Основной инстинкт

Из-за всхлипов и рыданий Каи было сложно что-либо разобрать. Она не могла взять себя в руки и толком объяснить, что случилось. Дилану удалось лишь разузнать адрес, куда приехать. Он взял такси и остановился у назначенного места. Выходя из такси, Дилан осмотрелся – раньше ему не приходилось находиться в столь злачных местах. Время позднее, уже давно за полночь. Доктора встречала темная улица с блеклым свечением фонарей. Обстановка, мягко говоря, не расслабляющая. В домах, стоящих сплошной стеной вдоль улицы, лишь кое-где в окнах горел свет. Вся улица была поглощена тьмой. Наверняка, даже днем сюда лишь изредка попадают лучи солнца, освещая самые открытые участки дороги, оставляя закоулки в темноте. Осматривая дом, куда его привезли, перед ним предстала старая, с ободранной краской коричневого цвета, дверь. Дилан подошел к ней, поднявшись по соответствующим полуразрушенным ступеням, и постучал, в полной уверенности, что звонок не работает, да и не стоит лишний раз пугать Каю. Ответ не заставил долго себя ждать – дверь слегка открылась, оставляя щелку, за которой было видно Каю. - Заходи Дилан! – она резко схватила его за руку, втащила в квартиру и быстро закрыла дверь. С новыми рыданиями она бросилась к нему, прижимаясь к груди, и обхватывала руками шею. - Кая, – он обнял её в ответ за плечи, затем отстранил от себя и, заглядывая в глаза, продолжил, - что с тобой? Что случилось? Кто здесь живет? Девушка отпрянула и замерла: - Это дом Тайлера,- она повернула голову и посмотрела вглубь дома. Глаза были широко раскрыты и полны ужаса, бледная кожа, нервные движения рук по плечам, стараясь согреть себя от озноба из-за страха. Такой перепуганной Дилан её еще не видел. Он стал продвигаться в сторону, куда она указывала. Дилан сам уже чувствовал себя странно от того, что не понимал и не верил, что может быть хоть одна вещь, настолько пугающая такую стойкую и, можно сказать, мужественную девушку. Квартира была темная и мрачная, как и внешний облик дома. В комнатах, которые были открыты взору Дилана, все шторы занавешены, не пропуская и крупицы света, все такой же тусклый свет настольных ламп, как от фонарей на улице. На обшарпанных стенах висят картины голых девушек, в весьма откровенных позах. Сама квартира напоминала комнату для сексуальных утех, в которой главным блаженством было удовольствие через боль. На колонне, что преграждала прямой проход в следующую комнату, висят наручники, розги, плети и прочая атрибутика подобного типа. Дилан не был поклонником жесткого секса и никогда особо не вникал в такие развлечения. Было странно наблюдать за всем этим и знать, что здесь была Кая, и возможно, она испробовала на себе эти игрушки, развлекаясь вместе с Тайлером. И, возможно, это были её отметины от ногтей на этой самой колонне. Дилану был неприятен вид всех этих пыточных изделий ради удовольствия, но, зайдя за колонну, вид, что скрывался за ней, вводил в неописуемый ужас. На разобранной кровати, на смятых простынях, лежал Тайлер. Его шея туго перетянута ремнем, подвешенным за спинку кровати. Голова неестественно свешана, и лицо обрело уже жуткий синюшный цвет. Хеклин лежал обнаженным, покрывало слегка прикрывало все еще полувозбужденный член. На прекрасном мужском торсе виднелись белесые пятна. Когда-то этот торс возбуждал всех девушек, заставляя их течь от одного его вида. Сейчас же перед доктором было безжизненное тело, подвергшееся жуткому насилию, доведенное до последнего и, похоже, наиярчайшего оргазма в его жизни. - Ужас,- всё, что смог выдавить из себя Дилан. - Что произошло? - Я не знаю. Дверь была открытой, и я вошла, а он уже лежал там, - Кая говорила быстро, переминалась с ноги на ногу и смотрела в одну точку, боясь поднять взгляд на эту картину. Несомненно, эта сцена пугала, но почему-то Дилан не ощущал какой-то брезгливости или отвращения. Что уж скрывать, Тайлер далеко не был его лучшим