Это было нашим секретом, нашим воспоминанием.

POV Амелия.

— Знаешь, тебе стоит прекратить падать в обморок так часто, Амелия. Я не хочу лишиться подружки невесты, — первое, что мне сказала Мелани, когда я открыла свои глаза. — Я постараюсь, — прохрипела я, пытаясь не закрыть свои глаза, удобней устраиваясь на подушке. — Где…? — Мальчики уехали в город, как и Корнелия, мы хотим все подготовить к церемонии. Эдвард ушел куда-то, а Гарри здесь, дома. Ты хочешь их увидеть? — Я-я не знаю. — Ты увидела их прошлое, верно? — Думаю, мне не стоило это видеть. — Поверь, тебе стоило, иначе ты бы никогда не поняла почему они так ведут себя. — Но они мне этого не рассказывали… — И теперь ты знаешь почему, милая. — Мелани убрала мои волосы со лба. — Мне тоже нужно в город, я хочу забрать свое платье. — Так вы этим занимались все это время, пока нас с Эдвардом не было? — Прости, я не хотела тебя тревожить с этим. Мне Корнелия помогла, а ты занята, и я… — Все в порядке. — Я взяла блондинку за руки. — Я знаю, что ты просто не хотела меня тревожить лишний раз, и я понимаю, что меня лучше не выводить в люди, пока я в таком состоянии. Правда, я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя. — Тебе нужно ехать. — Я поджала губы. — Да, я приеду, и ты оценишь мое платье, ладно? — Хорошо. Мелани поцеловала меня в лоб и неохотно вышла из комнаты, прикрывая дверь. Я тут же встала с кровати и направилась в душ, чтобы сделать хоть что-то человеческое. Увидев свое отражение в зеркале, я поняла, что мне стоит, правда, прекращать падать в обморок. Я должна походить на человека. Надев после горячего душа спортивный костюм черного цвета, который я нашла в своем шкафу, я спустилась на кухню, чтобы сделать себе чай. Я остановилась в проходе, так как увидела Гарри за столом: он вертел в руках чашку с чаем, смотря в одну точку. Парень вышел из состояния транса и посмотрел в мою сторону. Он был слегка удивлен, его губы приоткрылись, он хотел что-то сказать, но не знал как это сделать. — Привет, — сказала я первая, заходя на кухню, чтобы все же сделать себе чай. — Ты меня ненавидишь? — он тихо спросил, наблюдая за каждым моим движением. — Нет. — Даже зная правду? — Гарри, — я повернулась к парню лицом, — эта правда делает мне лишь больно потому, что больно Эдварду. Я…я просто не понимаю как ты мог так поступить. — Я был счастлив иметь хоть немного того, что имел он. — Что? Гарри кивнул на стол, приглашая меня за него. Я взяла кружку со своим чаем и села за стол напротив парня, прося его продолжить. — Эдвард был очень популярен в школе, его все любили, а я был невидимкой. Ты понимаешь какого это? Быть вроде как живым, но тебя не существует. Ни для кого. — Я понимаю. — Я сделала глоток из кружки, на секунду вспоминая старую Амелию, которая для всех была невидимкой в школе, шрамы на руках на секунду появились перед моими глазами. — И в какой-то момент все изменилось: Джо обратила на меня внимание. Какая-то часть жизни моего брата стала касаться и меня! Я был так счастлив, когда она стала здороваться со мной, мы с ней стали болтать иногда, когда она гостила у нас, однажды она пригласила меня на вечеринку. Эдвард не знал, что я буду там, поэтому никто не следил за мной, а Джо подливала мне, потому что видела как мне было плохо. Я плохо помню ту ночь, но на утро я проснулся с Джо в одной кровати, мы были оба голыми, поэтому я понял, что случилось. Я стал сразу же извиняться, а она успокоила меня, сказав, что это будет нашим с ней секретом, и поцеловала меня. И после все стало меняться: компания Эдварда приняла меня, мой брат перестал следить за мной, как за маленьким, он стал просто приглашать меня куда-то. Так продолжалось очень долго, но в какой-то момент я увидел кое-что… Гарри замолк, ему было сложно говорить, но я смогла поддержать его лишь касанием своей руки по его ладони. — Эдвард действительно любил Джо. И это разрывало меня изнутри, потому что он моя семья, он мой брат, если бы он все узнал, что мы с Джо делаем за его спиной, это бы разбило его сердце. Но оно разбилось трижды за один вечер: он узнал о нас, смерть Зейна, предательство всех его друзей, которые бросили его. — Голос Гарри понизился до шепота: — И я до сих пор чувствую всю ту боль, что он чувствовал в ту ночь. Я вздохнула, правда, не зная, что мне сказать. Мне так хотелось забрать эту боль, которая до сих пор убивает Гарри, что сама не понимая этого, я стала выкачивать из него темную энергию. Я взяла две его руки в свои, закрыв глаза, стараясь сосредоточиться на чем-то хорошем. Я решила забрать его плохие воспоминания, заменив их хорошими: воспоминания, которые касались его и меня.

