Ближе к облакам

      После дневного света в подъезде казалось совсем мрачно. Я постоял немного, пока глаза привыкали к темноте и не спеша начал спускаться, обдумывая Данины последние слова. Неужели все же он? Но мне почему-то казалось, что и не обошлось и без Гриши. Ведь их что-то связывало между собой. Что? Внезапно я застыл на площадке между третьим и вторым этажом.       Я не осмелился задать вопроса Грише только потому, что тот мог подумать о моей ревности. Но ведь у Дани-то я давно мог все узнать. И почему я не спросил его сейчас, ведь разговор происходил вполне себе нормальный?       Я горестно рассмеялся, и мой хохот гулко разнесся по подъезду, нарушая сонную тишину старого дома. Я смеялся над собой — нужные мысли всегда приходят в голову поздно. «Ль эспери де эскайе» (лестничный ум) — так говорят французы. Словно сарказм над моей тупостью.        Стремглав преодолел оставшиеся лестничные пролеты, я выскочил во двор и понесся вперед, рассчитывая застать Даню у арки, где была назначена встреча с людьми, но там никого не оказалось. Возможно, он повел их на другую крышу из-за опасности места, но мне подумалось, что никаких клиентов и в помине не было, а руфер так или иначе связан со всем этим дерьмом, в которое я влез.       Сунул руку в карман штанов я, нащупав телефон, выдернул его. Быстро открыл телефонный справочник, отыскал номер Дани. Коснулся пальцем экрана, выбирая нужную сим-карту, но вдруг в голову пришла мысль, что с этой симки я мог случайно позвонить кому угодно, а значит не только Даня, Влад, Гриша и Даша знали этот номер. Тогда число мной подозреваемых вырастало минимум в два раза. Я окончательно сбился с толку. «Телефон абонента…», ясно, что я ожидал?       Скинув вызов, я провел пальцем по экрану немного вниз, нашел номер Леси. Интересно, услышу я голос робота снова или мне ответят? Зазвучала музыка — мелодичный гитарный проигрыш. Никто не спешил взять трубку. Казалось странным, что они сим-карту до сих пор не выкинули, а если пользуются ей, то почему не затолкали мой номер в черный список? Скорее всего, то, что случилось сегодня, еще не конец. Ведь знают, уроды — в ментовку я не обращусь по той простой причине, что незаконно провожу экскурсии по крышам, а за это как минимум штраф, да еще какую-нибудь статью припишут за сломанные замки или даже за ту самую решетку ограждения, это в лучшем случае, а в худшем — терроризм.       Для того чтобы разобраться со всем этим, мне стоило позвонить Грише, назначить ему встречу и серьезно с ним поговорить. Выяснить, что связывало его с Даней, рассказать ему о том несчастном случае, произошедшем несколько лет назад с его другом, а после всего делать какие-то выводы. Но не сейчас. Он тоже не спал всю ночь, так что стоило подождать вечера. Есть надежда, что он позвонит сам. Гриша, все же если это он, мои чувства к нему изменится? Это вряд ли. Даже подозревая парня, я по-прежнему хотел быть с ним рядом и где-то в закоулках сознания блуждала искорка надежды, что все-таки он тут ни при чем.         Я вернулся в свое неприветливое одинокое логово, зашел в комнату. Скомканная простыня и сбившееся одеяло на постели напоминали о том, что вчера произошло. Несмотря на то что балконная дверь с ночи была открыта, в квартире до сих пор ощущался запах другого мужчины. Я сел на диван, разгладил рукой простыню в том месте, где лежал Гриша, словно пытался ладонью все еще ощутить тепло его кожи вместо холодной ткани.       На секунду прикрыл глаза, но отогнав наваждение, быстро поднялся и, сдернув с дивана постельное белье, отнес в ванную. Открыв корзину для белья, я вытряхнул оттуда все вещи, среди которых были Гришины джинсы и футболка, побросал вместе с постельным в стиральную машину и запустил ее.       