Глава 7. Поражение
10 апреля 2015 г., 12:18
— Привет, — послышался в трубке голос, услышать который я желал в течение всего сегодняшнего дня.
Но оттого что он произнес дальше, у меня защемило сердце.
— Извини, что так поздно звоню. Проснулся только что. Я лишь под утро пришел домой.
Яркой вспышкой перед глазами возник момент, когда он оставил меня вчера одного, променяв на неизвестного мне парня. И совершенно неважно, чем они занимались — пили или играли в биллиард, я не мог допустить даже мысли про что-то более откровенное, но он разделил с ним прошлую ночь.
Он был с ним рядом, а я лежал на своем старом диване, одинокий и запутавшийся в себе. Будто бы волной накатило осознание собственного бессилия, своей никчемности и появилась дикая злость на себя, за то, что не предпринял ничего и не изменил. Душу словно на части разрывала зависть к тому человеку: кем бы он ни был для Гриши, я его уже ненавидел!
А через минуту самый нужный мне человек услышит, что сегодняшняя встреча отменяется. Возможно, на этом все и закончится, так и не начавшись! И никогда я не узнаю его настоящих намерений. А, главное, что творится с моим телом и душой, от одного его взгляда, я больше никогда не испытаю!
Краски вокруг постепенно начали блекнуть — мир, словно терял яркость. Я заметил, как моя свободная рука нервно дергает челку.
— Алекс? Ты меня слышишь? — повторил Гриша.
— Да. Здравствуй, — ответил я — хорошо, что он не мог видеть моих потухших глаз.
— У тебя есть планы на сегодня?
— Есть, Гриш. Я занят.
— А если я скажу, что очень хочу тебя увидеть?
Сердце отозвалось болью на его слова. Я тоже хочу! Как же все это херово сложилось! Я злился на Дашку, а больше — на свой слабый характер.
— Я перезвоню тебе немного позже. Через пару часиков, ок?
Нужно попытаться выпроводить ее, но сначала выяснить, что с тем мужиком на самом деле: жив или нет? От этого, собственно и зависит мой сегодняшний вечер.
— Если не секрет, чем ты так занят? — поинтересовался Гриша.
— Не твое дело! — буркнул я, но тут же спохватился, что могу оттолкнуть его своей грубостью, и разъяснил, не смея сказать правды: — У меня работа, экскурсия кончится через два часа.
— Разве ты не дома? — в его голосе прозвучали нотки удивления. — У тебя скайп включен.
— А? Да забыл комп выключить, — тут же нашелся я, и подошел ближе к открытой балконной двери, чтобы мой собеседник услышал шум проезжающих машин.
— Я буду ждать твоего звонка. Очень…
Ухо словно обволакивал его бархатный шепот. Сердце охватил приятный трепет, и постепенно спокойствие начало возвращаться назад. Я мельком бросил взгляд на стену — даже выгоревшие обои теперь не казались такими бледными. А солнечные лучи скользили по стене, словно напоминая о приближающемся вечере.
— Да, я в любом случае позвоню, не прощаюсь, — я завершил разговор.
В другом конце комнаты возле двери стояла Дашка, и молча смотрела на меня.
— Это приятель звонил, — я, словно почувствовал ее немой вопрос в глазах, — а ты поговорила с мамой?
— Да, она поехала домой, позвонит, как приедет. Что будем делать?
— Пойдем, выпьем еще по пятьдесят грамм.
Мне нужно было сосредоточиться на разговоре, который я планировал провести сейчас с Дашкой. Необходимо, во что бы то ни стало отправить ее домой, ну или к какой-нибудь ее подруге.
Пока я разговаривал по телефону, Даша времени зря не теряла — коньяка в бутылке оказалось ровно на один раз нам плеснуть. Однако пьяной она не казалась.
Я сел на табуретку, закинув ногу на ногу, и разлил по стаканчикам остатки спиртного. Дашка вошла следом, но не села напротив меня, а обхватив меня за шею одной рукой, попыталась пристроиться ко мне на колени, не видя моих скрещенных ног, отчего едва не упала назад спиной — я едва успел ее удержать.
Я поторопился с выводами, и, хотя речь ее была ясной, девушка была пьяна, и даже очень. Я не любил пьяных женщин, но это все же была Дашка, к тому же я ее сам напоил, поэтому не встал, не оттолкнул, а притянул к себе и обнял.
Она взглянула на меня, и расширила глаза от удивления, только что, заметив мой синяк, который со скулы перешел под глаз, к тому же скула была сильно распухшей.
