Откройся мне

Шинра потер виски, думая, что так они не сдвинутся с мертвой точки вообще. Впереди еще столько вопросов, а Шизуо с Изаей обсуждают одно и то же по сотому кругу. Если бы Хейваджима начал анализировать ситуацию, то заметил бы, как они отличаются в последнем ответе. Орихара заботился о себе и своем будущем с величайшей тщательностью, планировал и следил за выполнением своих целей, когда Шизуо нередко пускал все на тормоза, выбирая самый очевидный и правильный, по его мнению, вариант, не думая, а действуя. Ему и не нужно было планировать много. В нем была сила, которая не нуждалась в предисловиях. А у Изаи ее не было. – Кажется, я знаю, что они ответят на следующий вопрос, – оповестил доктор и задумался. – Только вот мне интересна причина. А тем временем в комнате оба уже прекратили дискуссию, снова смотря на список. – Когда ты собираешься сделать телефонный звонок, ты репетируешь свои слова? Почему? – вынужденно и угрюмо спросил Шизуо. – Хотя я и так знаю, что да. Ты, актер… – Но вопрос мне адресован, а не тебе, – плавно прервал его Изая, покачав пальцем, и развел руками в ироничном жесте. – Да, я мысленно репетирую каждое слово. Почему? Хочешь знать почему, Шизу-тян? Потому что я не могу ошибаться так, как это делаешь ты, – хмыкнул он. Орихара понимал, что что-то в нем сорвалось еще в тот момент, когда они обсуждали друзей. Он готов был задушить Шизуо или, по крайней мере, высказать ему все, что о нем думает, но это было бы очень опрометчиво и глупо. Изая не мог такого допустить. И теперь настрой и правда сочились по каплям, словно вода, пока информатор говорил. Он пытался взять себя в руки, но вентиль бешенства уже сорвало. Главное, что Изая отдавал себе в этом отчет, а потому мог регулировать его уровень. – Потому что ты маленькая блоха, вот почему, – подытожил Шизуо. Орихара улыбнулся снова, ощущая внутри себя сильное бешенство. – Пожалуй, что и так. – Не может быть! Ты признал это, – ошарашенно обернулся к нему Хейваджима и прищурил один глаз, хмыкнув. – Видишь ли, Шизу-тян… – Он отметил, что начинает говорить «видишь ли» только в моменты «срывания покровов», раздражения. Интересная деталь. Раньше Изая не доходил до такого. – Я не имею вторых шансов, а твоя монстроподобная сила дает тебе сотни и тысячи подобных. Главное для меня – интеллект. А для тебя – драка. Что свидетельствует о том… о чем ты и сам знаешь, – закончил он намеком, очень довольный таким поворотом. Только откровенничать с Шизуо… Нужно придумать что-то. Ему это совсем не нравилось. Следует давить на Хейваджиму, найти его слабое место. Нет, он не будет здесь главным. – В плане важны стратегия и тактика. – Я уже понял, что ты слишком слабый для чего-то другого, – проговорил Шизуо, думая, что ему удалось быть более-менее спокойным. Неплохо. Наверное, все потому, что он не видел раздражающего лица. – Дай-ка проанализируем. Это же твое любимое занятие, а, Изая-ку-ун? – поинтересовался он, торжествующе осклабившись, и обернулся к Орихаре, все еще сидя. Шизуо заметил на лице Изаи странную выжидающую улыбку, но все равно продолжил. – Я могу решить все свои проблемы. Могу решить проблемы моих друзей. А ты погружен в свои злорадные планы: один омерзительнее другого! – процедил блондин. – И ты вынужден играть, как актер театра кабуки. Юная гейша, черт возьми! Все твои актерские маски от физической слабости. Я могу тебя раздавить, даже если ты и умеешь от меня убегать. Без своего ножа ты мне ничего не сделаешь, особенно в открытом бою, вошь! – О-о-о… – восхищенно и пораженно протянул Шинра. [Что такое?] – запаниковала Селти. – Никогда