бросит его здесь? Его выкинут? Это имела в виду Маргарет, говоря «с тобой будет то же самое»? – Забудь о нём! Просто забудь и иди за мной! Он был очень зол. Брови были сдвинуты на переносице. Так у людей бывает, когда они очень сердиты. Я не хотел ещё больше злить и так раздражённого охранника, поэтому пошёл за ним, иногда едва ли не обгоняя. И снова двери пиццерии распахнулись передо мной. Шахматный пол, тёмный зал, игрушки. Видеть уже это не могу. Мы быстро прошлись мимо остальных комнат. Дети, которые были в пиццерии, показывали на меня пальцем, что-то говорили своим родителям, а те хватали их за руку и отводили подальше, прижимали к себе. Мы прошли в мастерскую. Или подобие мастерской, какая была в прежних двух заведениях. И… я увидел трёх «новеньких». На новеньких они уже не были похожи: искорёженные, побитые, без конечностей, без деталей. Детали валялись рядом с ними, некоторые были раскрошены. А ведь, кажется, ещё совсем недавно я разглядывал совсем новеньких игрушек. Как давно я потерял счёт времени? Встретили нас новые, блестящие аниматроники. Это были те же персонажи, разве что более яркие, более милые. Более похожие фигурой на людей, в отличие от старых, немного мешковатых аниматроников. И взглядом они тоже отличались. Нет, они вовсе не «думали» и не «понимали». Их глаза были такими же пустыми – В них встроена особая программа. Они преступника отлавливают. Поэтому сюда и переехали. Они обнаружат преступника, и… ну, поймают его. Остаётся надеяться на лучшее. Плевать, плевать на моё сознание, установите мне такую же программу! Чего с меня толку с моим сознанием? Я не хочу быть бесполезным. Я – бесполезный. Хлам, мусор, трата средств, не оправдавший себя проект. Почему «Пурпурный парень» снова ведёт меня к комнате, которая находится дальше всех? Почему я снова должен сидеть здесь один? Разломайте меня на части и создайте что-то более полезное. Используйте всё, что сможете. Как и ожидалось, я снова был заперт в «безопасной комнате». На ночь был нанят «недельный» охранник. Иногда я слышал, как он проходил по коридору. Он постоянно слушал рацию, повторяющую запись. Инструкцию, которая была записана начальником охраны – «Пурпурным парнем». Не успела начаться его смена, как раздался истошный вопль.