— Ой, Алекс, а что у тебя за фингал? — спросила она, коснувшись кончиками пальцев моего лица. — Может лед приложить надо?
— Поздновато. Да ничего серьезного, — отмахнулся я, — давай допьем уж, чего тут оставлять.
Хотелось курить, но сигареты остались в комнате, а Дашка так уютно устроилась у меня на коленях, что я не смог согнать ее. Поэтому просто прикрыл глаза, чувствуя, как девчонка водит пальцами по моей щеке, и прижал ближе к себе, но не решался или не желал поцеловать.
Она первая коснулась моих губ, а я продолжил: полностью завладел ее губами, проникая в рот языком, вдыхая запах ее кожи, зарылся ладонями в ее шелковистые красные волосы. Я ощутил на своем члене поверх штанов ее руку, и кровь из головы моментально устремилась вниз и через секунду уже пульсировала в моем достоинстве. Я приподнял ее топ одной рукой и взял в ладони маленькую грудь и, зажав сосок между пальцами, слегка потер, второй продолжал обнимать ее.
Мы целовались несколько минут, потом Дашка слезла с моих колен и опустилась на корточки рядом. На миг, коснувшись тоненькими пальчиками моей кожи, потянула вниз резинку треников, выпустив наружу мой член. Я едва сдержался, чтобы не застонать, когда она провела языком по головке, задев уздечку.
— Пойдем в постельку, — попросил я, встав с табуретки, увлекал за собой свою красноволосую дьяволицу.
Ощущая себя на пределе, я очень грубо швырнул девушку на диван, буквально срывая с нее одежду. Мне необходимо было заглушить ту боль пониже живота, которую я несколько дней уже испытывал от постоянного возбуждения.
Я освободился от мешающих штанов, и, несмотря на Дашкины слабые попытки оттолкнуть меня, раздвинул ее ноги, а она, устав сопротивляться, послушно приняла меня в свое мокрое, горячее и тугое нутро. Плавно изгибая спину и обхватив меня руками за спину, девчонка двигалась мне навстречу, глаза ее были закрыты, ресницы подрагивали, а длинные пряди волос разметались по подушке.
Наклонившись, я жадно пробежал сухими губами по ее щекам и подбородку, ощущая прерывистое дыхание. Ее тонкие руки блуждали по моей спине, а твердые соски приятно щекотали мою грудь. Дашка чуть приподняла голову и обхватила губами мочку моего уха, легонько посасывая.
А я, целуя ее шею и зарываясь лицом в пушистые мягкие волосы, невольно представил каштановые кудри моего Ромео, и сразу почувствовал, как сводит низ живота, а мышцы напряглись до предела. Ускорив темп, я несколько раз глубоко вошел в нее и после чего, еле успел вытащить свой член — в глазах помутнело и волна наслаждения накрыла с головой, колени дрожали, а тело охватила блаженная истома.
Лишь слабо осознавая, что не дал кончить партнерше, я буквально упал рядом с ней, не в силах пошевелиться. Но какое бы чувство удовлетворения я ни испытывал сейчас, это был всего лишь секс, притом очень короткий. Даже когда я, закрыв глаза, содрогался от эякуляции, разбрызгивая по ее животу мутно-белые капли, я думал совсем о другом человеке.
Я повернулся к Дашке, и обнял ее, она прижалась ко мне, желая продолжить, но я был настолько опустошен, что лишь слегка коснулся ее губ, и через несколько секунд буквально провалился в сон.
Когда я проснулся, уже сгущались сумерки. Девушка рядом сладко спала. К тому же еще и крепко: когда я аккуратно вынул свою руку из-под ее шеи — она даже не шевельнулась.
Кинув взгляд на часы, я почувствовал неприятный холодок внутри: давно уже прошло то время, когда я должен был позвонить Грише. Но мне нужно было ему позвонить!
Я поднял с пола свои треники и, захватив мобильник, направился в ванную. Прохладные струйки душа приятно касались кожи, смывая остатки сна и чужой запах. Бодрили, впуская в тело новый заряд энергии, в то же время успокаивали.
Выключив воду, я, взяв в руки телефон, быстро отыскал последний входящий звонок и пальцем коснулся стрелки вызова на сенсорной панели.
— Я освободился.
— Долго же мне пришлось ждать, — голос Гриши был тихим, словно уставшим. — Хочешь приехать ко мне?