не слышал от Шизуо ничего подобного. Стоило ему слегка успокоиться… Не знаю почему, но ему в голову, очевидно, взбрело заняться психоанализом. Не знаю, насколько хорошо получается, но это уже прорыв. Ты так не считаешь, Селти? [Я… и правда никогда не слышала таких слов без того, чтобы Шизуо не бил что-нибудь в процессе… Обычно он очень злится, когда речь заходит об Изае-куне], – неуверенно ответили ему. – Так-так, посмотрим, что ответит Изая, – с интересом ученого отозвался Кишитани, усевшись поудобнее. – А это становится интересным. Все, как и говорил тот психолог. Не могу поверить, что план начинает работать! "Мне кажется, что все как раз наоборот…" – кисло подумалось Стурлусон. Изая с наигранно задумчивым лицом слушал речь Шизуо, размышляя, как бы получше уколоть бармена. И одновременно с этим чувствовал, что готов сорваться. Он не хотел признавать, что какая-то фраза все же задела его, поэтому Орихара решил убрать все обиды под толстый лед ехидства. – Какие умные фразы говорит самоуверенный Шизу-тян. Неужели ты действительно считаешь, что способен решить все проблемы лишь грубой силой? Может, ты завидуешь мне оттого, что я умею запоминать и учился лучше тебя? – Я ТЕБЕ НЕ ЗАВИДУЮ, ЗМЕЕНЫШ! – взорвался бармен, вскакивая. – Я ТЕБЯ ПРЕЗИРАЮ!! – Ты всего лишь животное, с которым общаются из страха, – продолжал Изая с тошнотворно нежной улыбкой. Он знал, что ничем хорошим это не кончится, но не мог остановиться. Мания размазать возникла совсем внезапно и не вовремя. Изая стремился найти момент, который особенно сильно заденет Шизуо. И он знал почему, но не хотел об этом думать. – Ты не подчиняешься правилам. Твоя жизнь – это дно. Все твои доходы уходят на возмещение ущерба городу, и твоя глупость твердит тебе, что во всем виноват я, просто проходя мимо. Ты никогда не отличался особой наблюдательностью и умом. На моем поле ты ничего не можешь мне сделать. Ты страдаешь от себя и не хочешь это признать. Все твои крики оттого, что тебя берет зависть. В нашем обществе такие, как ты, ценятся, разве что, как вышибалы. Я выше тебя хотя бы по ступени эволюции от низшего к высшему. Ты ведь ни слова не понимаешь из того, что я говорю, не так ли? Ах, жалкое подобие человека, ты всего лишь ничто иное как мусор своего века. Если Орихара и хотел сказать что-то еще, то не успел потому, что Шизуо сбил его с ног, ударив по лицу наотмашь, иначе бы сломал челюсть или вообще убил. Только в последний момент Хейваджима решил поступить именно так, хотя были мысли и просто душить, пока информатор не посинеет. Изая даже не показал удивления, вместо этого усмехнувшись. – Заткни свой рот, повторяю еще раз, – сквозь зубы прорычал Шизуо. Он мог ответить что-то опровергающее, он знал это, но сейчас кровавая пелена заслоняла обзор, призывая лишь рвать и метать. Орихара медленно сглотнул кровь и молчал. Спустя минуту тишины Хейваджима, наконец, произнес. – Что до меня, то я никогда ничего не репетирую. Я просто говорю и все, потому что не хочу усложнять себе задачу. – Это видно… – Казалось, лицо Изаи стало еще более омерзительным, исказившись от злорадства. Шинра нахмурился, не понимая, зачем Изае намеренно провоцировать бармена. Он пробовал найти ответ, но не мог, потому что недостаточно разбирался в людях, а Селти просто не являлась человеком. Тем временем Стурлусон суетилась по кухне, что-то смекнув, но Шинра был так занят наблюдением, что этого не заметил. Что бы ни задумал Орихара, это сработало. Шизуо сжал зубы так сильно, как мог; глаза стали совсем безумными. Он был способен только на одну мысль – убить Изаю прямо сейчас.