другом, более того, он его ненавидел. Хеклин отбил у него девушку, в тот самый момент, когда ему так нужна была поддержка; пытался испортить ему карьеру психолога, написав скандальную статью в своей газетенке; он нехило разрушил его жизнь, так ещё и потанцевал на её руинах. Конечно, после всего этого, О’Брайен не пошел бы на шаг такого рода, а именно убийство, по крайней мере, в здравом уме, но сейчас этот вид вызывал даже некое эстетическое удовольствие. Доктор, как завороженный, не мог оторваться от этого зрелища и невольно сам стал приближаться, стараясь рассмотреть все в мельчайших подробностях, но его прервал звук, а точнее треск, раздавшийся откуда-то снизу. Дилан ощутил, что на что-то наступил. Отойдя на шаг назад, он заметил предмет продолговатой формы, красного цвета. Пока он нагибался, чтоб поднять его, в голове уже стал складываться знакомый образ. Дилан до конца надеялся, что ошибался в своих догадках. Но в руках находилось неоспоримое подтверждение его предположениям – зажигалка в виде башни Биг-Бен. От увиденного Дилан резко пришел в чувства и постарался как можно быстрее избавиться от зажигалки, как будто она являлась орудием преступления, бросив её в мусорное ведро. - Ты вызывала полицию? - Нет, я испугалась. Дилан тут же потянулся за телефоном в карман пальто и шустро стал нажимать заветные 999, вызывая полицию. - Все будет хорошо,- старался выровнять голос и казаться здравомыслящим и сохраняющим спокойствие человеком. Сейчас хоть кто-то должен быть вменяемым и не сеять панику.

***

Представителей правопорядка пришлось ждать недолго. Копы уже вовсю суетились в доме Тайлера Хеклина и рылись в его вещах, ища улики. Кая давала показания следователю, которого Дилан видел на суде Сангстера. Почему все связано и напоминает Томаса? Вспомнить хотя бы те видения, что были в постели. После этого стоило бы прекратить любые взаимоотношения с ним. Еще и это убийство с такими уликами, указывающими, если и не напрямую, то хотя бы косвенно, на него. Дилан перевел взгляд на мусорку, в которую он забросил зажигалку. Интересно, её нашли? Весь страх уже давно исчез, тело ныло, ноги не держали и дрожали от усталости, слипались глаза, и безумно хотелось спать. Завтра его ждал не менее тяжелый день – новая встреча-испытание с Томасом, а учитывая, что есть такая ярчайшая улика на подозрение его участия в убийстве, это «свидание» его пугало. Краем уха Дилан услышал разговор следователя и Каи: - Откуда Вы ему звонили? – спрашивал следователь. - Из дома, а потом еще,- Кая вела себя уже многим спокойнее, но глаза все еще метались по комнате, и тело слегка подрагивало от громких вспышек фотоаппаратов судмедэксперта. - Я звонила ему несколько раз. - А он раньше часто не отвечал на звонки? - Да, бывало, но мы должны были встретиться с ним. Я разволновалась,- предложения все еще оставались бессвязны, после перенесенного шока. Дилан уже слышал эти объяснения и особо не стал вслушиваться. - Привет, Дилан,- в комнату вошел Поултер и удивленно уставился на доктора. – Что ты здесь делаешь? - Это моя девушка. То есть бывшая девушка. Она его обнаружила и позвонила мне.- Дилан говорил очень медленно, усталость уже давала о себе знать. - Ясно. Скажи пожалуйста, а как она умудрилась обнаружить его?- Уилл бросил оценивающий взгляд на Каю. - Они встречались, так что... - Серьезно? - издевательски и с сарказмом произнес Поултер. Такая новость явно пришлась по вкусу полицейскому, и он разве что не скалился в улыбке. - И как давно? - Уже больше года, – Дилан прекрасно знал, что уже этим ответом занес себя в список подозреваемых. - Значит, вы с ним не были лучшими друзьями? - Нет,- Дилан сложил руки на груди, будто защищаясь от нападок полицейского, которых было не избежать. - Но вы разговаривали после слушания дела Сангстера, верно? – каждый вопрос все больше погружал Дилана в полное понимание, к чему ведет Поултер, но надо было держаться и не поддаваться провокациям. - Это было что-то вроде интервью. Задавал мне вопросы про Сангстера. - Думаешь, она его убила? - Кто? Кая? Нет!