(Demi Lovato – Stone Cold)

— Привет, Гарри, — улыбнулась я, этот парень только одним своим видом поднимает настроение. — Проходи. — Привет. Первое утреннее приветствие. Стайлс взял меня за руку и повел к старту. Я рассчитала, что от старта до финиша, примерно, 10 метров, может и больше. На старте и финише стоят факелы, чтобы было лучше видно все. — Ты первая, красавица, — обратился ко мне Гарри и посадил к себе на спину, я обвила его туловище ногами, чтобы не упасть по пути. Пляжная вечеринка с ним. — Может, останешься? — спросил он. Я закусила нижнюю губу, обдумывая его предложение. — Ничего криминального, просто хочу поговорить с тобой, Ами. С тобой разговоры настоящие. Разговоры длинною в ночь. Парень пальцами держал меня за подбородок, притягивая к себе. Мне нравится его не навязчивость. Он будто боится спугнуть меня. Я сделала маленький глоток воздуха, чтобы не умереть от волнения. Гарри коснулся своими губами моих, ожидая моей реакции. Такое легкое касание, он такой осторожный, будто этот поцелуй может уничтожить меня. Я рукой обхватила его щеку, поглаживая, снова притягивая Гарри к своим губам. Несколько секунд колебаний. Я делаю рывок вперед и целую его, сильней прижимаясь к его пухлым губам. Стайлс улыбнулся, держа меня за шею, слегка углубляя поцелуй. После нескольких минут, хотя я думала, что прошло всего две секунды, мы оторвались друг от друга. Прислонившись лбами друг к другу, мы улыбались, покусывая губы, на которых оставили наш первый поцелуй. — Хотел бы я каждый вечер заканчивать поцелуем с тобой. Первый поцелуй. — Ты ведь знаешь, что я не встречал таких девушек, как ты, и то, что я не знаю, что между нами происходит? Поэтому, я думаю, что я люблю тебя. Я люблю тебя, Амелия. Первое признание в любви.

(30 Seconds To Mars – A Beautiful Lie)

