Ты же меня поймаешь?

Черная… Черная пустота… Затем боль. Все время больно… И он все вспомнил. Падение. Джокер. Смех. Голос Дэмиана… - Дэмиан!.. Тяжело дыша, Тим попытался успокоиться, подумать. Где он находится? Медленно он двигал рукой, ощупывая то, что находилось над ним в темноте. Его охватили страх и боль. Дерево? Старое дерево? Гроб?! Нет, нет, это невозможно, это не… Не обращая внимания на боль, он начал ломать старое дерево, а затем выгребать грязь. Он продолжил, вынуждая дерево ломаться, а землю убирая со своего пути. Он выбрался! Тяжело дыша, недостаточно воздуха, недостаточно… Он задыхался, ловил воздух и тяжело дышал. Тим не хотел смотреть на то, что находится позади него. Он знал, что увидит, но он посмотрел, несмотря на то, что его сердце кричало. Его могила. Его собственная могила. Мягкий голос проурчал над ним: - …Что ты тут делаешь, маленький Робин?.. Это… Невозможно, верно же?.. Женщина-кошка… Селина? Что она здесь делает?.. Что он здесь делает? - Я… Пожалуйста, помоги мне… Я-я не знаю… не знаю… Он был на грани полного истощения, весь дрожал от шока. - Я не знаю… -о- Тим провел в конспиративной квартире Селины три месяца. Он не знал, почему остался. Он должен был пойти домой. Он должен… Она помогла ему вылечиться. Все его гематомы от битья, которые Джокер нанес ему, сейчас уже исчезли. Он не спрашивал, как долго он был… отсутствовал. Сначала ему нужен был отдых, и сейчас, когда он уже был в порядке и готов к этому, так много вопросов заполонили его разум. Первое, что он сделал, когда Селина пришла с ее ночных приключений, состояло в том, чтобы засыпать ее кучей быстро задаваемых, скорострельных вопросов. - Постой, постой, успокойся, котенок, я не могу ответить на них за раз… Дай мне переодеться, и я вся твоя, договорились? Она подмигнула ему и пошла в ванную. Он волновался, ожидая ее. Она вернулась в ночнушке и села рядом с ним. - Хорошо, вот сейчас можешь спрашивать. - …Как долго… меня не было? - Полтора года, сладкий. Почти два года, так как они все еще не знают, что ты вернулся. Можно тебя спросить? Как, черт возьми, это возможно? - Я… Я не знаю, Селина… Единственное, что я помню – это падение, а потом… ничего, чернота. Потом была боль, и я вылез из своей собственной могилы… Я… Я действительно не знаю, как… Для меня это как будто ничего не случалось между моим падением и… и сейчас… - Хорошо… - ...Как они?.. - Бэтмен, Робин и Найтвинг, или Брюс, Джейсон, Дэмиан и Дик?.. Тим тихо рассмеялся. - Все, Селина, все… - Гм… Бэтмен… несдержанный. Или, можно сказать, более того. Он более… жестокий, чем раньше. Это началось с… с твоей смертью. Найтвинг… безрадостный. Очень мрачный. Он не улыбается, не смеется… Все, что он теперь делает - это надирает задницу врагам и размышляет. Как Бэтмен. Робин старается изо всех сил. Он пытается улыбаться, заставить их смеяться. Но это не очень-то и работает… Тим почувствовал, как его сердце сжалось от боли. Когда он спрыгнул с крыши, он не думал об их реакции. Совсем… Дэмиан… - А теперь… Брюс… Ну, Брюс Уэйн как был плейбоем, так им и остался, но мы оба знаем, что это всего лишь работа, обманка. Брюс… грустный, злой, и я думаю, что он винит себя в том, что ты умер. Его мальчик, его партнер, его ошибка. - Это не!.. – Селина положила палец на его губы, успокаивая. - Тшш, дай мне закончить, котенок. Мы оба знаем, что это не его вина, не совсем. Это… Джокер. И на этом слове Тим вздрогнул, обнимая ноги, сворачиваясь в клубочек. - Дэмиан… только тень. Тень того, кем он был. Подразнивающий, красивый мальчик, сердитый и добросердечный, сейчас является только… Фрагментом, по правде говоря. Он делает все… как кукла, робот. Он старается изо всех сил держаться ради двух мальчишек, но это легче сказать, чем сделать. Джейсон… все еще он, я считаю, но он стал более жестоким. Более злым. Дик грустный. Он все еще маленький солнечный мячик, все еще живой молодой мальчик, но время от времени мы видим боль в его глазах… Они все по тебе скучают, оплакивают тебя, котенок, и сейчас, когда тебе стало лучше, ты должен к ним вернуться… Должен. Но он боялся. Так боялся. Какой будет их реакция? Сейчас ничего не будет как прежде, и