Естественно! Я, сглотнул и глянул вниз на свое тело, где в виде неконтролируемой реакции на его слова вздымался член. Блядь! Словно сука теку, всего лишь от одной его фразы!
— Угу, — согласился я неуверенно, а потом, кашлянув, стараясь не выдать охватившее меня волнение, проговорил, — координаты-то назовешь?
— Через сколько времени будешь? — уточнил он, предварительно продиктовав мне адрес, который мне просто нечем было записать, что собственно и не требовалось — я запомнил его сразу же.
Прикинув: минут через десять я выйду из дома ну и плюс дорога, ответил:
— Через полтора часа примерно.
— Домофон не работает, так что смело поднимайся на четырнадцатый, выйдешь с лифта, поверни налево до конца коридора. Я буду ждать.
Я прошел в комнату и быстро одевался. Тихонько подошел к дивану, где спала девушка и прошептал:
— Поймешь ли ты меня, Дашка? Лучше тебе не знать, на кого я тебя меняю.
Хорошо, что она так крепко спит — подумав об этом, я на цыпочках пересек расстояние до коридора и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.
Оттого что предстояло ехать в метро, меня передернуло. Решение пришло в голову мгновенно — я вызвал такси, которое было у подъезда уже через пять минут. Доехал я удивление быстро, минут за тридцать — в выходные, к тому же поздно вечером пробок не было.
Поднялся в лифте на нужный этаж. Ощущая, нарастающее беспокойство, я закурил, пытаясь собраться. Минуты три я стоял на лестничной площадке, вдыхая терпкий дым, затем щелчком откинул сигарету в угол, и тяжело, словно обреченно вздохнув, пошел в направлении нужной квартиры.
Широкая металлическая дверь открылась почти сразу. Гриша стоял передо мной, подпирая плечом ее косяк, загораживая проход. Я перевел взгляд за его спину и застыл на месте — в глубине квартиры, в комнате я увидел Даню, который сидел в кожаном кресле, закинув одну ногу на вторую, вполоборота ко мне.
— Что ты делаешь здесь?! — я даже не понимал, что кричу, сжимая кулаки с такой силой, аж костяшки пальцев побелели. Мышцы напряглись, щеки и уши пылали.
— Во-первых — здравствуй, а во-вторых какое твое дело? — вопросом на вопрос ответил Даня, обернувшись.
Я перевел взгляд на Гришу, но он оставался спокоен, или просто надел маску похуизма на лицо. Я вспомнил его слова в нашу первую встречу: «В этом городе я один». Выходит, он мне лгал? Хотелось подойти и врезать Дане. Останавливал только Гриша, возвышавшийся надо мной, пытающийся преградить мне дорогу.
— Я не знал, что вы знакомы, — словно оправдываясь, сказал Гриша, — это деловая встреча, не более.
Он попытался взять меня за запястье, но я резко отдернул руку, и отвернул голову, чтобы не смотреть в его сторону, боясь вновь почувствовать себя безвольным рядом с ним.
Все ясно: это Даня вчера ему звонил! Догадка, словно вспышка, осветила мой воспаленный мозг, принося с собой вопрос, который я просто не мог задать вслух, но он чуть ли не выворачивал душу наизнанку.
Даня вышел из комнаты, подойдя ближе, встал за спиной Гриши и произнес с иронией:
— Ревность, знаешь ли, Алекс, плохое чувство. Не думал, что ты увлекаешься парнями.
Реакция последовала мгновенно. Ни дверной проем, ни Гриша не помешали моему кулаку описать в воздухе стремительную дугу и приземлиться прямо на челюсть оторопевшего Дани. Тот, не удержавшись, упал, а я, резко оттолкнув почти двухметровую преграду, налетел на бывшего приятеля, пытаясь ударить ногой, но Гриша сильно дернул меня за ворот косухи, отчего я сам едва не оказался на полу.
— Прекрати! — бросил он тоном, не терпящим возражения. Потом посмотрел на Даню, пытающегося принять вертикальную позу. — Даниил, мы с тобой все обсудили, тебе пора.
Моя грудь тяжело вздымалась, сердце колотилось где-то в висках, нервы сжались тугим комком, и я через силу сдерживался, чтобы снова не наброситься на ненавистного мне парня. На самом деле пусть думает, что я ударил его за «парней», но я-то знал — основная причина другая.
Эмоции брали надо мной верх. Ощутив, как горло сжимают невидимые тиски, а в глазах предательски защипало, я быстро повернулся, и почти бегом покинул это место, не желая, чтобы Гриша, а тем более — Даня увидели мои слезы.