— Я люблю тебя, Амелия, — Гарри произнес эти слова, и я отпрянула, резко вставая из-за стола, потому что поняла в каком смысле он имеет это в виду. Я случайно задела кружку со своим чаем, она упала на пол, разбиваясь, чему я была благодарна, потому что этот звук скрыл мой испуг. Отойдя назад от лужи, которая образовалась, я собиралась убежать, но Гарри оказался быстрей. Я была прижата к стене, и губы парня накрыли мои губы. Сопротивляться у меня не получилось, силы Гарри были намного сильней моих, я не понимала почему. Когда воздух в наших легких закончился и брюнет оторвался от меня, я тут же ударила его. Это получилось непроизвольно, но выражение лица Гарри изменилось: он разозлился. Его зеленые глаза смотрели прямо в мои, и я могла заметить как его зрачки расширились. Через секунду его глаза стали черными, как у демона, а вены на коже вздулись, начиная темнеть, все шло от плеча. Я растерялась, продолжая смотреть на Стайлса, его аура темноты стала давить на меня. Сжав кулаки, я смотрела в его глаза, а он смотрел на меня, как щенок, слегка опустив свою голову влево. Он не узнавал меня. — Прости, — я извинилась, поднимая руки, используя свою силу, отталкивая это существо к противоположной стене. Стена пострадала больше от удара об тело Гарри, поэтому мне пришлось убегать от него. Я побежала к двери, тут же выбегая на улицу, зная, что никого нет рядом, чтобы защитить Гарри от меня, если я не сдержусь. Я побежала в лес, потому что там точно никто не пострадает из-за нас с ним. Гарри оказался быстрым, но я далеко оторвалась от него, пробираясь сквозь заросли. Волосы цеплялись за ветки, ладони рук были расцарапаны, но я была в безопасности, пока были хоть какие-то преграды между мной и Стайлсом. Но эти преграды закончились, когда я споткнулась и кубарем упала вниз по пригорке, чувствуя, что сильно повредила руку. Я все была в грязи, оказавшись на пустой поляне. Это было самое опасное место для меня сейчас, не было никаких преград. Сев на колени, я прислушалась к тишине, которая окутала лес. Я встала на ноги, жмурясь от боли в руке, продолжая осматривать поляну. Услышав шорох, я посмотрела на кусты, которые шевелились, поэтому тут же взяла большую палку, она валялась перед моими ногами, готовясь защищаться, как человек. — Я не могу драться с тобой, Гарри! Ты можешь умереть! — крикнула я в сторону кустов, медленными шагами подходя к ним. Тут же из них вылетела стая птиц, которые напугали меня до смерти, своими когтями царапая мое лицо. Я выронила палку из рук, падая на землю, чтобы защититься от нападения животных, выжидая несколько минут, чтобы они улетели. Перевернувшись на спину, я приподнялась на руках, чтобы добраться снова до палки, но меня оттолкнули от нее. Я с огромной скоростью улетела в ствол дерева, ударяясь об него, скатываясь вниз. Открыв глаза, непроизвольно касаясь ладонью головы, с которой стекало немного крови, я увидела перед собой расплывчатого Гарри. Он стоял немного дальше меня, рассматривая своими черными глазами. Мне не хотелось казаться побежденной, я встала, пошатываясь. Палка, которой я могла защититься была около Гарри, который не отрывал от меня взгляда. — Что с тобой случилось? — я спросила, стараясь сфокусировать взгляд, все продолжало плыть перед глазами. Гарри молчал. — Ты слышишь меня? Гарри, ответь! Он молчал, оскалился, начав идти на меня, я выставила руки вперед, но было понятно, что я не сделаю Гарри больно. Каким бы он ни был монстром, как бы он меня сейчас ни ненавидел, как бы больно мне ни сделал — я его люблю, он мой друг. Я так и стояла, с вытянутыми руками, парень схватил меня за горло, поднимая над землей. — Гарри, остановись! Я не сделаю тебе больно…пожалуйста, — воздух в моих легких заканчивался, поэтому эти слова удалось мне выдавить с трудом. Я сжала кулаки, чувствуя, что мой демон рвется наружу, чтобы защитить меня. — Пожалуйста. Но было поздно, мой демон одолел меня. Черная пелена окутала мои глаза, хватило сил, чтобы руками обхватить руку Гарри, используя свою тьму против его темноты. Его рука стала будто усыхать в моей хватке, он отпустил меня; я упала на землю, начав дышать, слыша, учащенное дыхание существа. У меня появилось столько сил и ненависти, что я могла тут же уничтожить Гарри, но я упиралась руками в землю, стараясь сдерживать себя. Я думала, что темное существо этим воспользуется, но он присел передо мной, касаясь ладонью моей щеки. Он заставил меня смотреть в его глаза, в которых я отражалась. Тьма смотрела на тьму. Существо почувствовало мое превосходство над ним, и снова схватило меня за горло. Но я продолжала смотреть ему в глаза, пока они не стали закрываться. Я была готова снова отключиться, потому что силы покидали меня, но Гарри отключился первым. Эдвард ударил его булыжником по голове и тот упал на землю, отпуская меня. — Амелия! — Эдвард подхватил меня, руками прижимая к своему телу мою голову. Я уткнулась носом в его грудь, начав плакать от того, что могла убить Гарри, если бы демон все таки осилил меня. — Кто-то наложил на него заклинание тьмы. — Корнелия села на колени перед Гарри, начав осматривать его тело, которое было покрыто темными венами. — Я чувствую чужой запах здесь, — сказала Мелани, принюхиваясь.

