Не выдержали нервы...

— Етить колотить!— самое обыкновенное ругательство, произносимое парнями, которым все в лом, сегодня ознаменовало первый звонок; так начались уроки. Сегодня было на удивление тихо: никто не плевал под ноги и не матерился на тебя почем зря. Было как-то непривычно и даже немного неуютно. Неужели это еще не все странности на сегодня? Как всегда пришла почти к началу урока, чуть даже не опоздав. Путь к месту дислокации был долог и тернист, ведь мне предстояло пробираться по центральной лестнице школы (как всегда заполненной перед началом урока) до четвертого этажа. Я бросаю нервный взгляд надежды на спасение в сторону боковых лестниц, но поспешно его отвожу дабы не быть свидетелем кровавой толчеи перед дверьми. И вот я уже поднимаюсь по лестнице, затянутая как в водоворот на самую глубь реки, а в данном случае в туманную и пугающую глубь школы... Признаюсь, ступени давались мне нелегко, ведь я все-таки не выспалась и теперь, ослепленная ярким светом школьного холла, снова начинала шататься. Идущие рядом то и дело на меня оборачивались, а некоторые и вовсе отшатывались куда подальше. Были же и те, кто как и я пребывали в амебном состоянии тела и души — мои д�узья. Увы (или к счастью), таких было немного, а если быть точнее, то только один, вернее одна. Только в отличии от меня, она пребывала в депрессии не одну-две недели в году, а почти всегда, когда ее видели на людях. То есть в школе она была амебой постоянной, а я переменной. Хотя разница все-же была небольшая... Стоп! О чем я сейчас думала? Вовремя очнувшись от сна на ходу, избегаю скорой встречи со столбом и одноклассником (мчащимся мне навстречу) и счастливая, прикрывая глаза от радости, врезаюсь в дверной косяк. Слышу хохот и шутки. — Мда...— чешу рассеянно свой затылок.— Давно я не была посмешищем в своем классе. Ой, прости, Лев, я заняла на секунду твое место,— все покатились в У-ХА-ХА от моего юмора — а ты, кажется, мое.— резким движением хватаю его за волосы и тяну прочь со своего места, слыша вопли боли и ругательства в свой адрес. А ведь он раньше был моим лучшим другом... Был. И все же я становлюсь немного жестокой, если меня однажды послать. Ну он же знал, что это мое место, к тому же я впадаю в какой-то кураж (если не высыпаюсь или чувствую, что меня все вокруг бесит): появляется какая-то внутренняя сила... только вот эта сила... ну,.. в общем это сила, от которой у меня появляется острое желание кого нибудь отмутузить или оскорбить или даже унизить. В общем, случается это у меня не часто и ведет, как правило, к определенным последствиям. Вот и сейчас, я сказала то, что у меня бы никогда не вырвалось, и чего бы я точно не сказала своему другу, пусть даже и бывшему. И тут пришло время проснуться моей совести. Но она тоже не выспалась, пытаясь уверить меня, что школа - неплохое место и что учителя и ученики в ней — люди хорошие. Поэтому я с чувством заслуженного отмщения села на свое место, невинно улыбаясь входившему учителю. Лев к этому времени предусмотрительно отполз на дальнюю парту, бурча там что-то про свою нелегкую судьбу. И тут я наконец понимаю, почему сегодня в школе было так спокойно: многие учителя решили проверить знания учеников (или то, что от них осталось), потому что все начинают что-то учить только перед экзаменами, а сейчас у всех в мозгу почти ничего не осталось — этим-то и решили воспользоваться учителя. Но к моему счастью, я знала, что они обычно проводят незапланированные тесты в начале года, поэтому предусмотрительно к ним подготовилась и посоветовали сделать тоже самое моим друзьям (Лев в их число уже не входил). — Хоть что-то сегодня подарит мне радость...— подумала я, опять почесав в затылке и закончив писать простенький для меня тест. Я вспоминала макароны.... кап-кап...у меня медленно текут слюни, ведь маман обещала сегодня сварить итальянские спагетти Capellini (n.1) — самые тонкие из возможных и оттого самые вкусные возможных... Мои мысли грубо прервал толчок в спину сзади. Интересно, кому там жить надоело? Я медленно оборачиваюсь и вижу не пойми откуда взявшегося Льва, который с видам оскорбленной невинности мило кивает мне. — Ясненько. Хочешь, чтобы я дала тебе списать?— говорю нарочито громким голосом, ведь я сижу на первой парте перед учителем все-таки. Нулевая реакция со стороны учителя, значит сегодня определенно чаша знаний перевешивает на его сторону, позволяя мне отступиться от своих принципов и дать списать этому ничтожеству. Мгновение ока и я уже оторвала маленький клочок бумаги и передала его с накалякаными на нем ответами. После урока я ждала благодарности и извинений, но получила только злобный оскал и какое-то матное слово. Вот и помогай потом... Увы, я человек обидчивый, поэтому Лев только что обрек весь класс на полное отсутствие моей помощи в течении целого года. А это значит, что по половине предметов у многих будут заметные ухудшения в оценках, а у Льва — самые большие проблемы, да и вряд ли он сдаст экзамены в этом году, ведь я его больше не буду отмазывать перед экзаменаторами, итак ему в прошлом году тройку только из жалости поставили... Короче, худо ему будет.(Так оно потом и случилось, и за экзамен он получил два) Из-за этого неприятного инцидента у меня опять испортилось настроение, и я вновь почувствовала скорое приближение депрессии, снова впав в амебное состояние. И вновь я вспомнила, почему не хотела идти в школу.