Вдыхая амбру ее волос

      Подданные запрягали кареты. Белогривые здоровые лошади, шумящие звонкими подковами, покорно шли под предводительством конюхов. Одежду принцессы Эльзы бережно складывали аккуратные фрейлины. Вместе с тем роскошный дворец был поглощен свадебной суетой.       Принцесса Эмили пожелала обустроить покои будущей невестки, попросив прислать с гусарами личные вещи Эльзы. Грета обрадовалась подобному дружелюбию со стороны высокопоставленной личности, при этом подбадривая свою дочь. — Эмили, кажется, довольно-таки приятный человек, — морщинистое лицо еще не слишком старой по возрасту матери наследницы оживилось, — надеюсь, вы с ней найдете общий язык.       Эльза не ответила. Она утратила способность говорить какие-либо добрые слова, а ругаться совершенно не хотелось.       Пряди ее волос небрежно лежали на утонченных плечиках, горделивая осанка не позволяла девичьей спине сгорбиться, а пронзительные глаза, покрасневшие от постоянных приступов неконтролируемого плача, ничего не выражали. В глазах голубого цвета, по обыкновению своему, насквозь видны все эмоции. Эльза ничего не чувствовала. Взгляд был пустым и бессмысленным. — Эльза, — голос младшей сестры вернул принцессу в просторы суровой реальности, - тебе нездоровится? Больно ты бледная… — Все в порядке, — Эльза улыбнулась, — просто через считанные дни я выхожу замуж за человека, которого не видела ни разу в жизни. Слава у него дурная, и бытует мнение, что он – страстный любимец женщин и истинный почитатель алкогольных зелий. — Сущая галиматья, не иначе, — Анна скептически скрестила руки на груди, — не верь грязным слухам. Родители не стали бы выдавать замуж за того, кто не достоин быть твоим мужем. — Давай правде в глаза глядеть, — ответила Эльза, — твоему отцу просто легче было выдать меня замуж. Король Йоркширского королевства предъявил требования: либо богатые урожаем земли нашего королевства, либо женитьба наследников. Марио мог отдать некоторые земли. Мог солгать, расхвалить. Йоркширский король не смел бы противоречить, золотая двадцатка была бы на нашей стороне. Он не любит меня, Аннет, вот и все. Он не задумывается о том, что же будет апофеозом нашего брака? Твой отец знает, каким человеком является король Стефан. Золотая двадцатка сторонится его, короли предпочитают оставлять жен в родных местах, когда случаются мероприятия, в которых участвует Стефан. Он же был страшным гулякой в свое время! От него несли детей двадцать пять фрейлин! Мало того, Аннет, он беспощадно лишал жизни невинных младенцев посредством других слуг. Только одну дочку он велел оставить в живых. Ее мать была родом из дикой Шотландии, король непозволительно страстно любил ее, поэтому и решил сохранить ребенка. Нарек он девочку именем Мерида, ибо родилась она в полдень*. Живет девочка в замке отца, известная, как дочь покойного брата Стефана. Только некоторые знают правду. Одна из моих фрейлин поведала мне об этом, она когда-то служила Эмили, но из-за того, что Джек постоянно вел себя неподобающе по отношению к ней, а для помолвленной девушки подобные знаки внимания даже более неприемлемы, нежели для свободной, она сбежала. Она сбежала, проще говоря. Их жизнь – одни лишь тайны мадридского двора. Думаешь, легко мне будет одной? — Признаться, я удивлена, — Анна была в искреннем замешательстве. — Вот уж не ожидала от Йоркширского короля. Может быть, Джек лучше? Ну, знаешь, любой наследник считает своим долгом совращать фрейлин, но ты же не простолюдинка. Ты – принцесса, Эльза! Он не будет относиться так к тебе, принц же все-таки. В противном случае, ты можешь развестись. Церковное католическое сообщество глубоко чтит нашего отца за его добрые деяния, члены золотой двадцатки чрезмерно ненавидят Йоркширское королевство, не переживай, разрешение изволят дать. — В таком случае, — прошептала принцесса, — снова начнутся войны. Я не желаю мучений своему народу. Норвежцы не виноваты в том, что короли не ладят. Не виноваты в том, что Йоркширский король – инфантильный глупец. Это исключительно наша доля, мы родились принцессами. Знаешь, Аннет, порой так хочется…стать простолюдинкой. Не носить давящий корсет, не мучиться от тяжести густых волос, заколотых в излишне идеальной прическе. Собрать пряди в свободные косы, надеть удобное простенькое платье, бежать по широкому полю босыми ногами. Жить в окраинах королевства! В глуши! В забытой деревушке! Ходить каждый день к источнику за вечнолазурной водой! Нежиться, лежа на теплых лугах под ласковым солнцем. Полюбить искренне, от души. Жертвовать ради любви, гореть в пылу неугасимой страсти. Ах, я так завидую нищим… — Не гневи Господа, — боязливо промолвила Анна, натягивая изысканные перчатки на изящные пальчики, — да, твои мечты имеют место быть, бесспорно. У них есть выбор, они свободны, подобно гордым орлам, кружащим в головокружительном полете. Но столь же несчастны. Мужья воистину прекрасных дев глушат горе отвратительными алкогольными зелиями. Они избивают супруг, детей, порой и матерей. Девы-простолюдинки плачут, гуляя по июльской траве и стараясь утешить своего расстроенного избитого ребенка. Бедняжки умирают, захлебываясь в собственной крови или топясь вместе со своими несчастными детьми. Мы храним свою девственность для благородных принцев и королей, а они для жалкого отребья, которых даже мужчинами нарекать стыдно…       Эльза поникла. В воображении вырисовывались картины убитых по-разному женщин. Ее передернуло, она старалась об этом думать, но навязчивая мысль не желала покидать некогда светлую голову.       