***

Мы вернулись домой, Эдвард уложил меня на кровать, а сам лег рядом, не выпуская меня из своих объятий, потому что я не переставала плакать. Лишь около полуночи у меня получилось успокоиться, тогда мы вместе пришли в подвал, где Корнелия работала над Гарри. Она стояла над его телом, которое находилось на столе, и что-то бормотала себе под нос. — Она забирает у него всю темную энергию, — объяснил мне Лиам. — Видишь, вены принимают человеческий вид, он будет в порядке, Амелия. Я наблюдала как тело Гарри действительно покидает вся темнота, парень корчился от боли, но не просыпался, что было плюсом для него, потому что это было похоже на операцию. Сон — это наша анестезия перед любой болью. Эдвард привел меня в гостиную, усаживая на диван между своих колен, целуя в шею. По моей коже пробежали мурашки, но я продолжала смотреть вперед, на дверь, которая вела в подвал, потому что ждала, когда Гарри появиться. — Он будет в порядке? — я спросила. — Да. — Не ври мне. — Гарри будет в порядке, Амелия, я знаю это. — Ты ведь всегда был таким пессимистом, что случилось? — бесчувственно и с сарказмом спросила я. — Я многое переосмыслил сегодня. После того, что ты узнала, обо всем, что случилось, что изменило меня, я осознал, что ты моя надежда. — Как я могу быть твоей надеждой? — Все катилось к чертям, пока я не встретил тебя, я думал, что проживу всю свою жизнь здесь, в этом городе, который ненавижу. Но появилась ты, твой мир. И у меня появилась цель — изменить наши с тобой жизни. Ты моя надежда на счастливый конец. Я обещаю, что у нас будет счастливый конец. — Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать. У нас с тобой не может быть счастливого конца. — Пессимистка, я люблю тебя. — Твой брат пострадал из-за меня, а мы тут сидим и обнимаемся! — проворчала я. — Слушай, я кучу раз страдал из-за тебя, пока ты с ним обнималась и целовалась, дай мне хоть немного отомстить ему. Я фыркнула и повернулась лицом к Эдварду, ногами обвивая его талию: — Гарри поцеловал меня. Искорки в глазах парня погасли, он уставился на меня, не зная, что ответить; я взяла его руки в свои ладони, вздыхая: — Ничего не говори, дай мне сказать. Я люблю тебя, Эдвард. Но я не понимаю почему все происходящее все равно делает тебя таким оптимистом. Я ни разу ничего не сделала правильно, чтобы ты думал, что я твоя надежда на счастливый конец. Я причина, по которой все это происходит! Но ты продолжаешь любить меня, а я…я люблю тебя с каждой секундой все больше и больше, уже не знаю, когда будет конечная точка моей любви к тебе. Каждый раз, когда мне кажется, что я люблю тебя окончательно, что-то происходит, и я люблю тебя еще больше. И это самое страшное — мы любим друг друга настолько, что все это кажется нам посильным! Поцелуй с Гарри доказал мне, что я люблю тебя, потому что мне было страшно осознавать, что меня касается кто-то, кроме тебя. Я не могу без тебя. Я настолько была напугана, что оттолкнула Гарри с помощью телекинеза, не хотела, чтобы он был так близко ко мне, как ты. Ты — все, что мне нужно, о чем я думаю, это и страшно. Моя любовь делает тебе только больно, ты это понимаешь? Одна боль. — А я все равно люблю тебя, Амелия, — Эдвард прошептал, касаясь своим носом моего. — Я видел этот поцелуй, потому что был здесь, ошивался около дома, думая, что сказать тебе после того, что ты узнала. Я видел как тебе было страшно, но не мог ничего поделать с этим, потому что до последнего думал, что ты сделаешь. Я признаюсь, что все это время боялся, что ты выберешь моего брата, а не меня, но я увидел, что ты отказала ему в поцелуе. Я всегда боялся, что ты будешь играть со мной за моей спиной, как это делала Джо, о которой ты узнала. Но ты сделала все наоборот, ты подарила мне надежду. Поэтому ты моя надежда на лучшее. — Ты видел все? Ты следовал за нами, когда я убегала от него? — Я всегда следую за тобой. — Прижался он ближе, своими губами едва касаясь кожи моих щек. — Я люблю тебя, я обещаю, что все будет в порядке. Мы всегда будем рядом, ладно? Я побежал за тобой и Гарри, набирая сообщение, и отправил его всем. Наши друзья были рядом с нами, они пришли на помощь. Пока мы есть друг у друга — мы со всем справимся. — Я люблю тебя, — сказала я, чувствуя слезы на своих глазах. — Я люблю тебя, веснушка. — Эдвард поцеловал меня в лоб, прижимая к своей груди.