Вода тихо зашумела, наполняя барабан. И наплевать, что черное и белое вместе — хотелось быстрее избавиться от его запаха в своей квартире. Пока с ним не поговорю, не посмотрю ему в глаза — я не узнаю, причастен ли он к произошедшему.       Вообще, я даже не представлял, как начать разговор с ним об этом, сказать о своих догадках о появлении Гриши в моем окружении лишь из-за того несчастного погибшего парня и попытаться доказать свою невиновность? Как мне хотелось открыть ему глаза, чтобы он понял меня и простил. На душе было погано, словно огромный черный кот, случайно попавший в меня, медленно рвал на кусочки мои внутренности.       В квартире временя от времени, становилось то мрачно, то светлело — это тучи за окном наконец-то расползались, выпуская на волю солнечные лучи. По прогнозу, две следующие недели должны быть без дождей и гроз. Если погода не подведет, то и работа будет.       За комп садиться совсем не хотелось, но необходимость проверить блог пересилила мою лень. Даня еще как прав, сказав, что от меня разбежались клиенты. Пора работать. Просмотрев личку, я ответил на все сообщения: те, что уже читал вчера и на новые, которых еще не видел. Одну вылазку можно было осуществить сегодня вечером — я перезвонил на указанный номер и договорился о месте встречи с компанией из пяти человек, приехавшей из другого города.       Решив, что до вечера вполне успею подремать, я, как был, в одежде завалился на диван, но сон не было ни в одном глазу. Я вновь мысленно возвращался: то во вчерашний день, вспоминая до мельчайших деталей все, что было связано с Гришей, то в утро этого дня, а бессчетное количество вопросов не давало уснуть. Наконец, незаметно для себя я провалился в беспокойный сон, но он был недолгим — разбудил меня телефонный звонок. Казалось, я спал всего несколько минут. Мобильник, оставленный мной на столе настойчиво разрываясь композицией HammerFall и, вибрируя, полз по гладкой поверхности к самому краю.       Выругавшись, я резко вскочил и схватил телефон — звонила Даша. Пока я думал, принять вызов или нет, звонок прекратился. Перезванивать ей сразу желания не было, поэтому я стал тянуть время, как мог. Белые циферки на мобильном показывали десять минут третьего — все же я проспал несколько часов. Я пошел в ванну, умылся холодной водой, вытащил из стиралки и развесил чистое белье. Затем вернулся в комнату и, закурив, уселся за комп, не спеша пролистал блог — новых сообщений не пришло, и только после всего этого я вновь потянулся к смартфону и набрал Дашин номер.       — Привет. Как-то уже день, помнится, ты грозился позвонить, — упрекнула меня девушка.       — Вот и звоню, здравствуй, Даша, — суховато ответил я, — эти сутки у меня были не самые легкие, я не спал ночь…       — Что-нибудь случилось? — участливо поинтересовалась Дьяволица.       — Да так, — мне и в голову не пришло делиться с ней последними событиями.       Я понимал почему. Не то чтобы я не хотел продолжать наше общение дальше — Дашка нравилась мне, но сейчас между нами стоял Гриша. Я не знал, что ждет меня впереди: останусь я с ним или нет, но точно был уверен — если  нам не суждено быть вместе, то я нескоро буду готов к отношениям с другим человеком. А еще я испытывал чувство отвращения к себе за то, что по своей глупости дал надежду этой девушке, и мне хотелось сохранить между ней и мной дружеские отношения.       — Знаешь, помниться ты предложил мне встречаться. Но прошла почти неделя, а ты так и не объявился, — ее голос звучал грустно. — Что-то изменилось?       — Да… — вздохнул я, самое время признаться, что встретил другого человека, но меня словно подменили и сам, не понимая почему, поправился:       — Да нет, все остается в силе, знаешь, пришлось лечиться — постоянное головокружения, тошнота. Ты же понимаешь, малыш, что мне было не до встреч.       Я поражался тому, как легко с моих уст слетала ложь, но, тем не менее продолжал нагло врать дальше:       — Почти каждый день посещал больничку — процедуры всякие, ну и так далее.       — Какие процедуры? — внезапно спросила девушка.       Я на секунду растерялся, но быстро нашел ответ:       — Уколы, например.       — Вот как… Твой ночной звонок меня озадачил. Так ничего и не расскажешь?       — Я просто спутал твой голос, это случайно. Понимаешь?       — Если приеду, расскажешь?       — Даша! — я ощутил раздражение и еле сдержался, чтобы не сорваться в крике. — Я сегодня работаю, у меня мало времени.       Я как собака на сене: не нужна и в то же время не хотелось причинять ей боль, потому смягчившись, добавил:       — Если есть желание — приезжай, конечно. Пожалуйста, сделай это как можно быстрее. Ты же ведь хочешь застать меня дома.       — У тебя все же что-то произошло, — это было скорее констатацией факта, нежели вопросом.       — Ты едешь?       — Буду примерно через час, — без всякой интонации сказала она.       Скинув звонок, я вышел на балкон. Во второй половине дня распогодилось. Низкие серые облака находились прямо над головой и медленно уплывали за дом, а с запада же, приближались светлые пористые, словно муаровые, подсвеченные солнечными лучами. В просветах, разделяющих их время от времени можно было узреть лоскуты синего неба.       Через полчаса запиликал домофон. Как-то быстро она приехала — я поплелся открывать. Но когда снял трубку домофона, услышал незнакомый мужской голос:       — Доставка пиццы.       — Что? Я ничего не заказывал, — удивился я, да и денег расплатиться у меня не было — Гришину бумажку я так и не успел обменять на рубли.       — За заказ уже оплачено безналом, — ответил курьер и назвал мой адрес.       — Да, но я… — в этот момент крякнул мой мобильник, оповещая, что пришло сообщение. — Подождите минутку.       «Пусти курьера с пиццей» — от Дьяволицы. Все сразу встало на свои места. Я впустил курьера, парня восточной внешности, забрал у него две огромные пиццы. От одного вида еды в желудке разразилась целая буря, и я еле сдержался, чтобы не откусить кусочек, но нужно было дождаться Дашку.         Она, приехала спустя сорок минут — красивая и дерзкая, а я вновь подумал, что не встреть я Гришу, все могло бы быть иначе, и незаметно вздохнул.       — Возьми, — она сунула мне в руку черный полиэтиленовый пакет, — тут кое-что еще.       В кухне я открыл его, а затем начал выкладывать на стол содержимое: ветку белого винограда, большой лимон, пару бледных помидор — безвкусных, но съедобных, а также баночку красной икры и нарезку форели в упаковке. В довершение к натюрморту, образовавшемуся на столе, я выудил из пакета бутылку дорого коньяка.       — Ты ведь не говорил мне, чем любишь закусывать коньяк, потому я и набрала всего понемногу, — произнесла она, войдя в кухню и хитро прищурившись, взглянула на меня.       — Этого слишком много для простого ужина, — я, разглядывая этикетку, притянул к себе свободной рукой девушку и поцеловал в кончик носа, подумав, что предательски продаюсь за еду, а затем прошептал:       — Ты бесподобна, только вот я пить не буду сегодня, Дашка, мне на вылазку ехать.        — Не комильфо это, — Даша вырвалась из моих объятий, сделав вид, что обиделась, но затем спросила хозяйским тоном:       — Чистые тарелки-то есть в наличии?       Через десять минут мы уже сидели за столом. Я открыл бутылку и налил немного напитка в пластиковый стаканчик для Даши.       — Хоть бы для вида себе налил, — пробурчала она, правда, недовольства не было в голосе.       — Дашка, давай не будем, я же сказал, что не собираюсь пить, — ответил я резко.       — Ладно-ладно, — примирительно произнесла девушка, затем выпила коньяк и закусила кусочком пиццы, а потом, прожевав, добавила:       — Ты и, правда, нервный какой-то, а ведь обещал рассказать, что случилось. Пока ты и словом не обмолвился.       — Да долгая история, — начал я, и неохотно в двух словах рассказал о ночном звонке и о том, что голос Леси был удивительно похож на голос Даши.       Потом про мое утреннее приключение и о встрече с Даней, объяснив, что он мой конкурент — руфер, и, естественно, о Грише даже не упомянул. Все это время я наблюдал за реакцией девчонки, пытаясь понять, причастна она к этому или нет, но она была совершенно спокойна, а когда я закончил свое повествование, спросила негромко:       — И какие у тебя мысли по этому поводу?       Я не мог ей сказать прямо, что подозреваю Гришу — Даша и понятия не имела, кто он такой. Помнится, тогда на Парнасе, когда он выхватил у меня телефон и пару слов перекинулся с ней, он ведь не представился. Пусть лучше Даша о нем никогда не узнает. Поэтому я пожал плечами и ответил:       — Кто-то мне мстит…       — У тебя, наверное, целый список подозреваемых? Даже меня сюда приплел, мне-то тебе точно мстить не за что.       — Ты уверена? — я внимательно посмотрел на нее.       — Конечно, — ответила она, но потом перевела взгляд на бутылку. — Налей мне еще.       Я плеснул девушке коньяка и она, быстро осушив содержимое стаканчика, положила в рот виноградинку и произнесла:       — А за что тебе мстить-то?       — Не знаю, но я рад, что это не ты. Спасибо, — я отодвинул пустую тарелку, думая, как все-таки лучше сказать ей о том, что поспешил с решением, предложив встречаться.       — Эй, — Дашка прервала мои размышления, — сколько у нас еще времени?       — Совсем мало, — ответил я честно, взглянув на телефон, и приоткрыл, было, рот, чтобы окончательно и бесповоротно сказать, что мы не подходим друг другу, но был прерван подскочившей с места Дашей.       Девушка обвила руками мою шею и немного наклонилась. Ее лицо было так близко, что я резко отпрянул назад. Я только что хотел произнести неприятную для обоих фразу.       — Ты чего? — в замешательстве спросила девушка.       — Не, ничего, — я прикрыл глаза.       Я опять плыл по течению — все зависело вовсе не от моих решений, а когда она все же коснулась своими губами моих, не раздумывая, ответил на поцелуй. Я целовал Дашку жадно, с неискренней страстью кусая ее губы, словно делясь с ней своей болью, пока не ощутил, как теплые пальцы девушки полезли под ремень джинсов, только тогда прервав поцелуй, отстранился.       — Не надо. Мне уже скоро уходить. Пойми, я давно не работал и сегодня первая вылазка, спустя эти две недели, — затараторил я, словно оправдываясь.       На самом деле еще так свежи были воспоминания о вчерашнем сексе с Гришей, как он ласкал меня перед этим — одним словом, не хотелось, чтобы к моему члену сейчас прикасалась Даша.       — Ты просто так отказался от удовольствия, — обиженно произнесла она, — я так скучала, Алекс…       — Дашка, — я встал с табуретки и, обняв ее, прижал к себе.       Она была такая хрупкая, беззащитная, и я испытал чувство жалости к ней. Стало гадко и стыдно за себя.       — В другой раз, малыш, — твердо сказал я.       — И когда будет этот другой раз?       — Через несколько дней, первого мая.       — Ловлю на слове, — девчонка вновь потянулась к моим губам.       На этот раз поцелуй был нежен — я ласково играл с ее губами, одновременно поглаживая спину и упругие ягодицы, а ее руки в ответ обвились вокруг моей шеи. Ощутив возбуждение, я мысленно отругал себя за блядство, хотя это всего лишь естественная реакция и физическая потребность организма. Но было так чертовски приятно ее целовать! Да пожалуй, от минета бы я не отказался сейчас, но, все же пересилив себя, остановился.       — Мне пора собираться, — я попытался расцепить руки девушки, но она крепко держала меня. — Что такое?       — Алекс, я хотела сказать тебе сразу, но… — Даша замялась, но ее руки все еще обнимали меня.       Я насторожился. Повисла небольшая пауза.       — Понимаешь, — продолжила она, — тут такой нюанс. Все дело в том, что до тебя у меня был парень. — Ну, мне и так было ясно, что ты не девственница, — я ухмыльнулся. — Алекс!       Даша наконец-то отпустила мою шею и, сделав шаг к столу, схватила свой пластиковый стакан и протянула мне.       — Я еще выпью?       — Ты много пьешь для девушки, — недовольно заметил я, но взял бутылку и наполнил стакан.       — Извини, — сказала она тихо, — я немного стесняюсь говорить.       — Продолжай, — поторопил я, зная, что время поджимает.       Девушка залпом выпила коньяк, но к закуске на этот раз не притронулась. Я заметил, что она стала нервничать.       — Я запуталась… Та история с отчимом выдумана…       — Как? — я ошалело уставился на нее.       — Помнишь, как мы познакомились?       Помня, как она донимала меня просьбами отвести ее на крышу, я кивнул.       — У тебя в блоге виды города с крыш, но есть пара твоих фото. Я не знаю почему, но так вышло… — она на секунду умолкла, а потом, словно желая побыстрее избавиться от тяжкого бремени мыслей, одолевающих ее, быстро проговорила:       — В общем, я влюбилась в тебя. Потому и искала встречи. А сейчас могу с уверенностью сказать — я тебя люблю.       Не зная, что ответить, я потянулся за сигаретой, а когда по кухне поплыл сигаретный дым, произнес с прохладцей, словно не был на ее месте полмесяца назад:       — Даша, ты меня совсем не знаешь.       — Но ведь узнаю? Правда? Алекс…       — Что там про отчима? — перебил я, не желая отвечать на вопрос.       — Это была неправда, — Даша повернулась в сторону окна, чтобы не смотреть мне в глаза. — У меня нет отчима.       — Ты так легко тогда разыграла драму? — удивленно спросил я, в душе не веря тому, что она сейчас сказала. — Что же случилось на самом деле?       — На самом деле действительно была драка, но… Мой парень… Понимаешь, недавно мы стали жить вместе. Я сначала не знала, как у нас с тобой получится: серьезно или нет.       Я поднял лежащий на столе мобильник и взглянул на дисплей. До встречи оставался час — нужно было поторапливаться.       — Я ничего не понял. Ты жила с парнем и тут подвернулся я?       — Я больше не хочу тебя обманывать, Алекс. Я и сейчас с ним живу…       — То есть? — я опешил.       Она протянула вперед ладонь с растопыренными пальцами, показывая, что не желает, чтобы я ее перебивал.       — Да, я живу с парнем в своей квартире. В тот день, когда я приехала к тебе, я с ним поссорилась. Разругались жутко. Прости, что не сказала правду тогда. После того как мы с тобой стали близки, и ты предложил мне встречаться, я решила с ним порвать. Но не все так просто.       Мне подумалось, что я никогда не пойму женщин. Хотя, с другой стороны, я и сам был неискренен перед ней, но в моем случае Гришу я встретил позже, чем ее, а это меняло все. Я хотел, но просто боялся открыться ей в том, что сделал поспешный шаг, обозначив нас парой. Однако я и слова ей не говорил о любви, а сейчас выдался неплохой шанс. Сказать, что мы не подходим друг другу. Проще простого. Сказать. Но произнес я иную фразу, наверное, потому, что отчасти было задето мое самолюбие:       — Ты продолжаешь с ним спать?       — Нет! С тех пор как у нас это произошло с тобой, я с ним больше не спала!       — Довольно долго. И что он на это говорит?       — Я не тупая! Отмазки нахожу.       — И что ты собираешься с этим делать?       — Просто выставить я его не могу. Только если буду уверена в тебе.       — То есть, он запасной вариант?       «Как и ты у меня» — подумал я, а вслух продолжил:       — А у тебя все заебись. А ты ему случаем мой телефонный номер не давала?       — Ты что, нет! Конечно, нет!       — Хорошо, допустим. Сейчас ты уверена во мне? Позвонишь, скажешь, чтобы убирался? — я сам не понимал, зачем я все это говорю.       — Вот так сразу?       