Чужой мир - чужие правила

Уже неделю летят. Гуан-Адомур На ложе Сайка сидит, среди мягких шкур. Воина голова на коленях лежит, Уманка гладит его и просто молчит. Что же будет, когда прилетят на Атолл? Она, взгляд опустив, уставилась в пол. Не стоит ей спрашивать и Сайка тем злить, За это берсерк её не станет хвалить. Воин жестоко может её наказать: Может плетью избить и на ложе связать. Не будет он нежен в утехах своих, Пока борется самка среди стен роковых. Окутал мускусным запахом, кожа блестит, Сильный самец за своей уманкой следит, Как в трепете она сглотнула слюну – Уже Адомур в его сладком плену. Самке низ живота начинает тянуть, Когда видит, как самца вздымается грудь. Шкура пепельно-чёрная, повсюду на ней Пятна багряные, как умановский твей. Рукою тянется, чтобы тронуть его, Горячего, властного самца своего. Но с ложа он встал, над ней грозно навис, Самку на ноги поднял, издала она визг. Не сможет уйти от него второпях – Обмякает в его когтистых руках. Он самку обнимает, тела так близки, В её шею вонзились Сайка клыки. Оставил укус, потом её заклеймил: Уманка тихо лежит – воин победил. Мнение Адомур берсерк Сайк не спросил… Она – Лоу-дте Калеи… он так решил! И вот уже вдали виднеется Атолл… Сайк бесстрашно к шлюзам свой челнок повёл… Поступь неспешная, величественный стан – Вот и прибыл на Атолл наш воин-титан. Верховный Лидер их на Атолле встречал, Самку заметив, под нос что-то проурчал, Раздвинул жвала и грозно он зарычал, Но Сайк, ему ответив, клеймо показал. Воин не может свою самку предать, Будет её от всех невзгод защищать, Пока в его венах течёт резво твей. Ну и пусть говорят все, что Сайк – просто квей. А с войной Аттр’ури решили помочь: Помирили науду в кровавую ночь. Чтобы всех их не смог Кетану забрать, Яутам и берсам нельзя воевать! Сайку на Атолле снова повезло, Всем друзьям на зависть, недругам – назло. Верховному Лидеру – сын он родной: Значит, самку удержит рядом с собой. Берсеркеру Сайку дают новый клан. У воина составлен свой уже план По возвращению на ту планету охот: Подготовка полёта полным ходом идёт. А восставший Кар’клей в думы погружён От странности того, как он был поражён Дерзкими яутами на планете той, Которую воин всегда считал родной… Имеет ли вес, что он – Верховного сын? Однажды и его продадут за алтын? Думами о предательстве Сайк омрачён, Но греет мысль, что уманка будет при нём.