- Дилан и предположить, даже подумать не мог, о том, что Кая готова совершить подобное. - Конечно, нет. Я ее знаю давно. Она на такое не способна. Дилан не хотел здесь больше находиться. С каждой последующей минутой доктор походил на кролика, который жмется и прижимает голову и уши к земле, дабы не быть съеденным удавом-полицейским. Каждый его ответ был похож на оправдание, как будто это он совершил преступление. Еще пара таких вопросов от Поултера, и он сам сознается, что это он грохнул Тайлера, будучи это даже ложью. - Слушай, Уилл, я уже дважды давал показания. Можно я поеду домой? - Хорошо. Да, кстати,- он выставил перед собой прозрачный пакетик, в котором лежала та самая разломанная зажигалка,- это твое? - Нет, я нашел ее на полу. - А как она оказалась в мусорном ведре? - Я на нее наступил, она сломалась, и я ее выкинул,- Дилан стоял в дверях, и ноги уже сами несли его скорее из этого жуткого места. - Можно идти? - Да, безусловно,- Уилл все так же продолжал смотреть в спину Дилана, непрерывно буравя взглядом. - Все будет хорошо,- на прощание помахал Кае и буквально пулей вылетел из дома.

***

Всю ночь Дилан не мог заснуть. В голове витали мысли о случившимся. Снова миллион вопросов и ни одного ответа. Все размышления вели к Томасу. В его жизни он играл огромную, сказать больше, основополагающую роль. Он был везде. Дома портреты блондина с книг смотрели на него, но почему-то не было даже желания собрать их всех и устроить праздничный костер. Он пробрался в его жизнь - сдружился с человеком, который может предопределить его судьбу в дальнейшей жизни и карьере. Это чертово убийство, наверняка, совершенное им, задело не менее важного для Дилана человека. Он приходит к нему на сеансы и ведает все новые истории из его жизни, продолжая оставаться совершенно неизведанным и непознанным. Дилан, находясь в своем кабинете, неотрывно смотрел на часы. Стрелки неумолимо неслись вперед, все дальше убегая от положения двенадцати часов. Сангстера еще не было, хотя его сеанс уже начался. Где он, черт возьми!? Дилану никогда не приходилось ждать своих клиентов – они отличались особой пунктуальностью, но не Томас. Дилан вышел из кабинета и проследовал в приемную. Там он увидел блондина, стоящего к нему спиной. Томас, ощутив присутствие доктора, обернулся. В его пальцах была зажата сигарета. Он обольстительно улыбнулся доктору, вызвав у того бесконтрольный страх и непонимание происходящего. Улыбка таила в себе что-то темное и устрашающее. Томас напоминал кота - милое создание, которого хочется погладить, приласкать, но своенравность, некая взбалмошность, «колючий» характер полностью отбивали желание прикасаться к нему, но стоило спустя время ему снова появиться, появлялось желание взять его в свои объятия. Он манил и отталкивал одновременно, пугал и восхищал, вызывал желание и отвращение. Сейчас это чудовище сидит напротив него, в его кабинете, и пристально смотрит ангельскими глазами. - Вы знаете, что Тайлера Хеклина убили?- удивительно, что Томас сам начал разговор с этого. - Откуда мне знать? – Дилан прекрасно знал, что не стоит особо рьяно поддерживать эту тему и, уж тем более, сразу нападать с обвинениями в его адрес. - От Каи, наверное,- блондин смотрел прямо на доктора, предвкушая его реакцию. - Каи? - Ваша девушка. Бывшая,- издевательски произнес Томас. - Я в курсе, кто она,- раздраженно сказал брюнет. - Вы ее откуда знаете? - Тайлер меня с ней как-то познакомил. У нас не было секретов,- Томас расплылся в улыбке. - Я знал о ней, она знала обо мне. - В каком смысле? – Дилан уже мало что понимал. - Что я с ним встречаюсь,- Дилан не поверил своим ушам! - Помните, я рассказывал про парня. Это был он. - Так вы спали с Тайлером Хеклином?