он знал это. - …Селина, есть ли возможность, что я могу… посмотреть, что случилось после моей смерти? Я имею в виду… Я знаю, что ты хорошо осведомлена, что у нас есть своего рода записи… Альфред контролирует нас, сверяясь и смотря, что мы делаем с городских камер… Должны быть какие-то записи… - …Есть некоторые записи. Но… Ты уверен, что хочешь увидеть их? Это… слишком… - Пожалуйста. Женщина вздохнула и кивнула. Она встала, и Тим последовал за ней. Она поискала в своем компьютере, и на экране появились три видеофайла. - Это – та, которая была у Альфреда. Камера была установлена там, где ты упал. Вторая - это… моя камера. - В бэтпещере? - Не смотри на меня так, Брюс знает о ней! – она прочистила горло. Тим был не уверен, но если Брюс не удалил ее, значит, наверное, так надо. - И последняя - это, ну, запись с крыши. Приблизительно такая же, как и первая, только другой ракурс. - Хорошо, спасибо… Тим чувствовал, что его сердце готово во второй раз перестать биться. Он должен был это увидеть. Он должен был знать, как они отреагировали. Но в то же время он чувствовал себя странно, и это было так, так больно… Он собирается увидеть собственную смерть… Сделав глубокий вдох, он включил первое видео. Альфред сидел за компьютером, стараясь изо всех сил найти Робина. - Альфред, у тебя есть что-нибудь еще?! – Дэмиан кричал. – Я… Он мне больше не отвечает! - Пожалуйста, успокойтесь, молодой Мастер, я почти… Дик вскрикнул, показывая на одно из многих видео перед ним. - Там! Красный и желтый! Это он, верно?! Альфи, сделай изображение крупным планом на него! Дэмиан облегченно вздохнул. - Он в порядке? – спросил Темный Рыцарь на полпути его собственного безумного поиска. Альфред внезапно побледнел, Джейсон взял Дика на руки, не позволяя младшему увидеть то, что было на экране, Джейсон посмотрел на экран, где Альфред приблизил камеру. - Боже мой… Джейсон начал хлюпать носом, его глаза повлажнели. - …Это… не он, правда же, Альфред? Это… невозможно… верно?.. Дик начал паниковать на его руках, пытаясь выбраться из хватки. - Что?! Джейсон, почему… Ты же не плачешь, да? Он в порядке?! Пожалуйста, скажи мне… Голос Альфреда перешел в шепот. - Мастер Джейсон, не могли бы вы увести Мастера Ричарда в поместье, пожалуйста? Сейчас. Джейсон уже откровенно плакал. Он увидел. Дик все еще боролся с ним, но старший мальчик не хотел отпускать его. Он медленно начал выходить из пещеры, младший мальчик в его руках кричал: - НЕТ! Пожалуйста! Дай мне увидеть! Тим! ТИМ!!! Альфред сделал глубокий судорожный вдох и сказал в коммуникатор: - …Мастер Брюс… Я высылаю вам координаты текущего месторасположения Тимоти… найдите… найдите его раньше Дэмиана, пожалуйста… Тим остановил запись. Он вдохнул, пытаясь успокоиться. Селина все еще была здесь, рядом с ним. Несмотря ни на что, он был рад, что она была той, кто нашла его. Вздохнув, Тим включил другую запись. Ту, которую увидел Альфред. Где он неподвижно лежал в луже собственной крови. Его конечности странно вывихнуты. Это было так… ошеломляюще видеть, что… Внезапно его внимание вернулось к камере. Бэтмен не был тем, кто его нашел. Это был Найтвинг. На камере молодой мужчина медленно подошел. Его руки дрожали. - …Н-нет… это… нет… Я… Я обещал… что… всегда поймаю тебя… нет… Я… Найтвинг упал на колени, смотря на кровавое месиво перед ним. - Я подвел тебя… как я мог… Бэтмен медленно подошел к Найтвингу, положив руку ему на плечо. Темный Рыцарь заставил его встать и попытался увести. Но внезапно все в Дэмиане начало болеть. Он не поймал. Тимоти, его малыш, его птичка. Мертв. Нет. Нет, это невозможно. - НЕТ!!! НЕТ! ВСТАВАЙ!!! ПОЖАЛУЙСТА! МНЕ ТАК ЖАЛЬ! НЕ ОСТАВЛЯЙ МЕНЯ ОДНОГО!!! Дэмиан пытался вернуться к нему, Брюс держал своего сына в руках, пока молодой мужчина кричал и плакал и боролся с ним. Тогда Тим и сорвался. Он почувствовал, как слезы потекли по щекам. Он спрятал лицо в руках, тихо всхлипывая. Было так больно на это смотреть. Он должен вернуться в поместье. Ввернуть все. Преодолеть свой страх перед тем, как они будут реагировать, объяснить свою смерть, он не знал, почему, но он вернулся и был жив и сердит. Сейчас он может вернуться домой.