Почему мы вместе?

— Диппер… Его тихий шепот невероятно обжигает. Пайнс зажмурился и отвернулся, зажимая рукой рану на плече. Холодный каменный свод напоминал ему склеп или утробу огромного зверя, которых, конечно же, на свете не существует. Зато есть вещи пострашнее… — Сайфер, заткнись и уходи, — юный демон был неумолим. Сейчас он так слаб и жалок, силы постепенно покидают ослабший разум. — Упрямый идиот, я не могу тебя бросить в этой пещере, — Билл расстегнул рубашку и сбросил её, для того чтобы разорвать на лоскуты. Молодой мужчина подошел ближе и присел рядом с затихшим Пайнсом. С осторожностью он обернул куском ткани израненную руку, прекратив ненадолго кровотечение. Им еще предстоит выбраться отсюда. И только вместе! — Я думаю не только о себе. И упрямый осёл тут только один, вот этот двухметровый идиот-пекарь, — Диппер зашипел от боли, когда чужие руки стали стягивать повязку плотнее. Еще хорошо, что они выбрались из передряги и остались живы. Правда, повелитель разума едва не выкачал всю магию из себя ради этого никчемного куска мяса по имени Сайфер, который сейчас смотрел на него с такой тревогой и жалостью. Теми самыми чувствами, которые любое потустороннее существо из другой вселенной будет люто ненавидеть всем своим черным сердцем. И пытаться раздавить, вырезать с корнем, придавая пороку свою сущность и душу. Пайнс прерывисто выдохнул, не без труда поднялся с земли и вытянулся, но тут же почти свалился без сил, если бы Билл вовремя не помог ему. Мальчишка все так же упрямился. — Ты что уже на кладбище собрался, малой? — Сайфер бодро заулыбался, помогая Пайнсу идти вперед. Его лицо пересекала внушительная царапина, а под глазом красовался синяк. Остатки рубашки он не стал надевать, да и смысла не было, он только сунул наспех лоскут в карман брюк, чтобы позднее сменить повязку Дипперу. Пещера была мерзкой сырой дырой, стены которой заполонила фосфоресцирующая плесень грязно-голубого цвета. Свод стал намного шире, когда они прошли вперед чуть больше сотни метров. Билл не ожидал увидеть настолько огромный зал, в котором света стало гораздо больше, а из земли пробивались глыбы кристаллов и сталагмитов. Ночное небо стало видно из-за трещины в потолке. Скорее всего, выход тоже недалеко. Пещера хоть и была большой, но не отличилась запутанными лабиринтами или ложными ходами. Словно искусственно создана кем-то всемогущим. — Слепой Иван не достанет нас здесь, но и выбраться отсюда будет сложной задачей, — юный демон уже устал идти. — Давай сделаем остановку, у меня ноги скоро отвалятся. Они могут поджидать нас. Мне бы хоть каплю моих прежних сил… — Неженка, с каких пор ты стал такой развалюхой? — Сайфер усадил мальчишку на плоский камень, и как можно осторожнее, чтобы не задеть ранение. — Ладно, время еще есть. — С тех пор как спас твою никчемную жизнь от сумасшедших идиотов-фанатиков. Кто бы знал, что ты их разозлишь, попытавшись уничтожить их лидера. За все приходится платить, иногда слишком по-крупному. — Иван слишком много знает о демонах. Но и я не хотел связывать свою жизнь со всякими тайными орденами, — Билл примостился рядом, пнув несколько невзрачных камушков носком ботинка. — Если бы этот дурацкий дневник никогда не существовал… — Тогда бы мы не встретились, мясной мешок, — Диппер заулыбался, но скорее со злобой, чем по-доброму. — И ты бы спал себе спокойно, жил как миллионы тупых людишек, пока не состарился в одиночестве и окружении кошек. А потом похоронный марш, деревянная упаковка, которая превратит тебя в быстрые консервы для склизких червей. Аккуратный холм со временем покроется увядшими цветами и рыдающими родственниками. И вот она жизнь, без прикрас и преувеличений, закончилась навсегда. Скука. — Эй! Я не какая-то там бабуся с кошками, малой! Что ты там вчера говорил про судьбу и звезды? — Сайфер позволил себе жест, который Пайнс больше всего ненавидел — растрепал рукой непослушные кудряшки злюки-демона. — Или опять мне лапши навешал на уши? — Я говорил о Большой медведице, это созвездие тебе покровительствует, балда, — Диппер заворчал, зажмуриваясь. — Поэтому ты еще жив, поэтому фанатики тебя не достали. — Ты пришелец с Полярной звезды? — Сайфер хихикнул, едва удержавшись, чтобы не засмеяться в голос. — Так и знал! Но почему ты не зеленый человечек, если имеешь прозвище «Сосенка»? — Потому что у тебя вместо мозгов сахарная пудра, — Пайнс сжал пальцами чужое плечо, наплевав на саднящую боль в плече. — Наши судьбы переплелись давно, но ты все так же мне противен. И даже несмотря на то, что я терпеть не могу твои выходки, которые создают мне массу проблем, все равно… Поцелуй меня! — С ёлки рухнул что ли? — Билл опешил, отодвинувшись от мальца. — Опять меня педофилом все считать будут. И ты сам постоянно это орешь при любом случае. — Я не шучу! Поцелуй меня! Быстро! — Фигушки, губу закатай, сопляк, — Сайфер показал язык мальчишке и встал с камня, чтобы не дать Пайнсу сделать поцелуй по его инициативе. — Если бы я не был так слаб, то накостылял бы тебе, — Диппер недовольно заскрипел зубами, снова схватившись за рану. Боль разгоралась все сильнее. — Чертова секта, чертов Иван, чертовы дневники… — Чертов мальчишка, которого я люблю, — Билл заулыбался шире и подошел ближе. — Твои глаза всегда так горят, когда ты ворчишь как маленький капризный медвежонок? — Заткнись, — Пайнс пропустил мимо ушей признание, хотя для него оно не звучало чем-то новым. Все давно известно. Но в тоже время запутанно даже для повелителя разума. — Скажи, о чем шепчут тебе звезды? — Сайфер снова уселся рядом, глядя на потолок пещеры, который разрывала, как ножом, огромная расселина, через которую был виден кусочек ночного неба с яркими точками далеких созвездий. — О том, чтобы ты заткнулся, — Диппер обиженно надулся, сложив руки на груди. — Уже второй раз. — Ты грубый и неотесанный, как сосновое бревно, — Билл наклонился, легко поцеловав дерзкого мальчишку в губы, слегка подразнил его легким касанием языка к языку, но так же быстро отстранился, хитро прищурившись. — Получи и распишись, заноза. — Сделка окончена, мешок с мукой…