- неужели он перетрахал весь город? Как Кая могла пойти на это? Она была с ними обоими или только с Хеклином? Что вообще здесь происходит? - А что такого?- Томас совершенно спокойно, даже безэмоционально, смотрел на Дилана. И продолжил дальше, как будто не было того разговора. – Конечно, Поултер думает, я его убил. - С какой стати? - Я убиваю, потому что у меня "пристрастие к риску", - Томас театрально с той же интонацией, что и Дилан, произнёс фразу, которую услышал о себе на суде. – «Чтобы доказать, что существую», я уже точно не помню, зачем это делаю… - Я не говорил, что вы кого-то убили.- Дилан уже еле сдерживал свои эмоции, но доктор в нём давал о себе знать, и поэтому он смог обуздать свою вспыльчивость. - Но Вы так считаете. Вы думаете, это я убил Амл Амина. А теперь сомневаетесь, я ли убил Тайлера Хеклина,- уже и сам Сангстер говорил на повышенных тонах. - Почему бы не спросить прямо? - он наклонился к доктору и, глядя в глаза, твердым и жестким голосом произнес: - Неужели это так трудно для Вас? Дилан не знал, стоит ли задавать этот вопрос. И дело не в том, что это как-то противоречит врачебной этике или чему-либо подобному, просто не был уверен в том, что готов услышать ответ. Более того, как всегда, он не был уверен в том, что Томас скажет правду, а распознавать истину у него не было ни сил, ни желания. Но любопытство все же сделало своё дело: - Вы его убили? - Если я скажу нет, Вы мне поверите? – Томас будто нарочно тянул время и вводил в заблуждение, как делал и раньше. - Это зависит... - От чего? От качества моего выступления? – он закатил глаза, резко встал с дивана и проследовал к своему пальто за сигаретами. Достав портсигар из пальто, он стал размахивать им, продолжая свою тираду на повышенных тонах. - А знаете, я даже рад, что Тайлер мертв. Вы тоже должны быть рады. Я бы на Вашем месте так и сделал,- он закинул сигарету в рот. - Кто бы ни убил его, он Вам оказал услугу. - Услугу?- Дилан уже начинал беситься. Какая к черту услуга? Это подстава чистой воды! - Да. Если бы он написал статью про Хонга,- он поднес к сигарете зажигалку, прикурил и выпустил клубок дыма, - вашей карьере конец. - Вы не ответили на мой вопрос. Потушите сигарету, пожалуйста,- Томас с претензией посмотрел на Дилана. И будто нарочно сделал еще одну затяжку и выпустил дым. - Потушите сигарету или уходите отсюда, ясно?- Дилан уже кричал. Его выводила из себя вся эта ситуация. Томас бросил сигарету на кафельный пол и потушил её носком ботинка. - Так лучше?- спокойно произнес он. Подошел к столу, демонстративно представил доктору сигареты и положил их на стол, акцентировав внимание на зажигалке, с громким звуком поставив её на стеклянную столешницу. Дилан пригляделся к ней и увидел, что зажигалка была в виде здания Мэри-экс. Очередная порция сомнений закралась в его мысли и суждения. Томас повернулся спиной к доктору, опираясь руками о стул, и глубоко вздохнул. Мгновением позже повернул голову, смотря из-за плеча, сузил глаза и расплылся в улыбке. Дилан понимал, что сейчас стоит ждать чего-то совершенно безумного в поведении Томаса. Он всегда так начинал себя вести перед тем, как обличить свою натуру. Блондин потащил стул, выставив его посередине комнаты, напротив брюнета, и сел на него, широко расставив ноги. Положил руки на свои колени, а затем медленно, слегка царапая внутреннюю часть бедра ногтями, стал продвигать их к паху. - Когда Вы думаете о том, как трахаете меня - я знаю, что Вы об этом думаете - как Вы представляете это, доктор?