«Вперёд по канату»

Но куда бы твой путь не надумал свернуть Я в одном лишь уверен вполне — Снова с легкой душой несмотря ни на что Остаюсь на твоей стороне.

Сегодня, девятого февраля тысяча восемьсот восемьдесят восьмого, всё закончилось. На бумагах о пропаже детей был поставлен штамп «завершено». Дело было закрыто. Граф Сиэль Фантомхайв и его бессменный дворецкий Себастьян Михаэлис вернулись в Лондон, где «цепной пёс» предоставил королеве Великобритании отчёт. Разумеется, не полный. Нашумевший цирк «Ноев Ковчег» досрочно собрался и, прервав череду блистательных выступлений, отправился прочь из города. По слухам, они не досчитались в ночь на десятое февраля нескольких участников труппы. Подробности были неизвестны. Малоизвестный доктор из глубинки Шотландии, чьё настоящее имя заменял псевдоним, так и не запатентовал своё новое изобретение — великолепные протезы из керамики. Его нашли убитым с особой жестокостью в одном из злачных кварталов. Документов и денег при нём не обнаружилось. Барон Кельвин, переживший несколько тяжёлых операций и почти не выходящий в свет, скончался девятого февраля в своём поместье. По заключению медиков у пожилого мужчины не выдержало сердце, но среди аристократов популярен слух, что тут поработала проститутка-клофелинщица из борделя, содержаемого неким Шанхайским Тигром. Недоказуемо. Единственный сын барона, Джордж Кельвин, в срочном порядке прибыл из-за границы, чтобы похоронить отца и выслушать оглашение завещания. С ним прибыла его молодая невеста, канатаходка из бродячего цирка по имени Рэм Люпин. Возможно, ирландка, если судить по рыжим волосам. Бедняжка пережила какую-то трагедию, была так бледна… Джорджу Кельвину заочно простили подобный мезальянс, тронутые красотой его невесты. С сыном покойного барона и его невестой прибыли студенческие друзья первого и кузины второй. Любопытные кумушки ещё долго перемывали косточки вызывающе роскошной чернокудрой леди и бледному пареньку с дефектами кожи. Впрочем, вскоре им нашлось о чём поговорить ещё. Пришедший при жизни барона в упадок работный дом «Ренбон» при новых владельцах вновь почувствовал дыхание жизни. И, кажется, стал огоньком надежды для малолетних сирот, которых туда привезли студенты. Бедные дети… Явно из семей, спустивших деньги на опий… Глаза у всех одурманенные, но потихоньку приходит в себя ребятня, начинают улыбаться… Значит, хорошее дело затеяли Джордж Кельвин с молодой женой и друзьями. А вот в «Небесной канцелярии» случился аврал. Какой-то легкомысленный жнец из архива не уследил за свечами, заснув за столом. В итоге случился маленький пожар и последние дела, ещё с не проставленными печатями, сгорели без права возврата. Десять душ отсрочили свою смерть, а после они невероятным образом исчезли из списков. Словно кто-то переписал их книги жизни. Но у кого мог быть допуск такого ранга?! Жизнь шла своим чередом и в мире смертных, и в высших сферах. Я не могу сказать, что всё было плохо или хорошо. Не моё это дело — судить. Я лишь веду хронологию ради своего интереса, а что уж там думают по этому поводу живые… Безразлично. За эти года мне было очень весело, а всего-то стоило разыскать книгу жизни некой циркачки из двадцать первого века. Как там её звали изначально? Чудное имя такое, ахахах!

Конец

Снова за снег зацепилось холодное солнце, Снова степь ярко окрасил рассвет… И, вдалеке, где горят бледно-жёлтые кольца, Волчий немного размытый застыл силуэт…