За последние пять минут задал девушке слишком много вопросов, и давно настала пора просто дать нужный совет с расчетом на то, что свою судьбу я связывать с ней не планировал. Пора признать, что наша с ней попытка завязать отношения была не более чем ошибка. Я попытался обдумать фразу — не хотелось ляпнуть совсем уж обидное, но в голову, как назло, ничего не лезло. Не выдержав, я плеснул себе в стаканчик немного коньяка, и одним глотком выпив, начал:       — Я тоже хочу тебе кое-что сказать…       Умолкнув, не решался продолжить, глядя в ее глаза. Как же все-таки сложно признаться, что больше не нуждаюсь в ее обществе.       — Что? — она вдруг лукаво улыбнулась, но мне было не до веселья.       — Дело в том, что я…       — Смелее.       Комок застрял в горле, как же мне не хотелось опускаться до дерьма в ее глазах, ведь я сам предложил ей встречаться, но потом подумал: а ведь и она не лучше — о том, что у нее есть парень, я узнал только сейчас. Но что уж скрывать — она чертовски хороша была в постели, и, как бы там ни было, я не испытывал к ней чувство отвращения. Как же мне поступить? Просто потом написать смску?       — Нет, ничего.       — Ты хотел сказать, что любишь меня, ведь так? — предположила она.       Я застыл. Что за бред! Неужели она не замечает моего напряжения? Разочарованно вздохнув, я отвел взгляд в сторону и потянулся за новой сигаретой.       — Так что? — продолжала допытываться она, а я чувствовал — еще минута и взорвусь.       В этот момент смартфон подал голос, и я, решив, что это люди, с которыми я должен встреться меньше чем через час, быстро поднял его. Однако когда я бросил взгляд на дисплей, у меня ухнуло сердце. Это была Леся, а точнее, кто-то звонил мне с того самого загадочного номера, записанного мной в телефонной книге, как «Леся». Я принял вызов.       — Здорово мы над тобой прикольнулись, — послышался в трубке незнакомый мужской голос.       — Кто ты такой? — в растерянности спросил я.       — Твой ночной кошмар, пидорок, — последовал ответ.       — Что? — мое лицо начало гореть, а удары сердца отдавались в барабанных перепонках.       — Что слышал.       — Это все Даня? — спросил я на выдохе.       — Думаешь, я буду отвечать на твои тупые вопросы? Побереги лучше свою задницу.       — Да что я тебе сделал?! — я почти орал.       — Не надо так нервничать, Алекс. Сделал, но не мне, а каким боком тут я? Просто я ненавижу пидоров.       — С чего ты взял, что я… — я покосился на Дашу.       — Неважно. Алекс, это только начало.       — Ты мне угрожаешь? Я обращусь в полицию.       В ответ собеседник лишь хрипло рассмеялся, а затем в трубке послышались короткие гудки.       — Что за хуйня! — я швырнул мобильник на стол и пнул табуретку так, что она упала набок.       — Алекс, успокойся, — Даша сделала попытку обнять меня, но я грубо оттолкнул ее.       — Не лезь ко мне!       — Что произошло?       — Не твое дело! — зло выкрикнул я, но потом, заметив недоумение в ее глазах, мягко добавил: — Не обижайся, малыш. Небольшие обстоятельства. Тебе лучше уйти сейчас, а деньги за сегодняшний ужин я тебе позже верну.       На самом деле меня прямо трясло от злости, и я с трудом сдерживался, чтобы не начать громить мебель.       — Не надо денег, — с этими словами она вышла в коридор.       Из кухни я наблюдал, как она обувалась, но только когда она взяла сумку и направилась к входной двери, вышел следом.       — Дашка, правда, не обижайся…       — Мы так и недоговорили, — прервала она, отодвинув дверную щеколду.       — Я тебе позвоню, — пришлось улыбнуться, хотя мне через силу это удалось.        Когда дверь за девушкой закрылась, я с силой ударил кулаком по стене. Кончики пальцев нервно подрагивали, будто я только что проснулся, с неплохого такого перепоя, а на разбитых от удара костяшках показалась кровь.       — Проклятье… — процедил я сквозь зубы, а затем ногой отправил в нокаут обувную полку вместе с ее нехитрым содержимым.