В прошлое

— Доброе утро. Сириус и Джеймс обернулись на голос. Это оказалась Гермиона, которая рассеянно взяла несколько тостов со стола Гриффиндора. — Доброе утро, ты выглядишь усталой, — прокомментировал Джеймс с беспокойством в голосе. Гермиона кивнула. Было семь утра, и они находились здесь так рано, поскольку это был первый день квиддичного сезона. — Я долго не могла уснуть, — призналась она. Джеймс рассмеялся: — Как и мы, — сказал он, а Сириус усмехнулся. — Да, мы обычно не спим перед игрой, — сказал он. — Садись. Гермиона улыбнулась предложению и села рядом с ними. — Вам не нужно нервничать, Гриффиндор — лучшая команда, они выигрывали кубок последние четыре года, — сказала она с улыбкой. Джеймс ухмыльнулся. — Знаю, — с гордостью сказал он. — Кстати, мы не говорили тебе, что выигрывали последние четыре года, и что все это временя Сириус и я были в команде. Гермиона улыбнулась, наливая себе тыквенный сок. — Это только говорит мне, что вы чувствовали потребность указать мне на это, а из всего этого следует, что у вас обоих слишком раздутое эго, — сказала она с усмешкой. Сириус ухмыльнулся. — Это только потому, что у нас есть для этого все основания, — нахально сказал он, подмигнув. — В любом случае Миона, почему ты не могла уснуть прошлой ночью? — спросил Джеймс, накладывая себе яичницу в тарелку. Гермиона нахмурилась, не уверенная, открыть ли им настоящую причину или нет. — Я услышала, что Северус и Рудольф говорили обо мне в гостиной, — сказала она со вздохом. — Северус сказал, что он отказался встречаться со мной, потому что я незрелая и веду себя по-детски. Сириус фыркнул: — Он идиот, Миона. Если кто и ведет себя по-детски, так это он. Джеймс поднял глаза на своего лучшего друга. — Как будто бы ты очень зрелый, Сириус, — сказал он, зевая. Сириус просто отмахнулся от этого комментария. — У меня было только три часа, чтобы поспать прошлой ночью, Сохатый, и я не хочу сегодня обращать внимание на оскорбления Нюн… э-э-э, я имею в виду Снейпа, — сказал он, исправляясь, когда Гермиона посмотрела на него. — То есть, у вас первый матч сезона против Слизерина, я права? — спросила Гермиона, глядя на пустой Слизеринский стол. — Верно. А за кого ты собираешься болеть? — спросил Сириус с улыбкой. Гермиона улыбнулась и увидела, как Беллатрикс и Нарцисса вошли в зал. — За Слизерин разумеется, и мы собираемся надрать вам задницы, — со смехом сказала она. — Я бы пожелала вам удачи, но, так как вы наши конкуренты, не могу. — Поживем-увидим, Миона! — крикнут Джеймс в спину удаляющейся к столу Слизерина Гермионе. — Доброе утро, — садясь, сказала она Беллатрикс и Нарциссе. — Доброе утро, Миона, — сказала Нарцисса с улыбкой. — Ты выглядишь усталой, — прокомментировала Беллатрикс. Она казалась взволнованной; сестер, казалось, беспокоит то, что она начала так близко общаться с гриффиндорцами, но сейчас она просто проигнорировала это. — Я долго не могла уснуть прошлой ночью, — призналась Гермиона. — О, это из-за того, что сказал Северус? — спросила Нарцисса. Вчера вечером Гермиона рассказала им об этом, когда появилась в гостиной в два часа ночи. Гермиона кивнула. — Я просто думала, что он тоже скучает по мне, но… я уже не знаю, не понимаю, зачем он это делает, — она потерла глаза. — А во сколько начинается игра? — попросила Гермиона своих подруг. — Гм, в девять утра, — ответила Нарцисса. - О, а вот и наша команда, — пробормотала она, смотря на семь парней, одетых в зеленую квиддичную форму. Спереди шел Люциус Малфой, позади него Рудольфус Лестрейндж, Робби Паркинсон, Дариус Булстроуд, затем шли Крэбб и Гойл старшие, а замыкал процессию никто иной, как Северус Снейп. — Сев на команде? — спросила Гермиона в шоке. Нарцисса кивнула. — Он — ловец, — сказала она. — А он что, не сказал тебе об этом? Гермиона покачала головой. — Нет, не сказал, — ответила она тихо. Беллатрикс продолжила. — Рудольфус — вратарь, Крэбб и Гойл — загонщики, Люциус, Паркинсон и Булстроуд — охотники. — Скажи, а Рудольфус все еще твой парень? — спросила Гермиона Беллу, которая покраснела от ее вопроса, но у нее не было времени, чтобы ответить, потому что Рудольфус сел рядом с ней. — Доброе утро, детка, — сказал он и поцеловал ее в щеку. Нарцисса прошептала на ухо Гермионы: — Думаю, это означает «да», — сказала она с усмешкой. Гермиона улыбнулась, она была счастлива за Беллатрикс, хотя и знала, что потом с ними станет. — Итак, вы собираетесь сегодня наподдать гриффиндорцам, — обратилась Гермиона к изумленной команде. — Верно, у нас есть отличный план, — сказал Люциус, ухмыляясь. — Кстати, я капитан команды. Они не говорили с момента последнего инцидента, но Гермиона не видела вреда от этой короткой беседы. — А у вас действительно есть хороший план на эту игру, чтобы победить их? Потому что, если они выиграют кубок в этом году, мы его никогда больше не увидим. Люциус кивнул. — Это мой последний шанс, чтобы выиграть, так что я собираюсь попробовать свой план, — сказал он с блеском в глазах. Завтрак прошел быстро и, прежде чем они это заметили, настало время идти на квиддичный стадион. Гермиона пошла на стадион вместе с командой, Беллатрикс и Нарциссой. Затем, вместе с сестрами, Гермиона поднялась на трибуны, где они заняли лучшие места, потянув пальто, поскольку в начале ноября было уже достаточно прохладно. Трибуны заполнились и игра началась. Гермиона не много знала о квиддиче, помимо того, что это очень опасная игра, поэтому она не могла постоянно смотреть на Северуса на протяжении всей игры. Он превосходно летал, но она была в ужасе, если что-то шло не так. Гриффиндор забил первый мяч и она кричала «бу-у» вместе со всеми, затем Слизерин забил и она прыгала и приветствовала команду как и все остальные. Она действительно любила квиддич, любила его командный дух. Несколько минут спустя Слизерин снова забил, и оба раза это были Люциус. Теперь они лидировали по очкам. Гриффиндор попытался забить, но Рудольфус схватил квоффл и Беллатрикс закричала: — Давай, детка! — к ее смущению, весь стадион это слышал и видел, как Рудольфус подмигнул ей. Пять минут спустя Слизерин получил право на пенальти, когда Сириус нарочно ударил бладжером Люциуса. Паркинсон кинул квоффл и Слизерин забил в третий раз. Игра шла уже примерно двадцать минут, когда Гермиона заметила, что Северус увидел снитч. Она подтолкнула Нарциссу. — Смотри, он увидел снитч! — завопила она и указала на Северуса, который наклонился вперед и помчался к чему-то. Джеймс это заметил и погнался за ним, они мчались бок о бок, пытаясь столкнуть друг друга с пути, и быстро приближались к земле. Северус вырвался вперед, протянул руку и схватил снитч. — О, мой Бог, снитч у него? — спросила Беллатрикс, наклоняясь вперед, чтобы получше рассмотреть, как Северус взлетел повыше, держа снитч в руке. Слизеринцы обезумели и Северуса унести с поля на руках. Гермиона усмехнулась, когда шла позади толпы в замок. — Это был первый раз, когда он поймал снитч, — сказала Лили у нее за спиной. Гермиона обернулась. — Я очень рада за него, — сказала она. — Но я сожалею, что вы проиграли, я уверена, Джеймс и Сириус будут в плохом настроении всю неделю и не будут со мной разговаривать. Лили покачала головой. — Нет, они этого не сделают, — сказала она с улыбкой Они достигли двери замка и Гермиона сказала: — Я лучше пойду и присоединюсь к вечеринке, — улыбнулась она своей подруге. — Увидимся позже. — Конечно, Гермиона, — сказала Лили и они разошлись. Когда Гермиона вошла в гостиную, пара рук обхватила ее за талию. Она была шокирована этим, но сразу же узнала запах ингредиентов для зелий. — Северус, — прошептала она. Северус отстранился от нее с огромной улыбкой на лице. — Мне очень жаль, что я вел себя как глупец эти последние несколько недель, но я очень скучал по тебе, Гермиона, — признался он, и прежде чем Гермиона имела возможность ответить ему, Северус поцеловал ее посреди гостиной, перед всем факультетом Слизерин. Гермиона улыбнулась и поцеловала его в ответ, когда она отстранилась, Северус спросил: — Ты согласна быть моей девушкой? Гермиона усмехнулась. — Да, — радостно сказала она. Северус усмехнулся и схватил ее за руку. — Пойдем, Рудольфус и Люциус протащили контрабандой сливочное пиво, — сказал он ей и потянул к своим друзьям. Когда Гермиона проходила мимо Нарциссы и Беллатрикс, они обе счастливо улыбнулись ей, а Нарцисса проговорила одними губами: «Я же тебе говорила!» Это замечание заставило Гермиону хихикнуть. И за это она полюбила квиддич еще больше: за его атмосферу, настроение, это было — волшебно.