- Томас слегка сжал свой член и запрокинул голову. - Я знаю, что Вы мне не ответите, так что просто представьте это,- он стал поглаживать член через ткань джинсов. Это зрелище безумно возбуждало доктора: над верхней губой выступил пот, его руки стали нервно дрожать, а эрекция доводила до боли из-за невозможности получить разрядку. Томас видел это и продолжал доводить Дилана до изнеможения. - Вам нравятся традиционные позы? Вы сверху, а, может, я сверху. Или Вам нравится входить сзади? На коленях, чтобы моя голова лежала на подушке,- Томас сильнее сжал свой член, от чего его колени рефлекторно свелись. - А Вам хочется меня чем-нибудь отшлепать? Так, тихонько. Несильно. Или, может быть, со всей силы,- блондин пристально смотрел на Дилана, а тот, в свою очередь, не мог оторваться от этого зрелища, словно мазохист, доводя себя до исступления. Но Томас не унимался. - Вы любите кончать в рот? Что, если я скажу Вам, что когда дрочу, то думаю о Вас?- он облизнул губы, и прикрыл глаза. - Что я кончаю, думая о том, как Вы кончаете. М? Не дождавшись ответа, Томас, как будто вышедший из транса, словно в него вселился другой человек, сменил выражение лица на полную серьёзность, резко встал, обошел стул и направился к выходу. - Я думаю, на сегодня хватит,- прихватил сигареты и зажигалку со стола, бросил их в карман пальто и накинул его на плечи. - Я заканчиваю курс лечения. Пришлите мне счет,- не оборачиваясь, вышел из кабинета, оставив доктора в полном непонимании произошедшего. Что это было? Что только что произошло? Все тело ныло, а член болезненно пульсировал, требуя разрядки. Сейчас все мысли были только об удовлетворении своих собственных желаний. Дилан смог еле-еле встать с кресла, закрыться в своем кабинете, и, устроившись на диване, резко расстегнуть пряжку на своих штанах, снять мешающие штаны с трусами и начать неистово дрочить. Само по себе делать это было безумно стыдно, но больше Дилана смущало то, что он, крепко зажмуривая глаза, представлял себе Томаса, стоящего перед ним на коленях, дрочащего и сосущего его член. В голове его мысли были настолько отчетливы, что, раскрыв глаза и не увидев желанной картины, хотелось истошно кричать. Рука устала, мышцы ныли и затекали, напряжение росло, а заглушаемые стоны все сильнее просились из груди. Громко дыша и одновременно задыхаясь, Дилан излился в свой кулак, крепко сжимая другой рукой, запрокинутой над головой, подлокотник дивана. Все тело содрогалось от сладкого оргазма, доставляя потрясающее физическое удовольствие, но мысли о запретном желании не давали душевного покоя. Дилан испытывал странные чувства. Это не было любовью. Не было нежности, теплоты, ласки. Это даже сложно назвать страстью. Было только желание, влечение, похоть. Он не понимал, что происходит с ним. Все его мысли были поглощены только Сангстером. Его последние слова заставляли волноваться доктора по поводу того, что он, может, больше никогда его не встретит. Томас превосходно манипулировал доктором: его эмоциями, его желаниями, его жизнью.

***

Возвращаясь после работы, подходя к своему дому, Дилан поймал себя на том, что бездумно набирал телефон Сангстера, совершенно позабыв о принципах и приличии. Дождавшись гудка, он услышал голос автоответчика, чем был, по правде, доволен, так как сказать это ровным, не дрожащим голосом, ему бы вряд ли хватило сил: - Мистер Сангстер, это доктор О’Брайен. Я думал о нашей встрече. Перезвоните мне, пожалуйста, я бы хотел уладить все разногласия. Как только прослушаете это сообщение, позвоните, – словно влюбленный мальчишка, слепой в своих действиях, добавил: - Звоните в любое время, - Дилан даже не отдавал себе отчет в том, как жалко он смотрится. Его желание выходило за рамки разумных действий, чем сильно подрывало его профессионализм. Стоя на пороге своего дома, до него донеслось приветствие: - Добрый вечер, доктор О’Брайен,- обернувшись, Дилан увидел перед собой Поултера. - Есть минутка? Дилана начало напрягать, что встречи с представителями правопорядка стали многим чаще. И что пугало еще больше, что он являлся носителем некой информации, совершенно конкретно ни на что не указывающей, но переводящей стрелки на определенную личность, обсуждать которую доктор не имел права. Но идти против расследования он не мог, так что пришлось натянуть свою очаровательную улыбку и включить гостеприимность. - Да, конечно. Проходи.