Тем временем, одежда и прочие важные личные вещи принцессы были погружены в кареты. Покои оказались непривычно пустыми, и Эльзу охватила грусть. Совсем скоро ей придется покинуть горячо любимый замок. Огромное количество событий связывало ее с домом. Приятные и не очень воспоминания, ссоры, примирения, торжественные балы, душещипательные сцены. Покои, в которых наследница престола проводила все свободное время. — Тебе нужно отдохнуть, — мягкие ладони матери опустилась на подрагивающие плечики принцессы, — скоро свадьба. Ты должна быть идеальной во всех смыслах. Я прикажу своим фрейлинам регулярно устраивать для тебя целебные ванны.       Эльза не успела ответить – Грета ушла.       Дни проходили непозволительно быстро. Свадебная суета вызывала раздражение, Эльза до жути хотела вернуться к прежнему укладу жизни. Надоедливые фрейлины и портнихи докучали. Счастливая швея Катрин, которой было поручено сшить фату, постоянно забегала в покои принцессы, задавая глупые вопросы по поводу своего творения.       Целебные ванны и благовония не приносили успокоения. Волнение и паника совершенно не покидали принцессу. Ближайшее будущее пугало до чертиков. В глубине души Эльза надеялась на то, что, быть может, Джек не такой уж плохой, коим его описывают. Слухи не всегда правдивы.       День свадьбы наступил неожиданно. Просто-напросто принцессу разбудили хихикающие фрейлины, которые, кажется, были счастливее своей госпожи. Как только принцесса осознала, что ее ждет, так сразу прониклась волнением, и к горлу подступила тошнота. Фрейлины, уловив растерянный взгляд госпожи, раскрыли массивные шторы, и в комнату пробрались первые лучики солнца.       Эльзу заставили принять ванну с добавлением отваров успокаивающей ромашки и ароматными лепестками роз. Смесь столь разных запахов оказалась весьма резкой, и у Эльзы зачесался нос.       После водных процедур принцессу усадили в неудобное кресло. Две болтливые фрейлины занимались внешним видом невесты. Одна из них расчесывала роскошные густые волосы, а вторая удостоила всю принцессу прекрасными благовониями. Благовоние, в основе которого был жасмин, втирали в волосы Эльзы.        Затем распущенные волосы стали компонентами красивой прически с шпильками, диадема с большими алмазами блестела, ушки украшали бриллиантовые сережки.       Вскоре талию Эльзы затянул ужасный корсет, из-за которого даже дышать было трудно. Но искусно сшитое платье с пышным подолом и очаровательными рукавами того стоило. Двигаться было немного трудно, подол оказался до безобразия тяжелым. Милые белые туфельки с каблучком добавляли Эльзе парочку сантиметров роста, а кружевная фата прикрывала малую часть прически.       По окончании всех процедур принцессу изволили отвести к большому зеркалу. Нельзя сказать, что наследница не узнавала себя, но выглядела она действительно эффектно. Сказочно женственная, утонченная. Эльзе казалось, будто она – живое воплощение портретов талантливейших художников, на которых были изображены воистину прекрасные женщины.       Но счастья облик не приносил вовсе. Внешность – ничто в сравнении с душой. Джеку никогда не будет интересно узнать ее саму. Эльзу угнетало это.       Принцев не интересует душа. Принцев интересуют красивые губы, нежная поступь и легкий стан. — Эльза, — окликнул девушку король Марио, — ты такая красивая сегодня!       Наследница поспешила отвернуться. Видеть отца совсем не хотелось, слезы наворачивались. — Обещаю тебе, ты будешь самой счастливой в браке с наследником Йоркширского королевства, — прошептал Марио на ушко дочке и, поспешно поцеловав Эльзу в щеку, удалился.       Терпеть предательство больно. Кажется, будто пырнули ножом. Причем не прямо в грудь, а туда, где, возможно, кроется нечто иное – душа.        Смахнув пальцами слезы, принцесса решила, что сегодня день не для плача. Она старалась придерживаться оптимистических мыслей, ей не хотелось думать о плохом. Наследница была почти уверена: Джек не такой уж плохой. — Милая, — невеста услышала позади себя материнский голос, — пора отправляться в путь. — Располагайтесь в каретах, — приказала Эльза, — я приду со своими фрейлинами через пару минут.       Грета не стала противиться воле дочери и, направившись к каретам, молча вышла из замка. Родительский дом – начало начал.        Эльза рассматривала очертания своей «крепости» в последний раз. Она щупала стены, постукивала каблуками, дотрагивалась до мебели, обнималась с прислугой. Родимые запахи ароматной выпечки и душистых цветов не хотелось забывать. Хотелось слышать их вечно, всегда, всю жизнь, черт возьми.       Эльза улыбнулась напоследок. Позвав наряженных фрейлин, принцесса отправилась к выходу.        Впереди много моментов.       Но счастливыми ли они будут?