***

Я ходила по гостиной из стороны в сторону, изредка поглядывая на Эдварда, который заснул. Мне пришлось засунуть ему в руки подушку, чтобы он думал, что это я, потому что я с трудом вырвалась из его объятий. Звук тресканья, который издавал огонь из камина, слегка отвлекал меня от моих отвратительных мыслей. Но я все равно ничего не могла с собой поделать. Я спустилась в подвал, где лежал Гарри, а рядом с ним находилась Корнелия. Она была истощена, забирая у него темную энергию. Девушка сидела на стуле, засыпая, мешки под ее глазами были огромны. — Как ты? — она спросила у меня. — Сомневаюсь, что сейчас стоит говорить обо мне, — прошептала я, садясь перед черноволосой на колени. — Тебе надо поспать. — Я еще не закончила. — Я могу. — Ты не знаешь этого заклинания. — Я демон — мы чувствительны ко всему. Я могу забрать остатки темной энергии у него, если это какое-то заклятие. — Тот, кто наложил его, довольно сильный. — Мы же все знаем, кто это делал. — Поджала я губы. — Ты сильней его, Амелия. Ты должна это помнить. — У меня не хватит сил победить его. — У Гарри Поттера же хватило сил победить Вола-де-Морта, — с нотками радости произнесла Корнелия. Я улыбнулась, но вновь посмотрела на ее руку, которая переплеталась с рукой Гарри, и коснулась места, где их пальцы сплетались, разъединяя их. Я взяла Стайлса за руку, вставая на ноги, помогая подняться ведьме, которая пошатнулась, потому что безумно хотела спать. — Я, пожалуй, пойду. Свадьба через несколько часов, а священник, который так выглядит, — окинула она себя взглядом, — не может вести церемонию. — Свадьба сегодня… — Среди ада тоже должно быть место для рая, верно? — Верно. Корнелия ушла, а я вздохнула, садясь на рядом стоящий стул, начав разговаривать с Гарри, который все равно не слышал меня: — Я люблю тебя, и я обещаю, что такого больше с тобой не повториться, я не дам тьме поглотить тебя. Убрав пряди каштановых волос со лба парня, я слегка коснулась губами его кожи, начав забирать все темное, что осталось в нем из-за заклинания Кола.